Дженна невольно представила себя наедине с ним: обнаженные тела охваченные страстью, обжигающие кожу поцелуи, его взгляд…
Так… Ребенок. Надо думать о ребенке.
Дженна быстро убрала свою руку на колени. Бриллиант сверкнул и снова привлек ее внимание к себе. Она посмотрела Гейджу в глаза.
– Я убеждена, что нам стоит пожениться в Австралии. Линн будет хвататься за соломинки, чтобы найти уязвимое место. И если пожениться в другой стране, она обязательно поднимет вопрос о том, легален брак здесь или нет. Лучше не рисковать. Это только задержит рассмотрение дела.
Губа Гейджа слегка дернулась, прежде чем он заговорил.
– Твое шоу – тебе решать. – Он взял телефон и набрал номер. – Попрошу ассистента найти хорошего организатора свадеб. Сегодня же заполним все документы.
Он потеребил пуговицы на своем пиджаке и уставился на экран телефона.
– Звонок от юриста.
Он прижал сотовый к уху. Слегка приподнятая бровь придавала его лицу хмурое выражение.
К тому времени, как он закончил разговор, сердце Дженны было готово выпрыгнуть из груди.
– Что случилось?
– Твоя мачеха не теряет времени. Хочет, чтобы ты покинула дом. У тебя неделя для поиска квартиры. И это еще не все. Она хочет видеть меня ровно через две недели в главном офисе «Дарли Риэлти». – Он опустил голову и покрутил телефон на столе. – Что ж, игра начинается.
Глава пятая
– Добро пожаловать в твой новый дом.
Открывая входную дверь в свой трехэтажный дом, Гейдж боролся с желанием подхватить Дженну на руки, пронести через порог и прямо в свою спальню. И хотя внешне он мог сдержать этот порыв, тело его было не обмануть. Он хотел провести рукой по изгибам ее тела. Хотел прижать ее к себе.
Последняя неделя была подобно пытке.
Дженна осторожно зашла в дом и огляделась. Высокие стены, гостиная явно оформленная дизайнером, огромные балконы.
– Я, правда, могла бы найти себе квартиру. Что-нибудь не такое большое, как Тадж-Махал. – Она жестом обвела гостиную. – Представляю, как выглядит твой загородный домик…
Он улыбнулся. Возможно, когда-нибудь он покажет ей свои земли в Колорадо, хотя, вполне вероятно, она уже видела божественную красоту Аспена в одном из своих путешествий.
– Мы же решили, что это самый оптимальный вариант. Если будем жить вместе, это будет доказательством того, что наши отношения серьезны.
Ее округлившиеся глаза как бы спрашивали: насколько серьезны?
После того как они стали появляться вместе на людях – обедать в ресторанах, позировать для прессы, – Гейдж заметил, что снова обретает ее доверие. Он обидел ее однажды, но вернулся, чтобы загладить вину.
Если она решит, что хочет перевести их отношения на следующий уровень, – он возражать не станет. Только если будет отдавать себе отчет в действиях и придерживаться определенных рамок. Что бы между ними ни было, каких бы бумаг они ни подписывали, это никогда не дойдет до искренних «пока смерть не разлучит нас».
Гейдж задумался о своем прошлом. О том, что столько лет пытался забыть. Свое происхождение, его иногда любящая, иногда ничего не замечающая мать. Безвыходность. Он жил бок о бок с Дженной, и у него была надежда, была причина оставаться там. Потом Линн обвинила его в домогательстве, но Рафаэль не бросил его на произвол судьбы, а дал столько денег, сколько ему было не заработать и за год.
Но правда в том…
В двадцать один год он был рад покинуть «дом» и оградить Дженну от своего влияния. Она была слишком хороша для него, юная красивая девушка из хорошей образованной семьи. Девственница, к которой он не имел права прикасаться и которая стала бы его, останься он в доме подольше.
По прошествии лет пришло понимание и другой правды.
Не важно, сколько у него было домов и каким властным он становился, ту пропасть, которая образовалась между ним и Дженной, ему никогда не преодолеть. И он всегда будет чувствовать эту пустоту внутри себя, ему всегда будет не хватать того, что делает людей счастливыми. Кто бы ни был в этом виноват, суть одна: таким, как он, не стоит пытаться достичь недосягаемого, не стоит надеяться на вещи, которые им недоступны.
Если бы только Дженна не была так одержима желанием вернуть племянницу, если бы не хотела иметь своих детей, возможно, тогда бы…
Иронический поворот. Но жизнь полна неожиданных событий.
– Через три недели, – произнес он, проверяя факс на наличие сообщений, – мы станем миссис и мистер Камерон. Сразу после этого ты добьешься прав попечения на Мэг. – Он повернулся к Дженне, и на его лице появилась хитрая улыбка. – Если повезет, то даже раньше.
В ее глазах заблестела надежда, и она сложила ладони словно молясь.
– Об этом пойдет речь на встрече с Лини, так ведь? Ты что-то откопал?
Гейдж не торопился с объяснениями. Он наклонил голову, пристально смотря Дженне в глаза.
– Мне сказали, что Линн собирается продать «Дарли Риэлти».
Дженна кивнула, ожидая продолжения.
– Я подозревала, что она не сможет отказаться от своего стиля жизни ради того, чтобы стать главой такой успешной компании, как «Дарли Риэлти». Но какое это имеет отношение к моим шансам на Мэг?
Он поднял указательный палец вверх, проделывая им вращательные движения.
– Перемотай немного.
– Докуда?
– До той части, где ты говоришь об успешной компании.
Дженна подняла бровь в недоумении.
– Что-то я не улавливаю.
– Помнишь, я тебе говорил, что твой отец устал и хотел отойти от дел? Это было только частью всей правды.
Дженна побледнела и медленно повернулась к Гейджу, ее губы дрожали.
– Он что, был болен?
Борясь с желанием обнять ее, Гейдж засунул руки в карманы брюк и подошел к ней.
– Твой отец был под большим давлением. В компании были не самые лучшие времена, что-то вроде сочетания плохого совета с самыми неблагоприятными обстоятельствами.
– И он попросил тебя помочь ему?
Гейдж кивнул.
Ее худенькие плечи поднялись вверх и опустились.
– До меня все равно не доходит.
Гейдж все еще сомневался, имеет ли он право говорить об этом. Ведь он обещал Рафаэлю не выдавать тайну. Но Рафаэль был мертв, а Дженна заслуживала того, чтобы знать правду.
Теперь Гейдж стоял на расстоянии ладони от Дженны и смотрел ей прямо в глаза.
– Твой отец подозревал Линн в неверности.
Ноги Дженны подкосились, и она села на софу. Уставившись в пол, она молчала.
– Кожаный плащ, – наконец произнесла она, – я так и знала…
И он тоже знал.
– Я не совсем уверен, что твой отец все еще любил ее. Он был убежден в ее неверности. Хотел разобраться с делами. Он поменял пункт об акциях Эми в своем завещании, несмотря на то что ее муж был человеком с достатком. Рафаэль признался, что вычеркнул тебя после того, как ты покинула дом.
