Платье пришло быстро и залетело оно прямиком в окно. Я, как и по плану, вместе со всеми девушками послала письма в наши Домены. В этот раз делая заказ своим помощникам, я указала как можно более точные координаты, чтобы не переться черт знает куда за одеждой. Родители девушек и мои помощники были удивлены, но, судя по всему, против никто не был.
Когда я развернула влетевший сверток, то пришла в ужас. У валькирий легкие и очень пышные платья, которые мы делаем из своего шелка. Он очень мягкий и прочный, потому что делается по особым технологиям. А этот кошмар был больше похож на кожу, которую надо натягивать на кольца, как на барабан. Итог моего преображения: очень тонкая талия аля „задохнись ради красоты“, высокая прическа „меня всем видно?“ и макияж „вкуса нет ваще!“.
— Ужасно, да?
— Ну… Так они ходят… — пожала плечами Лиран. Она взяла свёрток, и полностью раскрыла его. — Тут ещё накидка, — протягивая мне блестящую синюю ткань, сказала девушка.
Надев её на плечи, я ещё раз мазнула взглядом по зеркалу. Ало-красное платье было украшено камнями и удлиняется сзади, а темная накидка красиво гармонировала с ним.
— Вам не нравится?
— Не дурно, но образ тяжелый. Мне нравится что-то летящее… — выдала я. — Ладно, твой черед.
— Вы уверены? Я ведь просто горничная…
— На сегодня ты — моя фрейлина. Ясно?! Давай, не упрямься. Теперь мое время творить чудеса.
Сказала — сделала. Русалка из Лиран вышла восхитительная. Я подкрасила ей волосы, сделав их зелено-голубыми. Оттенила лицо, от чего голубые глаза заблестели ярче. Синие стрелки пришлись ей по душе, и она попросила сделать их ярче. Моё платье, которое любила до гроба, я с удовольствие отдала девушке. Оно было очень интересным — лиф светло-голубой, а к низу платье становится черным. Градиент тоже подошёл горничной, ровно также, как и колье. Дырок в ушах у девушки не было, зато у меня были клипсы, которые тоже вписались в общую картинку. Дальше шли духи и перчатки…
— Это не я, — выдохнула Лиран, кружась перед зеркалом.
— В этом вся соль, — согласилась я. — Тебя никто не узнает. Скажем, что ты моя помощница, прибыла с посланием из Домена и решила принять участие в нашей задумке.
— Идемте, пора солить правителю и вашим соперникам. Главное, чтобы это не сулило нам проблем, — приуныла горничная, закрывая дверь в мои покои.
— Проблемы — это жизнь. Без них никак. Мы не хотим их, зато они хотят нас, — проговорила я с умным видом, сворачивая в гостевое крыло валькирий.
— О да…
Девушки были готовы. Все они выглядели изумительно.
— На красивой швабре — любая тряпка красиво сидит, — поправляя юбки девушек, сказала я. Господи, ещё чуть-чуть, и мои высказывания разберут на цитаты.
— А мы швабры?
— Мы — валькирии, — заметила я, приглаживая сеточку на глазах девушки. Она была вампирессой.
Рядом стояла Маргарет, она была вороницей. Черное платье облегало её тонкую фигуру, золотые тени на глазах переливались, а с правого глаза шел красивый узор, охвативший четверть лица. А ещё эта черная накидка с перьями. Ммм… Мой взгляд пал на нашу феечку — самую низкую и очень милую валькирию среди нас. Воздушное платье персикового цвета, розовые губки и упругие кудри, спускающиеся ниже талии.
— Что это? — подхватив локон, я внимательно вгляделась в него.
— Это присыпка. Золотая. Красиво, правда?
— Очень, — согласилась я.
Демонесса с кокетливыми рожками выглядела ничуть не хуже. Также, как и эльфийки, дриада, ведьма и… В общем, всё пройдет как надо!
— Ну-с, что мы стоим? Вперед!
Пока мы шли к бальному залу, народа становилось всё меньше и меньше.
— Опоздали, — вздохнула Лиран.
— Так и нужно, — улыбнулась я. Всё, абсолютно всё шло по плану! — Надо, чтобы нас все заметили. — Остановившись перед дверью, я обернулась к девушкам. — Улыбнулись! Боже, не так… Зачем же натягивать улыбку? И не как дурочки! Всё, вот так. Плечи расправить. Расправить! Отлично.
Церемониймейстер смотрел на нас как на чудо света, и у него у самого расплылась придурковатая улыбка на физиономии.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Объявите, — протянув карточку с именами, я отошла в сторону. Я буду как вишенка на торте, видок как раз подходящий.
— Катрин Хейм! — выкрикнул имя мужчина, и эльфийка зашла в зал. Звенящая тишина резанула по ушам.
Церемониймейстер запнулся и взглянул на меня. Мол, что дальше?
— Читай! — прошипела я, бросая убийственный взгляд на него.
— Маргарет Изоро Райн, — продолжил объявлять он. Вороница прошла в зал и тут…
— Эй!
— Это что?!
— Так не честно!
Мужчина опять остановился, изображая пантомиму баран и новые ворота. Церемониймейстер то ли дурак, то ли просто неопытный, но такие огромные задержки в объявлениях мне не нравятся.
— Saki ro! — шепнула я, в упор глядя на бумажку в его руках. Раз, два, три и горка пепла на полу, а в придачу очень большие глаза мужчины.
— Красота рас — неописуема! — взяла слово я, оставаясь в тени. — Ни один поэт не сможет написать стих, красоты такой, которая могла бы соперничать с великолепием рас. Все мы разные, неповторимые и одновременно очень похожие. С давних времен у валькирий был праздник. Праздник, когда каждый мог стать кем-то другим. Так почему не возродить его? По крайней мере, мы старались. Не примите это за оскорбление, примите это за восхищение! — проговорила я. — Встречайте! Эмилика Вай Хай Ремин! Джоне Ран Каси! — начала перечислять я. Девушки влетали внутрь, ослепляя всех своей красотой. Когда все зашли в зал, который до сих пор был в шоке, я показалась в дверях. — Очень приятно видеть всех вас в хорошем настроении, надеюсь, мы подняли его вам ещё больше. Думаю, меня представлять не надо, — спуская по ступеням, я ослепительно улыбалась каждому. Когда я достигла своих девочек, то стало немного неуютно. Спасли ситуация, как не странно, драконы. Они звонко захлопали в ладоши, заражая этим весь зал. Заиграла музыка и я оттащила девушек к столам.
— Танцевать, не давать загнать себя в угол, держатся рядом. Ясно?
— Да.
— Вот и ладушки, — улыбнулась я, наблюдая, как они разбегаются по залу. Маргарет тут же подцепила себе молодого ворона, Фадей попала в руки к принцу Вальтеру. Тот не на минуту не задумываясь, повел её в середину зала. От наблюдений меня отвлек вор, то есть принц… Или вор? Два в одном.
— Не окажете честь? — спросил он, протягивая руку в белой перчатке.
— Это я у вас хочу спросить.
— Не понял.
— Не окажете честь объясниться? Ты зачем сундук упер? Простите за выражение. — Смотреть в глаза принца было одним удовольствием, они отражали его страх и стыд.
Меня схватили за руку, выводя в центр зала.
— Прости, но это был приказ отца, — виновато сказал принц, ведя меня в танце.
— Врешь. Он не мог знать.
— Мог, у нас есть призраки, которые в полном подчинении отца, они ему и рассказали. Я лишь исполнитель. Прости меня, если сможешь. Понимаешь, если правитель приказывает, то мы должны сделать все, что он хочет. У каждого ворона, даже у служанок, есть бумага, подписанная кровью. Клятва, полное подчинение своему королю.
— Её нельзя ослушаться?
— Её больно не слушать. — Грустно улыбнулся принц. — Если приказ был очень важным, то ослушавшись можно даже умереть.
— Ужас, — покачала головой я.
Танец был интереснейшим — каждый раз, когда музыка меняла темп, девушки поворачивались спиной к кавалерам, а после недолгой паузы оборачивались. Кавалеры же менялись по кругу, по часовой стрелке. Таким образом и шел танец. Его я раньше видела, но не танцевала. Лишь изучила, интереса ради, вдруг пригодится? Пригодился, как видите.
Вот все дамы повернулись, и я последовала их примеру. Раз, два, три, конец паузы. Оборот.
— Э…
— Что-то не так? — вскинул бровь Ариндель. Все косились в нашу сторону, но претензии никто не предъявлял. Жить хочется всем.
— Вам закон не писан?
— Какой закон? Это лишь танец.
— Это церемониальный танец. С него всегда начинают бал и…
