В этот же момент Малой рванул, превозмогая боль, и убежал. Алексей лишь разводил руки.
Малой бежал к заброшенному дому и думал об Алексее. На рынке Алексей жестоко хватал за лапы мучающуюся курицу и быстрым безжалостным движением снимал с нее голову. И тот же самый человек так ласково и добро относился к нему. Можно предположить, что маньяк тоже относится к кому-нибудь ласково.
Когда Малой был в нескольких минутах от пункта назначения, Умница вышла от туда и пошла по своим делам.
— Малой, постой. — Крикнула Умница, случайно увидевшая Малого.
Малой разочарованно повернулся.
— Ты жив — здоров? — Спросила Умница. — Это хорошо. Кто наложил тебе эту повязку?
— Эм… Да… Там был человек из моего кафе, который меня любит. Он организовал помощь.
— И куда ты теперь?
«И что можно ответить на этот вопрос? — Думал Малой. — Сказать правду? Может, она поймет? Но ведь я обещал Серому никому ничего не говорить».
— Почему ты молчишь?
— Я не могу сказать, куда я иду. — Сказал Малой.
— Почему?
— Этого я тоже не могу сказать.
— А если я потребую?
— Все равно не скажу.
— Это подозрительно. — Сказала Умница. — День назад ты ушел от ответа на вопрос, что случилось на ферме. Теперь ты не говоришь о том, куда ты ходишь. Ты странно ведешь себя в последнее время. Ты хранишь слишком много секретов, и я начинаю подозревать тебя в измене стае.
— Твои подозрения ложны.
— Тогда говори!
— Нет.
— Почему?
— Потому что я не хочу. Я мог бы соврать тебе, но я не приемлю лож, а поэтому я просто говорю тебе, что ничего не скажу.
— Я требую!
— Ты больше не вожак. Мне безразличны твои требования.
— Я по-прежнему сильнее тебя.
— Я все равно тебе ничего не скажу.
Про себя Малой думал, что было бы намного проще соврать. Ему в голову пришли пара правдоподобных способов это сделать.
— Ну пожалуйста, — ласково сказала Умница, обойдя Малого сбоку и потерявшись головой о его шею. — Я все равно не отстану от тебя.
«Не поступай с другим существом так, как бы ты не хотел, чтобы поступали к тебе в его теле — Думал Малой. — Но что делать, когда один поступок навредит разным существам. С одной стороны, я хочу, чтобы мне говорили правду, а значит, я не должен врать. С другой стороны, я не хочу, чтобы данные мне обещания нарушались, а значит, я не должен ей ничего говорить. Впрочем, почему я вообще решил, что это верный способ определять правильный поступок? Я не помню, откуда я узнал эту максиму, но я всегда был уверен, что именно это правильный способ отделения правильного от неправильного. Это утверждение было очень глубоко укорено в моем сознании, что я не был способен поставить его под сомнение. Но что теперь?».
— Я больше не позволю тебе уйти от ответа. — Сказала Умница.
— Пообещай мне, что никому не скажешь. — Сказал Малой.
— Что ж, обещаю.
Малой вздохнул и выдавил:
— Я собирался пойти к своему кафе. Силач ведь запретил побираться, поэтому я не хотел говорить.
— Почему ты идешь не в ту сторону?
— Чуть-чуть заблудился. Я не очень хорошо знаю округу.
— А почему ты убежал от фермера? — Спросила Умница.
— У него живет племянник — маленький садист. Он издевается над животными, в том числе над собаками, а взрослые потакают ему. Поэтому я убежал.
— Ладно. — Сказала она.
Умница ушла, и Малой пошел дальше к чердаку, размышляя о моральном принципе. Максима, кажется, была не правильной. Если это действительно так, то как возможно определить правильность поступка? Маньяк, скорее всего, не понимал, что он злодей, когда снимал с живой девушки кожу. Торговец кур не понимал, что он садист. Этого не понимал и фермер. Все всегда считают себя правыми, хотя это не так. А вдруг я тоже чего-то не понимаю? Как определить, совершаешь ли ты не правильный поступок? Ложь Умнице была неправильным или правильным поступком? И действительно ли Малой поступает правильно, когда отказывается от мяса? А вдруг убивать людей и собак — это все-таки правильно? Где критерий правильности?
Малой взобрался на чердак и обрадовался, очередной раз увидев птенца живым, но расстроился, когда понял, что он болен. Малой поел корм.
Он решил, что поступил правильно, когда соврал Умнице. Благодаря этому птенец до сих пор в безопасности — вот что важно. Важны последствия поступков, а не их соответствие какой бы то ни было максиме. Золотое правило нравственности — это всего лишь ориентир, с помощью которого можно оценивать альтернативные последствия.
Вместе с появлением этой мысли Малому пришло осознание того, то доедать мясо с помоек — это даже добро. Так смерти этих живых существ становятся менее трагическими и бессмысленными. Но уничтожать их ради удовольствия, забывать о подлинном значении недвижимых кусков плоти — это кощунство.
Тем временем Серый поглощал остатки недвижимых кусков плоти из личного тайника под гаражом. Он ел осторожно, периодически выглядывая и проверяя, не видит ли его кто-нибудь. И «кто-нибудь» появился — пес по кличке Щегол. Серый спрятался, но Щегол подошел и сказал:
— Я знаю, что ты там. Выходи.
Серый не выходил.
— Хватит жрать. — Говорил Щегол. — Сейчас твоего друга разорвут на чердаке.
Серый понял, о чем идет речь, вскрикнул «твари вонючие!» и побежал, по дороге размышляя, от куда Щегол знал его местоположение и почему он прибежал сообщить ему о проблемах у Малого. Налицо была интрига.
А проблемы у Малого начались с фразы:
— Я знала, что ты соврал мне. — Сказала неожиданно появившаяся на чердаке Умница. — Что ты там прячешь?
Малой встал так, чтобы закрыть птенца от Умницы. Вслед за ней на чердак зашел Силач и еще пара собак стаи.
— Отойди. — Сказал Силач.
Малой испуганно отодвинулся, открывая всем птенца. Птенец почувствовал угрозу и прижался к Малому.
— Что это такое?! — Закричал Силач.
— Это птенец. — Ответил Малой.
— Это не птенец. — Отвечал Силач. — Это — будущий орел. Ты что, падла, надеешься, что когда он вырастет, он тебе поможет отомстить мне? Ошибаешься!
— Орел? — Спросил Малой. — Я даже не знал этого. Мне было жалко его, и я хотел его спасти.
— Позорище! — Крикнул Силач. — Убей орла!
Малой взглянул на орленка, прижавшегося к его телу. Он не хотел причинять ему вреда, но даже если бы Силач не требовал убить орленка прямо сейчас, было ли бы правильно это сделать?
«Если он выживет, он тоже будет убивать других живых существ. — Думал Малой. — Значит, чтобы спасти других живых существ, нужно убить птенца? Правильно ли это — убивать одних ради
