Я еще раз посмотрела на мятую бумажку и увидела сценарий развития наших с Сашей отношений. Мужик он крепкий и три года живет без женщины. Значит, ему нужна будет постель. Я привяжусь к нему душой и прирасту телом, а тут как раз к нему семья приедет. «Здрассте!»
Мужик начнет метаться, а я ударюсь в слезы
На фига мне все это надо? – думала я. Но с другой стороны – а что делать с вещами? Нет, наверное, нужно позвонить, спросить официальным тоном, нужна ли мебель, пусть забирает все, что хочет, остальное на свалку и до свидания! Никакого общения, никаких отношений – решила я.
Набрала номер, услышала ответ и сказала как можно суше и официальней:
– Я попала в хреновую ситуацию, но она никого не касается, кроме меня. Ты можешь мне помочь. Если приедешь и заберешь из моего дома, все, что тебе понравится.
– Я сейчас приеду и посмотрю вещи, заберу все, что лишнее и помогу с переездом. У меня большая машина, мы справимся, – услышала я в ответ.
Я решила подстраховаться и, чтобы исключить всякую возможность возникновения отношений, позвала в гости Лену и Илью. Илья – еврей из Армении. Он достался мне в наследство от Сергея. Илья страдал головными болями и был депрессивно подавлен. Он был неудачником, потерял работу, жена от него ушла и еврейская диаспора сторонилась его. Мы с Леной опекали его, а он с благодарностью принимал нашу опеку.
Я испекла пирог и приготовила мясо по особому рецепту. Гости прибыли, откушали и задержались за разговором до часу ночи.
Я знала, что Саше рано вставать на работу, а до дома далеко добираться.
– Придется его оставить на ночь в доме, – подумала я. – Ну не гнать же его на улицу?
Когда, наконец, все ушли, я взглянула на Сашу и поняла, что мужик дошел до ручки. На него было больно смотреть. Его трясла крупная дрожь, и он не мог вымолвить ни слова.
– Я могу тебе чем-то помочь? – спросила я, стеля постели в разных комнатах.
– Ложись со мной, – сказал он, сильно заикаясь.
Можно по-разному относиться к женщинам, ложащимся с чужими мужьями в постель. Можно по-всякому осуждать мужчину, стремящегося к чужой женщине. А можно никак к этому не относиться, потому что жизнь она сама всегда накажет неправых.
Саша окончил Ленинградский строительный институт. На пятом курсе женился и после окончания института подался с женой и маленьким сыном на Дальний Восток. Поселились они в щелястом вагончике с печкой. Сынишка хворал, родился еще один, и Саша решил перевезти семью в теплые края, на Украину, в город Хмельницкий.
Там он устроился на хорошую работу, получил квартиру, заговорил по-украински и был доволен жизнью вплоть до 1991 года, когда Все это в нашей стране началось. Он стал крутиться как все. Челночил, купил ларек на рынке, торговал ширпотребом, в общем, приспособился. Три раза он разорялся дотла и начинал дело сначала. После четвертого раза у него сдали нервы, и он решил поискать счастья на чужой стороне.
Он приехал в Америку по бизнес-визе, как частный предприниматель. То есть на экскурсию для обмена опытом. Посмотреть, как развивается малый бизнес в Америке.
Сразу подал на политическое убежище – мол, на Украине к русским так плохо относятся, что жить там просто невозможно – поубивают. Он тоже доставал липовые справки и свидетельства. Получил статус беженца и легализовался в Америке. Вот-вот должна была приехать семья, как прогремели взрывы
11 сентября 2001 года, и приезд семьи отодвинулся на два долгих года. Как у всех.
Английского языка он не знал, но машину водил. Устроился через посредника в строительную фирму плотником. Посреднику выплатил за посредничество частями две тысячи долларов. Жил вместе с другом в подвале, разбитом на клетушки. Потом купил машину. Теперь вот взял квартиру в кредит. Семья должна приехать со дня на день. Это состояние длится у Саши третий год.
Я согрела Сашу и дала выговориться.
Он приехал на следующий день, в пятницу, чтобы поехать вместе куда-нибудь подальше и посмотреть на горы. За три года жизни в Америке Саша ни разу не ездил на океан и ни разу не был в горах. Он работал день и ночь без выходных на будущее семьи.
У нас было впереди еще целых 10 дней жизни в доме. В последнюю субботу мы переезжаем, а в эту едем в заповедник – решили мы.
Мы выбрали «Заповедник Гигантских Секвой». В пятницу вечером мы уже были в кемпграунде.
Кемпграунд – это такое оборудованное место в заповедном лесу, где можно на отведенной площадке за небольшую плату (в среднем восемь долларов со стоянки) поставить палатку. На стоянке имеются стол со скамейками и оборудованный очаг с металлической решеткой. В непосредственной близости от стоянки есть источник питьевой воды и стоят чистые туалеты, зачастую с душем. В кемпграундах к некоторым стоянкам подведен электрический кабель и выход для подключения водяного шланга. Это в случае, если вы путешествуете в домена-колесах.
Конец ознакомительного фрагмента.
