Читаем без скачивания Кенни и дракон - Тони ДиТерлицци

— Нет, — ответила мать, вставая и подходя к двери. — Но твой друг принес тебе немного березового сока. Так что умойся и выходи к обеду.

Вымыв лапы и морду, Кенни прошел в кухню. За столом с мамой и папой сидел Джордж.

— Привет, — сказал мальчик, опускаясь на стул и глядя в миску с рагу.

— Привет, Кенни, — сказал Джордж. — Надеюсь, ты не против, что я зашел в гости. Я хотел поговорить с тобой насчет завтра. Твои родители сказали мне, что этот дракон вполне доброжелательный парень и…

— Грэм, — прервал его Кенни. — Его зовут Грэм.

— А, хм… хорошо, возможно, этот Грэм и я можем поболтать насчет завтра и решить… Ух, а Грэм — так же как «Грэхем» крекер?

— Да, почти, — сказал папа Кенни с полным ртом масла. — Только без «хе» в середине.

— Ох. Ах, это хорошо, — сказал Джордж, как будто обдумывал какую-то мысль. Кенни взглянул на него, а затем уставился на свое рагу, хотя не чувствовал голода. Он задавался вопросом, было ли у старика такое же ужасное тяжелое чувство в животе. Похоже, что говорить, сидя здесь за столом, для рыцаря было труднее всего. Странно подумать, что тот самый Джордж, галантный рыцарь, который днем гордо восседал верхом, и тот самый Джордж, никогда не покидавший своего магазина, которого он знал все эти годы, — одно лицо.

— Так что, — продолжил Джордж, — если этот твой друг такой добродушный, как ты говоришь, тогда мы можем обсудить предстоящее событие и уладить все. Что ты скажешь?

Кенни посмотрел поверх своей миски с рагу. В конце концов Джордж не был лишь орудием в руках короля, чтобы тот мог им пользоваться, когда нужно. Вне зависимости от того, что от него ждали завтра, сейчас рыцарь сидел здесь с Кенни и был готов попытаться все исправить.

— Правда? — спросил Кенни. — Ты сделаешь это?

— Конечно, — ответил Джордж с улыбкой. — Твой друг — мой друг, помнишь?

— Как хорошо! Я рада, что все улажено, — сказала мама Кенни, — потому что я уже пригласила Грэма на десерт и кофе. Он должен быть здесь с минуты на минуту.

Кенни посмотрел на мать и улыбнулся, потом взглянул на отца и Джорджа. Все трое улыбнулись в ответ. В окне, за их спинами, он увидел знакомые округлые очертания дракона, в сумерках бегущего по полю к их дому. Он глубоко вздохнул, чувствуя ком в горле и надеясь, что десерт пройдет так же хорошо, как и обед.

X. Дракон и его ярость

Я принес новые стихи, чтобы почитать вам за десертом. Сегодня снова крем-брюле? — спросил Грэм, просовывая свою огромную голову в окно, чтобы быть поближе к обеденному столу. Увидев Кенни, он улыбнулся зубастой улыбкой, потом заметил старика с белыми усами и бородой, сидящего за столом. — О, да у нас тут гости. Может, знакомый поэт?

— Кеннет, почему ты не представишь своего друга Грэму? — спросила мама.

— Друг Кенни — мой друг, если только это не тот чокнутый рыцарь, посланный убить меня, — фыркнул Грэм. Джордж фальшиво откашлялся.

— Гм, на самом деле это он, — сказал Кенни. — Грэм, познакомься с моим старым другом Джорджем. Джордж, это мой новый друг, Грэм.

Кенни прикусил губу и затаил дыхание. Отец принялся за вторую порцию рагу, а мама тихо поднялась из-за стола и начала мыть посуду. Некоторое время Джордж и Грэм наблюдали друг за другом, ожидая, кто заговорит первым и нарушит неудобное молчание.

— Что ж, — наконец сказал Джордж, — могу сказать, что я не видел дракона уже много лет. В каком-то смысле это как увидеть знакомое лицо.

— Да. Тогда привыкай к нему, — заметил дракон ледяным тоном. — Это лицо, которое задержится здесь всеми правдами и неправдами. Надеюсь, это понятно, Беовульф?

— О, нет, нет, — ответил Джордж, повышая тон. — Не нужно меня так называть.

— А как же мне еще тебя называть? Просветите меня, великий спаситель, — ответил дракон. Кенни мог видеть струйку дыма, вырывающуюся из ноздрей Грэма. Он думал, нужно ли ему встать между ними, чтобы сохранить мир, но поймал красноречивый взгляд папы. (Вы, конечно, знаете, как это бывает, когда ваши мама или папа говорят вам что-то взглядом, без единого слова.) Кенни понял и остался на стуле, проявляя спокойствие, как и его родители.

— Беовульф был варваром, грубым мужланом! Я совсем не такой, Я был обучен надлежащим образом для борьбы с драконами самим королем и…

— Согласен, — сказал Грэм.

— С-с-согласен с чем? — заикаясь, спросил Джордж. Кенни и родители переглянулись.

— Я согласен, что Беовульф был варваром. Он не мог просто убить Гренделя, ему нужно было также захватить его дом и убить его мать.

Джордж в изумлении моргал.

— Точно. — Он посмотрел на Кенни, который заметил слабую улыбку, скрытую под его усами. — Что ему нужно было сделать, так это запереть наглого людоеда и не позволить ему заниматься своим грязным делом.

— Интересно, — заметил Грэм, когда тот закончил говорить и посмотрел на Кенни. — Ты думаешь, что такой злодей действительно может быть перевоспитан?

Так все и было.

Кенни понял, что все это время он не дышал, и, наконец, выдохнул с облегчением. Он и его родители наблюдали и слушали, как Джордж и Грэм обсуждали Беовульфа и мог ли Грендель стать полноценным членом общества. К тому моменту, когда подали кофе, все шло гладко и оба вспоминали приключения своей молодости. После того как дракон посмаковал десерты (со вспышкой пламени из левой ноздри), последовали шутки и смех.

Все вышли на крыльцо, и отец Кенни с Джорджем могли насладиться курением послеобеденной трубки.

— Знаешь, Грэм, Кенни был прав. Ты — замечательный друг! Давненько мне не приходилось вести такой увлекательной беседы за обедом, — сказал Джордж, пожимая огромную чешуйчатую лапу дракона.

— Согласен. Ты действительно начитанный добрый малый, — ответил Грэм, зажигая Джорджу трубку. — Я полагаю, что у нас и правда много общего.

Он посмотрел на Кенни.

— Молодец, парень, молодец.

— О боже! Что это? — спросил папа Кенни, указывая концом трубки.

Цепочка мерцающих огоньков двигалась от центра Раундбрука к холму Шепарда. Некоторое время все пристально наблюдали за этим.

— Так, так, так, — вздохнув, сказал Джордж.

— Это что, ночные рыбаки? — спросил Грэм.

— Это народ готовится к завтрашнему дню, — ответил Кенни. Внутри опять появилось ощущение тяжести, и он подумал, испытывают ли остальные подобное.

— Да, сынок, — подтвердил его отец, потягивая трубку. — Я полагаю, ты прав.

— Там целая толпа, — добавила мать Кенни, нервно вывязывая петли. — И она многого ожидает. Вам, ребята, будет нелегко из этого выбраться.

Кенни наблюдал, как процессия перешла мост над ручьем Пэриша и направилась вниз по дороге к холму Шепарда. Он проглотил ком в горле и позволил шестеренкам в голове задвигаться и зашуметь. Он размышлял о том, как Джордж учил его продумывать наперед свои ходы в шахматах. Только что ему удалось заставить своих друзей познакомиться друг с другом поближе, но как сделать это со всем городом?

Его отец откинулся назад в своем кресле-качалке.

— Я слышал, что люди держали пари на то, кто победит в этой заварушке. Извини, Джордж, но многие ставили против тебя.

Джордж хихикнул, глубоко затянувшись из трубки. Затем вздохнул.

— Ну, думаю, мне не нужно удивляться. Чего можно ожидать от отошедшего от дел старика, нынче владеющего книжным магазином? И знаете, они говорят: «Не суйся меж драконом и яростью его».

— Эй, так это же из «Короля Лира», — заметил Грэм, наблюдая за мерцающими огоньками, скопившимися у подножия холма, — это одна из моих любимых пьес Шекспира. Интересно, а он когда-нибудь встречался с драконом? Тогда бы он точно знал, что делать с такой толпой, как эта.

Шестеренки в голове Кенни наконец-то встали на место.

— Я знаю! — завизжал Кенни, заставляя всех подскочить. — Я знаю, что нам делать, и у нас немного времени! Все в дом!

XI. Раскладывание пурпурного ковра

По плану Кенни, прежде всего, зрителей надо было не подпускать к холму. А это будет непросто. Когда Кенни и его отец приблизились к взволнованной толпе, они поняли, что народ старается занять места получше для наблюдения за завтрашним сражением. Зрителей было так много, что они освещали весь склон своими фонарями и факелами. Кенни остановился неподалеку от толпы.

— Я… я не… не знаю, сработает ли это.

Его отец присел на корточки, положил руку на плечо сына и посмотрел ему в глаза.

— Не волнуйся, Кен, — сказал он. — Если я что-то и умею делать хорошо, так это пасти овец.

Он поднял свой фонарь и обратился к толпе:

— Эй, что вы здесь делаете?

— Мы хотим увидеть завтрашнюю схватку с драконом! — выкрикнул кто-то.

— Нет никакого дракона на моей земле, — ответил отец Кенни, срывая травинку и засовывая ее в рот, — так что вам лучше убираться отсюда.