день рождения, а за подарком поедем позже, – говорил Павел Иванович, снимая верхнюю одежду и помогая жене сделать то же самое. Они втроем прошли в кухню и присели к столу. Диана включила чайник. – Это документы на твою квартиру. Теперь ты здесь хозяйка. Держи, – он протянул Диане небольшую папку. – Квартиру я купил еще весной, отец твой контролировал ремонт, завозил мебель. Одним словом, это общий наш подарок к твоему поступлению. Скрывать дальше нет смысла. Скоро начнут приходить квитанции об оплате за услуги на твое имя, так что ты будь готова к этому и не удивляйся.
– Ну, вы, родители, даете. У меня даже слов нет. Почему не сказали дома, а ехали специально?
– У нас другие планы, дочка. Ты помнишь, я говорила тебе о куче полированных дров, когда продавала твое фортепиано? Вот мы сегодня и купим тебе хороший синтезатор. Сама выберешь, – говорила мать, проходя в ванну. – Диана, это что? – спрашивала она, показывая на рубашку.
– А ты не догадываешься? Мам, из мужчин в моей квартире бывает только папа и то редко. Ты на сушилку взгляни. Мы с ним вчера были в ресторане, где я даже пела, и я его оставила на ночлег. Утром его подняли ни свет, ни заря. У меня есть его тревожный комплект вещей и белья. Это плохо?
– Это хорошо, что вы живете дружно. Давайте к столу. У нас есть дела, а вернуться назад мы должны сегодня, – распорядился Китаев.
– Мам, я против дорогостоящей покупки. Я обойдусь без музыкальной игрушки. Учусь я не в музыкальном училище, не пою на сцене. Зачем она мне?
– Мы так с Пашей решили. Будет тебе подарок ко дню рождения. Места он много не займет, а радость доставит. Давай, не будем спорить. Выпечка вся вечерняя, девочки старались, зная, что для тебя. Привезем инструмент, и нам споешь.
Когда инструмент доставили домой, у Дианы уже не было сомнений в целесообразности подарка. Расцеловав мать и Павла Ивановича, она села играть. Теперь зимними вечерами ей было чем себя занять. Сдав на «отлично» зимнюю сессию, она возобновила свои визиты к отцу и начала посещать спортивный зал, купив абонемент, где занятия проходили с трех до пяти два раза в неделю. После летней сессии она уезжала до начала занятий домой и помогала матери в кафе.
Прошло два года. Диана окончила второй курс, а все остальное в ее жизни оставалось без перемен. С Александром Смирновым они дружили, но до близких отношений дело не дошло. Оба помнили разговор перед Новым 2004 годом. Сегодня, они компанией шли в ночной клуб. Летняя сессия была сдана, практика пройдена, можно было отдохнуть. Настя агитировала подругу давно, но Диана не разделяла ее стремление «оторваться».
– Я могу свой двадцатый день рождения отметить так, как мне хочется? Сделай и ты мне такой подарок, – говорила Настя. – Я разговаривала с ребятами. Мне не нужны подарки, мне нужна компания, но каждый платит за свои коктейли.
– Настя, я не выдержу всю ночь танцев и грохота музыки. Как ты этого не можешь понять? Не люблю я этого, – убеждала она подругу.
– Надоест, я сама тебя посажу на такси и отправлю домой.
Сборы были недолгими. На дворе стояло лето, а на календаре было восьмое июля две тысячи пятого года. Легкая блузка и юбка – шорты, в карман которых Диана положила телефон, ключи от квартиры и деньги. На ногах были легкие босоножки на каблуке. Они приехали в клуб рано, в 20:10. Времени прошло часа полтора, когда к их столику подошел Марк Золотов. Вот уж кого бы ни хотела здесь встретить Диана, так это его. Настроение, которое и так было на нуле, двинулось к жирному минусу. «Нашел, – подумала она. – Все это ни к добру», – сделала вывод, вспоминая последнюю встречу с ним.
Полгода назад они встретились у кафе матери. Марк сидел за рулем своей машины, а увидав Диану, вышел.
– Привет! – сказал он, пытаясь ее поцеловать в щеку. – Давно не виделись. Как дела, учеба?
– Все нормально. Извини, мне нужно идти.
– У меня тоже все в ажуре: квартира, машина, диплом получу через полтора года. Ты мне скажи: как мы могли не видеться, если учимся в одном университете?
– У меня только один ответ на твой вопрос: либо наше обучение проходит в разных корпусах, либо ты редко посещаешь занятия. Прощай.
– До свидания, Аверина. Я обязательно найду тебя в городе.
– Что студенты отмечают? Я раньше вас здесь не видел. Как настроение? Как вам «Глобус»? – спрашивал он, конкретно ни к кому не обращаясь, и обводя каждого презрительным взглядом. – Вы немые? Что у тебя Аверина за компания? Чего они в рот воды набрали?
– Марк, у нас своя компания и нам посторонние ни к чему. Ты пришел отдохнуть или скандалить? – спросила Диана.
– Ладно, ухожу, отдыхайте, – ответил он, подходя к другой компании.
– Настя, проводи меня, я поеду домой, – попросила Диана, поднимаясь из-за столика. Следом за ней встала Настя и Санька. – Саш, оставайся, мы справимся.
За девушками двинулись следом два приятеля Марка и он сам. Саша направился следом, но «шкаф» его остановил.
– Парень, собирай свою компанию, и уходите, если не хотите неприятностей. Этот мажор оставляет в клубе денег в двадцать раз больше чем вы все. Девчонок он в покое не оставит, – говорил он, придерживая рукой Сашу.
– А ничего, что одна из них дочь полковника милиции? – задал вопрос Саша.
– Извини, я этого не слышал, – сказал «шкаф», нанес Саше удар и теперь придерживал его за плечи.
Настя у входа набирала номер такси, но заказать не успела. Телефон друзья Марка, смеясь, забрали. Они вели себя так, как будто играли в увлекательную игру, перебрасывая телефон друг другу. Потом, обняв Настю, о чем-то говорили. Марк же взял Диану за руку выше локтя.
– Ты долго будешь от меня бегать? – зло спросил он, ведя девушку на улицу.
– Пусти, мне больно. Я не бегаю, я просто хочу уехать, мне здесь не нравится. В клубе достаточно девушек, чтобы не скучать, – говорила она, чувствую от него запах алкоголя.
– Зачем мне другие, если я сегодня встретил тебя?
– Чего ты добиваешься?
– А ты не догадываешься? Твой отчим далеко, а я здесь. Ты помнишь, о чем я тебе говорил? Садись в машину и все будет хорошо. Отдохнем, расслабимся, а домой я тебя доставлю чуть позже, если захочешь, – говорил он, обхватывая ее одной рукой за талию и прижимая к себе. – Чувствуешь? А ты говоришь другие.
– Нашел
