– Вам повезло, что убийца вас не застал. Кто знает, что ему пришло бы в голову. А где вы были, кстати? – быстро спросила она. Но тетушка Видонка не растерялась:
– Как где? Да у Теречиков! – воскликнула она с видимым облегчением. – Мы с Терезой еще во вторник договорились варенье варить. Черешня в этом году уродилась – девать некуда.
– Что ж вы, ночью варенье варите? – удивилась Анна.
– А когда же, милая? Днем других дел полно, да и жарко. А ночью – одно удовольствие, никто не мешает.
Анна снова покивала.
– А днем вы Оливию видели? – попробовала она зайти с другого конца.
– Конечно, видела. И вас отлично помню: вы к ней в гости приходили.
В голосе старушки Анне почудилась угроза, но это ее лишь раззадорило.
– Верно, – улыбнулась она, – приходила. Около полудня. А что было после моего ухода?
– Она, как вас проводила, вскоре собралась и ушла, – неохотно призналась хозяйка. – Вернулась уже ближе к вечеру. Веселая, с пакетами.
– Веселая? – Анна остановилась у входной двери, но уходить не спешила. – Может, она кого-то ждала?
– Эта вертихвостка все время кого-нибудь ждала, – фыркнула бабулька. – О мертвых, конечно, плохо не говорят, но из песни слова не выкинешь: почти каждый вечер гости приходили. А в другие дни она являлась вместе с ухажерами. Превратила мой дом в, прости господи… проходной двор. Соседи теперь невесть что болтают!
Анна взглянула на сморщенное, рассерженное лицо и подумала, что, возможно, поторопилась сбрасывать старушку со счетов. Здесь тебе не Россия, репутацией принято дорожить…
– Значит, в пятницу Оливия вернулась одна? – еще раз уточнила девушка. – С покупками и в приподнятом настроении. Поднялась к себе в комнату. А потом?
– Что потом? – раздраженно спросила тетушка Видонка, не зная как отделаться от назойливой гостьи. – Потом – ничего.
– Может, ей звонил кто-нибудь? Стены в дом тонкие, вдруг вы случайно слышали?
– Никто ей не звонил. Не вечером. Вот днем был звонок. Сразу после вашего ухода.
– После него она ушла?
– Не сразу. Где-то через полчаса.
Так-так-так, кто-то пригласил Оливию на свидание? А что, все сходится. Полчаса, чтобы освежить макияж и переодеться. Значит, Оливия считала свидание важным. Если бы не так, она бы отправилась так, как есть – Анна часом раньше застала ее при всем параде. Но вот дальше начинаются странности. Через час после того, как Оливия выпорхнула из дома, Пупышева встретилась с ней в дорогом бутике. Дамочка была уже при деньгах и выбирала платье. Выходит, деньги появились у нее в этот короткий промежуток времени. Похоже, что свидание было чисто деловым. К тому же, вернувшись домой без кавалера, Оливия не выглядела расстроенной. Возможно, она ожидала, что щедрый господин заглянет к ней вечером на чашку чая? Очень может быть, ведь роскошное платье было куплено не просто так. Эх, не вовремя на тетушку Видонку напала охота варить черешневое варенье.
Но дальнейшие вопросы пришлось отложить. Потерявшая терпение хозяйка настойчиво теснила незваную гостью к двери до тех пор, пока та не оказалась за порогом. Как только это произошло, дверь перед ее носом захлопнулась. Стоя на крыльце, Анна почесала затылок, чувствуя себя на редкость глупо. Однако даже из этой ситуации она сумела извлечь нечто полезное: теперь она знала, что на входной двери – английский замок. Если хозяйка, уходя, захлопнула дверь, то Оливии пришлось бы спуститься, чтобы впустить своего ночного гостя.
Тогда зачем кому-то понадобилось возиться с плоскогубцами, чтобы открыть запертую изнутри дверь в спальню Оливии?
Анна не сразу догадалась о значении царапин на бороздке ключа, который по счастливой случайности видела дважды: в пятницу утром и сегодня вечером. Она могла бы поклясться, что в пятницу никаких царапин не было. Те, кто обнаружил тело Оливии, попали в комнату беспрепятственно, то есть дверь к тому времени была открыта. Кем? И от кого легкомысленная Оливия заперлась изнутри, зная, что хозяйки всю ночь не будет дома?
Допустим, женщину действительно прикончил случайный любовник. О возможном свидании говорила неполная бутылка шампанского на туалетном столике. Но куда подевались бокалы? Не из горла же они пили? И почему крем оказался открытым? Оливия очень следила за лицом и на антивозрастную косметику денег не жалела. Тот крем, что заметила Анна, стоил запредельных денег и требовал специальных условий хранения. Открытым он не продержался бы и до утра, утратив все свои полезные свойства. Оливия не могла об этом не знать. Да и вообще, зачем ей понадобилось открывать крем при любовнике? Или она воспользовалась им уже после его ухода? Но тогда кто же ее убил? С чего начали, тем и закончили – круг замкнулся.
Анна не заметила, как добралась до дверей городского морга. Мрачное заведение вытеснило из ее головы все посторонние мысли. Слегка волнуясь, она нажала на звонок.
Открыли ей не сразу. Молодой санитар в чистом, но мятом халате удивленно посмотрел на позднюю гостью, потом одобрительно улыбнулся.
– Вы ко мне? – спросил он с надеждой.
– Вряд ли, – вежливо откликнулась девушка. – Я принесла одежду для погибшей женщины, которую доставили к вам недавно.
– А, русская? – оживился парень. – Обожаю Россию. Может, заглянете на чашку кофе и расскажете мне о вашей стране?
– Боюсь, у меня нет на это времени. Да и место как-то не располагает.
– Да? – растерялся парень. – А я как-то привык. У вас с этим проблемы?
– Никаких проблем, – заверила Анна, во второй раз протягивая санитару пакет с вещами.
– Смелая, значит? – прищурился парень.
– Ага.
– Ну, тогда сама неси свои шмотки патологоанатому. Вторая дверь налево. Он посторонился, пропуская девушку внутрь.
Анна устала, перенервничала и страшно не хотела заходить в морг, но уверенно перешагнула порог и, не оглядываясь, вошла в мрачный вестибюль с глухими дверьми, полный гулкого эха. Парень насмешливо смотрел ей вслед, жалея, что ему никогда не удается закадрить по-настоящему крутую телку.
Глава 5
Анна оценила шутку санитара по достоинству, едва открыв нужную дверь. Вместо мирной канцелярии, где она рассчитывала оставить манатки Оливии, девушка угодила прямиком в прозекторскую, да еще в тот самый момент, когда патологоанатом проводил вскрытие.
– Здравствуйте, – несмотря на старание, голос ее дрогнул. От ужасного зрелища и характерной трупной вони закружилась голова, так что пришлось вцепиться побелевшими пальцами в притолоку.
– Хеллоу! – откликнулся мужчина лет сорока с узким лысым черепом, высоко торчащим между оттопыренными ушами, нагнувшийся над столом. Он оторвался от своего занятия, приподнялся и с интересом уставился на вошедшую. На металлической каталке перед ним лежало то, на что Анна предпочла бы никогда не смотреть, но еще хуже был кровавый ошметок человеческой плоти, который врач держал в руке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
