на меня набросилась…
– Успокоилась? – Элвин тряхнул меня так, что зубы лязгнули. – Или в бассейн окунуть, чтоб остыла?!
– Успокоилась, – буркнула я.
Горячие тиски исчезли, в легкие хлынул спасительный воздух. Прозвучали удаляющиеся шаги. Едва не придушив сводную сестру, рыцарь в сияющих доспехах потопал утешать спасенную подружку. А та не унималась:
– И вообще, это она запустила те гнусные сплетни! Ты бы слышал, что она обо мне говорит! Такие гадости! Не знаю, как так можно…
Элвин бросил на меня уничтожающий взгляд.
Однако, нежная Молли не промах. Умыкнула у меня такой козырь! Теперь, чтобы я о ней ни сказала, Элвин не поверит. Да я и не собиралась… Если моему сводному братцу нравится быть рогоносцем, кто я такая, чтобы ему мешать.
– Знаешь, что она заявила Аманде на выпускном? – продолжала хныкать Молли, – Угрожала, что ее изнасилуют!
Ох… Еще один удар. Конечно, я говорила не совсем то… Но ведь ничего не докажешь.
– Как вы живете под одной крышей с этой бешеной? – Молли уже несло, не остановить. – Не боишься, что она тебя прирежет, когда ты будешь спать?!
– Мы с тобой еще поговорим, – тихо пообещал мне Элвин и обнял свою подружку.
Я передернула плечами. Что же, кажется, мне здесь делать уже нечего. Я покинула место отгремевшего боя с гордо поднятой головой и отправилась в кафе, как и собирались. И аппетит у меня был отменнейший, хотя где-то в глубине души шевелилась тревога.
Обещание Элвина поговорить никак не шло из головы. Звучало оно несколько угрожающе.
⁂
Остаток дня прошел довольно скучно. Книга оказалась неинтересной, зависать в интернете быстро надоело, смотреть фильмы вообще не тянуло. Я долго валялась в ванной, до тех пор, пока подушечки пальцев не сморщились, потом вылезла, побродила немного по комнате и отправилась спать. Пораньше. Все-таки сталкиваться со взбешенным Элвином мне не хотелось. Не то чтобы я этого боялась – глупости, бояться там нечего! – но на сегодня скандалов и так было более, чем достаточно. Я крутилась с боку на бок, скинула одеяло, вновь его натянула. В очередной раз пришла к выводу, что напрасно осталась дома. Уехала бы с родителями, по крайней мере получила бы безлимитный доступ к морю и отсутствие Элвина рядом, серьезные преимущества. Перевернула подушку прохладной стороной вверх, вновь улеглась. Наконец, накатила дрема.
Я уже засыпала, когда дверь в мою комнату распахнулась, ярко вспыхнул свет. Вздрогнув от неожиданности, я распахнула глаза и заморгала. На пороге стоял… Элвин. В такое время? Здесь?
Что за…
От мелькнувшей догадки прошиб холодный пот.
– Что-то случилось? – в ужасе прошептала я, чувствуя, как леденеет внутри. – Что-то с родителями? С… мамой?
– Случилось, – наконец заговорил он. В его голосе отчетливо звенела ярость. – И, видимо, давно. Что с тобой не так, глупая кукла?
Со мной? Значит, с мамой все в порядке? От нахлынувшего облегчения закружилась голова. Я даже не сразу поняла, о чем он говорит и что вообще происходит. А когда поняла, на смену облегчению пришла злость. Если все в порядке, почему он здесь?!
– Ты что, не можешь просто жить, не влипать в неприятности, не тащить сюда кого попало и не устраивать драк?
Да какого черта я должна это слушать?! Я и до этого была не в лучшем настроении, а вваливаться ко мне без стука среди ночи – это вовсе не тот поступок, который я могла бы высоко оценить.
– Убирайся, – выкрикнула я. – Выйди вон из моей комнаты!
– Из твоей комнаты? – ледяным тоном переспросил он. – Это мой дом. И здесь нет никаких твоих комнат! Надеюсь, твоя мамаша скоро надоест отцу и он выставит отсюда вас обеих.
А вот это было уже подло.
Как бы мы ни ссорились с Элвином, мама к нему всегда относилась хорошо. И выгораживала его всякий раз, когда отец приходил в праведный гнев от очередной выходки драгоценного сыночка.
Я вскочила с кровати.
Ярость захлестнула удушливой волной, разом отключив все мысли, кроме одной: добраться, и бить, бить, бить, исцарапать в кровь надменное лицо…
Подлетев к Элвину, я изо всех сил стукнула его кулаком по груди. Потом еще раз, и еще, пока не начала беспорядочно молотить куда попало, по плечам, по животу, по ребрам… Злые слезы вскипали на глазах.
Он стоял неподвижно. И даже не пытался меня оттолкнуть. Или уклониться, или перехватить мои руки. Не человек, камень. Кирпичная стена, до которой не достучаться, хоть расшиби кулаки. Да и что ему мои кулаки, словно дробинка слону.
Понимая бесполезность этой вспышки, я устало опустила руки и только сейчас заметила, что выбралась из кровати в том, в чем легла спать, – в полупрозрачной ночной сорочке.
Элвин смотрел на меня странным пристальным взглядом, от которого спине стало холодно, а щекам жарко. Я невольно отступила на шаг, и этот взгляд потянулся следом, неотрывно скользя по лицу, шее, по короткой полупрозрачной ночной сорочке, под которой ничего не было, по голым ногам. Его глаза потемнели, на висках заблестела испарина.
Что, черт возьми, происходит? Он пьян? Ему плохо? Или настолько зол, что еле сдерживается, чтобы не ударить?! Я внутренне сжалась, Элвин тряхнул головой, хрипло выругался и вышел, хлопнув дверью так, что задрожали стены.
Глава 7
Спала я ужасно. Всю ночь барахталась в бессмысленных мутных кошмарах, что забываются сразу, как откроешь глаза, но оставляют после себя мерзкое послевкусие и смутное беспокойство. Будто вот-вот случится что-то плохое…
Вовсе неудивительно, что проснулась я взвинченная и в отвратительном настроении. Удивительно другое: как я вообще смогла уснуть после того, что устроил вчера этот придурок? Меня до сих пор потряхивало от злости ненависти! Я и раньше не то чтобы хорошо относилась к своему сводному братцу, но теперь уровень ненависти просто зашкалил.
Так, надо успокоиться.
Успокоиться, ха! Вряд ли я теперь вообще смогу чувствовать себя спокойно в этом доме. Даже здесь, в своей комнате. Мое убежище перестало быть убежищем в тот самый момент, когда дорогой
