туфельку из моей руки, бросил ее на пол. Он подал мне корзинку, стянул покрывало с кровати и быстрым движением завернул меня в покрывало вместе с руками и ногами.
— Что ты… — Я, увлекаемая уверенной рукой, вынужденно сделала несколько шагов к раскрытому настежь окну, успев слегка испугаться скорости развития событий.
Не обращая внимания на мои восклицания, одной рукой он обхватил меня за талию. А второй подтянулся на оконной раме и вынес нас обоих на перила французского балкона.
Крепко прижав меня к себе одной рукой, и взвалив на плечо, Олав оттолкнулся ногами и, цепляясь за карниз, подтянулся. Я могла только высоко взвизгнуть, сжимая корзинку в своих руках и пытаться не смотреть вниз. Уже через минуту мы были на крыше.
Перед широкой трубой дымохода была ровная площадка, где он поставил меня на нетвердые босые ноги и развернул покрывало. Взяв корзину из моих рук, Олав накинул покрывало мне на плечи, замотал ноги и усадил спиной к дымовой трубе, она была ещё теплая, и по телу разливалось приятное покалывающее чувство.
С высоты четвертого этажа небо казалось нереально близким, словно рукой подать. Мне захотелось протянуть ладонь и потрогать звезды, но вынимать руку из теплого кокона одеяла совсем не хотелось, да и пошевелиться я первое время боялась.
Олав открыл бутылку так, будто тренировался в этом годами. И аромат из горлышка вызвал у меня влажность во рту.
Бокалы быстро наполнились вином, и мы, облокотившись об дымовую трубу, устроились, задевая друг друга плечами, подняв глаза к звездному небу. После наших словесных баталий с ним было комфортнее, чем с остальными, и это дало мне время обдумать кровавую сцену за ужином.
— Я думала вы не едите человеческую еду, а как же вино?
— Мы не едим, но мы пьем. Вода, вино, иногда даже чай — это важный элемент нашего обмена веществ. Помогает сохранить эластичность клеток кожи и синтезировать коллаген.
Он почистил, разделил на дольки крупный апельсин и протянул мне одну. Взяв дольку из его рук, я нечаянно задела мизинцем его раскрытую ладонь.
Задумавшись о том, какая у него холодная рука, я машинально облизала сок с пальцев. Это был сладкий спелый апельсин, какие не часто встретишь в магазине в это время года. Олав украдкой посмотрел на мои мокрые пальцы.
— Иногда я скучаю по человеческой еде, но у меня есть свой секретный способ снова ощутить её вкус.
— Какой? — Прожевав, я потянулась за второй долькой и откусила от нее половину, тщательно разжевывая свежую сочную мякоть.
Олав поймал мою руку с апельсином и потянул меня к себе за покрывало. Его лицо резко приблизилось, он склонил голову и впился поцелуем в мои губы, просунув меж ними кончик языка.
Его язык сначала холодный стал теплее от моих горячих губ, и он жадно всосал в себя мою слюну с апельсиновым соком. Острые клыки коснулись моей нижней губы, и он отстранился, вглядываясь в мои глаза с непроницаемым лицом.
— Такой.
Это был странный, но приятный поцелуй под звездным небом, с привкусом вина, апельсинов и ароматом древесного угля. Мои щеки покраснели, а голова стала плохо соображать от вина и желания продолжения.
— Сейчас твоя кровь вкусом тоже будет напоминать об апельсинах. — Он слегка улыбнулся и оперся рукой об трубу дымохода. — Это довольно сложно объяснить, но мы чувствуем, что ел человек перед укусом. Иногда это что-то ужасное и от этого пропадает аппетит.
— Я сегодня ела отвратительный как картон сэндвич с копченой курицей на заправке. Пожалуйста, не кусай.
— Я не злодей. Только с твоего разрешения.
— Все вампиры такие как ты?
— Нет. Некоторые могут манипулировать тобой, чтобы выпить из тебя. Другие — возьмут силой. В этом мы не отличаемся от людей.
Я задумалась, пытаясь представить, как жила бы я, будь я вампиром.
— Как часто вы вот так едите?
У меня был шанс узнать о вампирах больше, и похоже Олав действительно не хотел причинить мне вреда.
— Достаточно раза в день или два, но обычно это кровь из пакета. Мы ели сегодня из-за тебя. Тяжело три ночи простоять голодным рядом с накрытым столом. После еды нам легче мыслить рационально.
Он посмотрел куда-то вниз и вдаль в глубину темного леса, там горели огни небольших домов, где, по-видимому, жили другие вампиры. Аккуратно подняв надо мной свою левую руку, он расстегнул заколку на моих волосах, и они волнами упали на плечи.
Я машинально убрала прядь волос с лица, не сводя взгляда с деревьев, в которые он вглядывался. Сквозь ночь я едва могла различить там несколько темных силуэтов. Видели ли они нас? Скорее всего.
— Любопытные. Это молодые вампиры, и они скорее всего думают, что ты одна из девушек по вызову. Сейчас они, наверное, рассуждают о том, какой я романтичный извращенец, что полез с итак уже готовым перекусом на крышу при лунном свете. Дракула недобитый. Завидуют.
Я засмеялась и подтянула колени к подбородку. Олав был не таким холодным, каким показался мне впервые. И я поймала себя на мысли, что у него как и у меня был просто тяжелый день, а девушка, которую он пил, вероятно, его ревновала.
— Мейстер вернулся. — с какой-то едва заметной грустью сообщил Олав.
Я увидела, как к дому подъехала черная спортивная машина. Автомобиль завернул во внутренний двор к подсобным помещениям и скрылся из виду. А я и не знала, что он уезжал. Но, что он делал так поздно в резервации.
— Он отвозил девушек к стене, там их заберут. — прочитав мои мысли ответил Олав. Он неохотно встал и подал мне руку. — Если захочешь, можем завтра прогуляться вокруг поместья после заката, там красиво. Если я все не испорчу. Ладно, пора.
Он наклонился и поднял меня, по грудь завернув в одеяло, а я обхватила обеими руками его шею. Почувствовав его крепкую руку на своем бедре под ягодицами, я невольно сжалась и ткнулась носом в удивительно теплое плечо. Мы спустились в мою комнату так же через окно.
Губы все еще хранили след от поцелуя с ароматом апельсинов, и я знала, что ночью буду думать о холодных руках, ласкающих мое тело.
— Я отведу тебя в его кабинет. Ты приехала, чтобы собрать информацию. Ночь — это лучшее время, когда ты можешь это сделать. — Оставив покрывало, я надела туфли, достала из сумки свой блокнот, диктофон и ручку. Не говоря ни слова, Олав взял мои пальцы и за руку повел меня на третий этаж, где жили другие обитатели поместья.
