– Восстание? Неожиданно, – удивился Гладстон.
– Напротив. Сейчас в Румынии правит родственник прусского короля. Валахия же подняла мятеж и заявила, что не желает видеть на своем престоле немца. Пруссия завязла в войне с Францией и не может помочь своему ставленнику. А вот Россия, по слухам, поставила в Валахию десять тысяч старых винтовок, заряжаемых с дула. Конечно, не сравнить с современными, но для повстанцев, вооруженных вилами и косами, это очень большая помощь.
– Вы считаете, что Россия пытается свергнуть с престола Кароля?[31]
– Да. Особенно в свете того, что в Валахии восстание возглавил Ион Кантакузино[32].
– А греки? Они включились в войну?
– Нет. Георг I[33] не захотел сотрудничать с русскими. Глюксбурги вообще очень сильно обиделись на своих родственников из России из-за их крайне деятельного участия в разгроме Датского королевства в двух войнах подряд. Вы же помните, какую роль сыграли русские войска в ходе последней войны. Если бы не они, то датчане имели все шансы отбиться от пруссаков и заключить почетный мир.
– А общественное мнение?
– Личная обида не позволяет ему прислушиваться к голосу разума.
– Раз у него так рассудок помутился, может, он поддержит турок?
– Он помутился, но не до такой степени, – улыбнулся Хью.
Глава 7
11 августа 1870 года. Москва. Кремль. Николаевский дворец
– Таким образом, части четвертого пехотного корпуса смогли к началу августа взять Батуми, Артвин, Ардаган, Карс, Визикен, Дигор, Сарыкамыш, Ольты, Зивин Даяр, Хасанкале, Каракилисе, Диядин и Баязет. Кроме того, нашими войсками осажден Эрзурум, а два полка пехотного корпуса наступают на Трабзон, который практически никем не защищается. Однако турецкие части не разгромлены и уничтожены, а отброшены. По данным, предоставленным Николаем Ивановичем[34], турки озабочены бурлением местного населения. Османские части продолжили бы бои за целый ряд крепостей, несмотря на то что только убитыми потеряли свыше тридцати тысяч человек. Но у них в тылу появились партизаны, из-за чего снабжение крепостей очень сильно затруднилось.
– Армяне?
– Курды и армяне. Евдокимов, действуя по собственной инициативе, набрал из числа повстанцев пять батальонов.
– И под чьим флагом они воюют? – слегка повел бровью Александр.
– Разумеется, Российской Империи. Повстанцы приведены к присяге, им выделены инструкторы из числа офицеров и унтер-офицеров резервных бригад, а также оружие. «Шарпсы», – предвосхищая вопрос Императора, пояснил Дмитрий Алексеевич Милютин.
– И как они проявили себя?
– Никак. Их используют на охране коммуникаций. Это же гражданские люди, совершенно не знающие, с какой стороны держать винтовку. Офицеры и унтера проводят с ними регулярные занятия, но пока им рано в бой. Разве что в качестве мишеней. Кроме того, к каждой роте уже поставлено по преподавателю русского языка, который проводит с личным составом ежедневные занятия.
– Части не возмущаются?
– Никак нет. Учитывая тот факт, что их перевели на армейское довольствие, они более чем довольны. Есть, конечно, недовольные, но их немного. Правда, армия из них… – Милютин сделал такое выражение лица, что Император засмеялся.
– Я понял вас, Дмитрий Алексеевич. Нужно им будет устроить небольшую победу над турками – обоз там какой-нибудь разгромить или еще чего. А в остальном я согласен с Евдокимовым – строевая подготовка и изучение русского языка. Разве что тех, кто проявит себя хорошо в военном плане, переводите в наши резервные батальоны в качестве пополнения. А там посмотрим. Но этнические подразделения после войны надлежит расформировать. Нечего плодить очаг напряжения. Так Евдокимову и передайте. Хотя, думаю, он и сам сообразит.
– Хорошо.
– Что Персия? Успешны ли ее дела?
– Не очень. Они осадили Мосул и Ван, но взять не могут уже который месяц. Турки довольно просто отбивают все штурмы. Думаю, без нашего участия действия архаичной персидской армии обречены на провал.
– Пускай возятся. Нужно разбить у них иллюзии. Шах их давно не имеет, а вот в среде персидской элиты разнообразных глупостей блуждает в избытке, в том числе и в среде высокопоставленных «персонажей», которые мнят, будто одним лишь именем Аллаха можно разбивать врага. Напишите нашему другу, чтобы он ставил этих болванчиков на самые напряженные участки. Если погибнут, то мир избавится от некоторого количества умственно отсталых людей и станет лучше. Если выживут, то будем надеяться, что поумнеют. Кстати, Египет тоже «совершает подвиги»?
– Тоже. Исмаил-паша смог взять несколько небольших городов в Палестине, но увяз.
– Так ведь наша разведка докладывала, что у турок там практически нет войск.
– Все верно. Не было. Сейчас там порядка двадцати тысяч солдат и офицеров, преимущественно башибузуков[35]. Чисто теоретически султан Египта мог их смять, но его власть в Каире очень ненадежна, поэтому он боится уводить оттуда крупные силы. Кроме всего прочего, эти египетские «ахиллы» еще и вооружены довольно плохо.
– Как так? – удивился Александр. – Исмаил-паша же выделил довольно крупную сумму на закупку вооружения.
– Ее разворовали. Там полка три только нормально вооружили, – развел руками Милютин. – Так что этот участок фронта тоже у турок под относительным контролем, несмотря на то что им пришлось отступить.
– Ну и союзники у нас, – покачал головой Александр.
– Отвратительные, но все одно – они смогли сковать более пятидесяти тысяч турецких войск в непосредственных боях.
– Неплохо, но, боюсь, это все, чем они нам смогут помочь. – Александр всем своим видом выражал неудовольствие. – Давайте вернемся к Балканам. Как проходит восстание в Валахии?
Глава 8
Лондон. Кабинет сэра Хью Куллинга Эрдли Чилдерса, Первого лорда Адмиралтейства Великобритании
В дверь постучался слуга и, скользнув тенью, вошел.
– Сэр, к вам посетитель.
– К черту посетителей!
– Он сказал, что прибыл из Стамбула по делу русской эскадры.
– Что? Как его зовут?
– Сэр Эндрю, Эндрю Сильверстон.
Вместо ответа лорд сам вышел в приемную и увидел одного из своих офицеров, числящихся среди погибших. Тот стоял у окна с перевязанными лицом и рукой и мрачно смотрел куда-то вдаль.
– Эндрю! Вы живы! – радостно воскликнул Хью Чилдерс.
Сильверстон повернулся всем корпусом. Более странного взгляда Хью еще не встречал.
– Сэр, давайте сразу к делу.
– Конечно, конечно. Прошу в мой кабинет.
– Что же там случилось?
– Русские канонерские лодки сблизились на дистанцию действенного огня и уничтожили всю турецкую эскадру, – лицо офицера исказила короткая гримаса, напоминающая кривую ухмылку. – Эскадру броненосцев.
– Но как? – Мы тут уже голову сломали над этой задачей.
– Мы шли кильватером на сближение, как и полагается броненосной эскадре. Предполагали, что они тоже атакуют кильватером и завяжут артиллерийскую дуэль. Но русские шли походными колоннами прямо на нас, стремясь максимально сблизиться. Хотя в их положении надлежало держать предельную дистанцию, дабы мы по их небольшим кораблям не могли попасть.
– Зачем они это делали?
– Мы не сразу сообразили. А когда поняли, было уже поздно. У них оказались весьма скорострельные орудия, кроме того… – Эндрю ненадолго прервался, как бы задумавшись о чем-то. – Их снаряды начинены очень серьезным взрывчатым веществом поразительной разрушительной силы.
– Этот пресловутый бездымный порох?
– Нет. Что-то другое. Снаряды взрывались с явственно заметным черным дымом. Помните отчет о датской войне? Датчане тоже говорили о том, что русские трехдюймовки[36] били очень болезненно? И тоже упоминали про черный дым.
– Да. Нам всем тогда показалось, что датчане просто сгущают краски и оправдываются.
– Оказалось, что нет. Конечно, столь малый калибр не способен повредить главный броневой пояс, но на броненосцах хватало плохо защищенных мест, да и просто – щелей. А русские скорострелки просто засыпали снарядами корабли эскадры. Один из них смог воспламенить заряды пороха, расположенные возле орудий главного калибра на флагмане. Которые, видимо, вызвали пожар в пороховом погребе. Взрывом меня сбросило с корабля и слегка контузило.
– А флагман?
– «Азари Шевкет» скрылся под водой меньше чем за минуту, утащив с собой большую часть экипажа. Я вообще спасся чудом. Даже трижды чудом. Первое заключается в том, что при взрыве меня осколками даже не задело, а просто сбросило за борт ударной волной. Второе в контузии, которая оказалась довольно легкой, иначе бы я просто утонул. А третье в том, что взрывом сорвало и бросило в воду множество деревянных обломков с корабля. Если бы не та балка, то я бы не доплыл до берега.
