class="p1">— Ага. Сделаю не стоячку на других девушек кроме тебя.
— Чего? — вот этого точно не ожидала.
Даже не знаю, что сейчас делать — смеяться или реветь.
— А что? Ты ж сама хотела любви. Вот пусть думает, почему с тобой получается, а с другими нет. Так мы ему намекнем. Они ж рационалы, пока до них дойдет… — неизбежно махнула она рукой. — Мы с тобой десять раз состариться успеем. Ведь не факт, что он на тебя клюнет. Таких как ты, красивых, думаю, было у него очень много. Но есть одна загвоздка.
Мила, то есть паренек немного смутился, потупив взгляд.
— Какая? — и почему у меня появилось нехорошее предчувствие.
— Понимаешь, — начала она, продолжая смотреть вниз. — Раз он колдун, я не смогу преодолеть защиту только с помощью фотографии. Нужно подобраться, скажем так, коснувшись к его энергетике изнутри. И эта энергетика должна быть обязательно выплеском интимного характера.
— Ты можешь просто сказать, что тебе нужно? — не выдержала я.
— Мне нужно его семя.
— Что? — взвизгнула я. И так громко, что проходящая мимо компания, идущая в клуб, синхронно повернули головы в нашу сторону.
— Да тихо ты, — прошипела Мила.
— С ума сошла?! — ответила ей тем же.
— Это единственный способ.
— О-о-о, что ж не предупредила заранее, я баночку для анализов прихватила бы с собой. Это же так просто, — с ерничала я.
— Нет, мне достаточно одной капли. Вот, — достала она из кармана маленький прозрачный пакет. Похожий на тот, который дают в ювелирных магазинах для купленных украшений.
— Ты хоть понимаешь, как это мерзко? — скривилась я, оттолкнув ее руку, позабыв о рядом находящемся, примерно в двадцати метрах от нас, Станиславе с его белокурой красоткой решительно, пошла к парадному крыльцу.
— Ну, знаешь ли. Не менее мерзко, чем, когда ты однажды копалась к кошачьем помете, чтобы сварить выздоравливающее зелье для бедного домашнего питомца тети Зины, — немного обиженно выкрикнула мне вслед подруга и поспешила за мной, продолжая втюхивать полиэтиленовый комок.
— Это другое.
— Но согласись, тебя чуть не вырвало, а значит, тогда было намного хуже.
— Ты издеваешься или специально прикидываешься? — повысила я голос, резко остановившись у первых ступеней. И вдруг я почувствовала, что меня начинает охватывать озноб. Да такой сильный, словно температура воздуха внезапно упала на десять градусов ниже, чем было и опускается дальше. Тело начало покалывать, руки легонько затряслись. Мне было очень холодно несмотря на то, что одета уже в зимнюю куртку, джинсы и высокие сапоги.
Я интуитивно развернулась. Станислав все так же стоял возле машины, но уже не интересовался своей сногсшибательной пассией. Он смотрел на меня. И не просто глядел, как на очередную знакомую, а кинул ментальную стрелу — мороза, от которого все внутри затряслось. Это действо я расценила либо, как привлечение моего внимания, либо то, что с ним шутки плохи и лучше было бы, если я сразу сдамся.
Похоже, моя уверенность поколебалась, ковырнув острым когтем кусочек сердца. Но в тоже время от этой наглой, самоуверенной физиономии во мне еще больше взыграла злость. Да, хрен, тебе.
— Давай пакет, — твердо сказала я Миле, когда та, разумеется, сразу сообразив, что нас заметили и, делая вид, что вдруг заинтересовалась мигающей красной клубной вывеской, протянула кулак.
Демонстративно приподняв бровь, я дотронулась до амулета на шее и перевернула зеркальную сторону от себя. Его заклятье бумерангом отскочило от моего тела и вернулось к хозяину. Станислав еле заметно вздрогнул, но виду не подал. Лишь в глазах снова, как и на горе блеснул гнев, буквально на мгновение, превратив голубые брызги в темные точки.
Я ехидно улыбнулась, с удовольствием тряхнула рыжими локонами и, подхватив своего иногда уж слишком заумного дрыща под руку, начала подниматься вверх. Спину жгло. Плевать. Пусть хоть до дыр протаранит взглядом. Все равно не обернусь.
Во избежание прослушки разговора с помощью колдовства, просто не знали, на что Станислав способен, мы с Милой, придя к взаимному выводу, решили пока помолчать. Прошли через широкие стеклянные двери и наткнулись на двух широкоплечих охранников в черных костюмах. На их лицах, когда они увидели худого паренька, отразилось что-то вроде — еще один неудачник, а когда глянули на меня — удивились. Все-таки этого неудачника я держала под руку. Далее с недоумением снова на Милу, но уже с усмешкой — все понятно, снял телку и пришел хвастаться. Вот так всегда и судят людей. Заранее ставя унизительное клеймо всего лишь по внешнему виду. А все может быть наоборот. Но разве перекаченных идиотов охранников с куриными мозгами из-за переизбытка тестостерона это волнует?..
Мы спокойно прошли металлоискатель, на лифте поднялись на третий этаж, сдали верхнюю одежду в гардероб, получили резиновые браслеты и вот он — переполненный отдыхающими «Монако».
Внутри царил полумрак, освещенный лучами прожекторов. Играла современная попса, давя на барабанные перепонки, и большинство посетителей ритмично двигались на танцполе, поддавшись всеобщему веселью, который находился в центре клуба, окруженный металлическими черными столиками.
— Туда, — Мила потащила меня к барной стойке.
Бесцеремонно втиснулась между пьяным мужиком и платиновой блондинкой. И заказала выпивку.
Недовольный, уже основательно нагрузившийся алкоголем тип, попытался ей нагрубить. Но Мила прямо посмотрела в его мутные серые глаза и бесстрастно, на лице безупречное спокойствие, твердо отчеканила:
— Пошел вон!
Разумеется, применив сверхсилу.
Захмелевший, по самую катушку мужлан, послушно выполнил приказ. Встал, развернулся и медленно, но, верно, направился в сторону выхода.
— Ты поосторожнее с магией, — сказала я тихо, присаживаясь рядом, кладя руки по локоть на гладкую отполированную деревянную поверхность. — Мало ли куда она его заведет. Пьяный же.
— Не переживай. Видимость может у него и ноль, но по внутренним приборам домой точно вернется.
Я усмехнулась, и посмотрела на бармена.
Обычный парень, в черно-белом дресс-коде, симпатичный, не более. Из обширного выбора разных и самых причудливых форм бутылок шеренгой, стоящих за его спиной, он выбрал начатую тару дорогого красного вина и щедро наполнил два бокала почти до краев.
Мы с Милой чокнулись, сделали глоток.
— Ладно, я буду там, — указала она рукой на неприметный столик в углу. — И не забудь про фотку. Мне нужно его лицо…и не только.
— Угу, — я подняла бокал и вновь отпила небольшой глоток, снова восхитившись его отменным вкусом.
Потом еще один глоток, провожая подругу взглядом и еще один…и еще один… Неужели нервничаю?
Прозвучал очередной заключающий бешеный аккорд и на несколько секунд в клубе повис несмолкаемый гомон людей. Стараясь унять взвинченные нервные клетки, я развернулась и быстро оглядела присутствующих.
— Да где же он? — рыкнула, не находя Станислава.
Мой взгляд
