— Сердце Валькирии, — закончил он. — Камень очень дорогой и редкий, не так ли? Так зачем вы пожертвовали им ради отбора?
— Дорогой — да, редкий… Впервые слышу.
— В нашем дворце есть маленький осколок такого камня, и его защита лежит на мне, — как молоденькой дурочке сказал дракон, рассматривая кольца. Смотрел на них он с большим интересом, перебирал пальцами и, порой мне казалось, хотел попробовать на зуб. — Он попал к нам случайно, после войны.
— Ясно. Наверное, редким его считают из-за того, что мы не продаем и не поставляем его другим. Это — наше достояние. Сердце Валькирии — очень сильный артефакт, даже если он в виде порошка. Он может лечить, создавать щит, охранять хозяина и иногда в него заключают духов, делая камень хранителем. Очень часто из него создают родовые артефакты, ну и его самая, на мой взгляд, лучшая сторона — он переводит языки.
— Да, полезная вещица. И сколько вы потребуете с Лератфана за это?
— Ни сколько. Я делаю это для всеобщей выгоды, — проговорила я, захлопнув крышку. — Можете идти, спасибо. Как только вам понадобится помощь — помогу чем смогу. Кстати, вы не видели повелителя?
— Где водятся кабинетные крысы? В кабинете, разумеется, — недружелюбно отозвался архимаг. Поклонившись, он вышел за дверь, аккуратно прикрыв её.
— Лиран, ты что тут делаешь? — зайдя к себе в покои, я плотно закрыла дверь. Девушка стоял напротив окна, бесстрастным взглядом смотря вдаль.
— Вас жду, обед вообще-то, — кивнув на поднос с едой, сказала она.
Я улыбнулась, спрятав папку с документами за спиной.
— Когда у тебя день рождение? — спросила я, подойдя к ней.
— У прислуги нет дней рождений. Мы собственность, практически вещь, — тоскливо отозвалась девушка.
— А вот и неправда, — возмутилась я, открыв папку. — Твой день рождения будет через месяц, пятого числа. А если ещё точнее — после заката, в 22:20.
— Это… Это же…
— Да, это твои документы. А это, — вытащив грамоту принадлежности, — большой амбарный замок, закрывающий путь в свободную жизнь. — По рукам пошли искры и бумагу окутало синее пламя.
Лиран большими глазами наблюдала как грамота осыпается кучкой пепла на ковре.
— Но теперь ты мне должна. Я ничего не делаю просто так, — я невольно улыбнулась, вспомнив практические такие же слова Винсента. Убрав папку комод, обернулась к девушке. — Они пока побудут у меня, чтобы ты не потеряла их. Могу отдать, хочешь?
— Нет-нет. У вас надежнее! Что я должна?
— Какие у тебя отношения с другими слугами?
— Хорошие. Меня любят.
— А с невестами? Они тебе могут довериться?
На мгновение она застыла, будто обдумывая.
— Не со всеми. Ваши девушки меня не любят, русалки тоже особо не жалуют, но в целом всё неплохо.
— Отлично. Тогда ты должна просто выполнять некоторые мои поручения. Ты — моя горничная на время отбора. Ясно?
— Да, благодарю, — расслабилась Лиран. Мне было радостно смотреть на неё. Во-первых, она хорошая, во-вторых, она верная, а в-третьих, она будет полезна. Уши, глаза и руки — лишними не бывают. Особенно в таком месте.
Поев, я хотела поговорить со своими девочками, но мои планы разбил Ариндель. Он наглым образом забурился ко мне, говоря что-то невнятно и про себя, бросая горящие взгляды на сундук с кольцами.
— Что? Ещё раз и разборчивее, — не поняла я его бубнеж.
— Что тебе не понятно? Всех в тронный зал, явка обязательна.
Я была недовольна тем, что меня в любой момент могут оторвать от дел, но ничего не поделаешь. Подняв свою распрекрасную пятую точку, я уже было хотела выйти, но мой взгляд пал на сундук, а после на ворона. Интересно, сильно ли пострадает его самолюбие, притащи он артефакты? Думаю, жить после этого сможет.
Тронный зал опять гудел, переплетаясь языками в большие комки, которые даже с языковым амулетом не разберешь. Когда я зашла, Лератфан вовсю рекламировал амулеты, больше походившие на ошейники.
Он издевается?
— Они очень удобны и…
— И они ужасно выглядят, — вставила своё я, подходя к ворону. — Это что, ошейник? Вы в своем уме? Мало того, что не вняли моим словам по поводу этого камня, так ещё и изготовили его в таком страшном виде.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Вас не спрашивали, — язвительно отозвался тот.
— Да, не спрашивали. А я спрошу у участниц, — сказала я. — У кого-нибудь есть платок? Просто у валькирий аллергия на этот камень.
Все ахнули, а вперед вышла одна из ведьм.
— Леди, вы бы не могли перевести? Это очень важно.
Я молча подошла к ней, сняла кулон-артефакт и нацепила на колдунью. Та благодарно кивнула и произнесла:
— Этот артефакт опасен не только для валькирий, но и для драконов и людей. Он будет истощать своих хозяев. Камень — энергетическая воронка. Сильно действует только на эти расы, но на всех остальных он тоже влияет негативно. Поверьте мне, я — алхимик.
Я, как всегда, была права. Взяв амулет обратно, решительно продолжила добивать ворона:
— Кто хочет такое носить? — спросила я. — Никто? А что так? Вы просто посмотрите! Загляденье… Красивый, утонченный, он будет отлично смотреться на тонкой шее. Надев его, вы будет блистать плохим настроением и странным внешним видом. Писк сезона! Все принцы будут вашими… Как троих на 130 делить будем? По косточкам или по граммам?
Шутку сочли хорошей, а потому все улыбнулись. Ну-с, пора!
— У меня есть подарок для вас, — проговорила я, открывая дверь в тронный зал. Выглянув в коридор, я чуть ли не упала — Аринделя с сундуком не было. Он остался возится с ним в моих покоях, неужели ещё не дотащил?!
Закрыв дверь, я посмотрела на всех собравшихся. Вот это позор. Вот это конфуз.
— Эм… Мне надо отойти. Случилось непредвиденное. — промямлила я, выбегая в темный плохо освещенный коридор. Оп! Я на кого-то налетела.
— Скажите, Верховная, а за рабочую силу вы отдельно заплатите или это входит в наш взаимовыгодный договор? — насмешливо протянул Винсент. Меня бережно придерживали за талию, не давая встретиться лицу с полом.
— Что?
— Вы когда-нибудь видели ворующего принца?
— Нет…
— А я видел. Скажу больше — я был организатором поимки вора и главным исполнителем сей операции, — сказал дракон, показав мне сундук.
— А где…?
— Кто? Ариндель? Бороздит просторы небес. Кстати, вы пока к себе в покои не заходите. У вас там ремонт делают.
Я встала как вкопанная. Ремонт? Дракон что, Аринделем двери выбивал?!
— На вас столбняк напал? Идемте в зал, — меня затянули обратно, галантно открыв дверь.
Правитель мысленно вносил меня в список „самых противных особ всего Света“, пока я с ослепительной улыбкой раздавала артефакты. Кольца пришлись по душе больше, чем ошейники, и все благодарно кивали и улыбались в ответ. Дракон исчерпал лимит „хороших дел“, а потому доставив сундук в середину зала, обвел всех испытующем взглядом и отошел в сторонку, сверлить мою спину. Это получалось у него прекрасно — я часто оглядывалась и ежилась.
Правитель ещё долго возмущался, кипятился и ругался на непонятном мне языке (очень странном, его даже артефакты перевести не могли), от чего мне было вдвойне неприятно. Я тут им помогаю за собственный счет, а они еще и недовольны!
Когда я выдавала последним девушкам их кольца, в зал вломился Ариндель. Белоснежный камзол порадовал взор новыми вентиляциями, волос у принца явно не хватало, а взгляд… Таким легко можно забивать гвозди и выбивать обратно.
— Сын? — удивленно выдавил из себя Лератфан.
— Ари? — таким же голосом вопросил Лариль. Вальтер просто ржал в сторонке, скрючившись.
— Доброго вечера, — чинно произнес Ариндель, невозмутимо оправив камзол. Откинув непослушные пряди волос назад, он подошел к нам. — Все уже ушли? Какая жалость. Ваш подарок понравился моим невестам? — сквозь зубы спросил он.
— Ага, — кивнула я. — У вас есть минутка?
— Ох! Нет-нет, увы. Мне сейчас не до вас. Дела-дела… — с этими словами он отвесил поклон и ушёл.
— Что с ним произошло? — почесал подбородок Вальтер.
