Но вы не думайте, что все было так же гладко, как я это описываю. Все наши достижения были сопряжены с многочисленными трудностями, да и под конец пятого года наш арсенал заклинаний был не таким уж большим. Нам предстояло учиться еще очень и очень долго, прежде чем мы сможем называть себя магами, хотя у себя на Земле мы не смогли бы и того, что умели. Кроме того, Ридли был, конечно, хорошим учителем, да и человеком, но грубоватым, временами ворчливым, нам еще только предстояло узнать его как следует, ведь в других ситуациях его поведение могло резко меняться, нам же следовало подыгрывать ему… хотя про это чуть позже.
И вот, настал момент, когда нам стукнуло по пятнадцать лет, ну, может чуть больше или меньше. Ридли решил сделать нам подарок, если можно так это назвать. С самого утра он поднял нас, построил в шеренгу. Солнце еще даже не поднялось из-за леса, было холодно и сыро. До сих пор помню, как тогда ежился, натягивая штаны и рубаху.
— Ну что, лоботрясы, проснулись!? — спросил Ридли, улыбаясь во весь рот, сверкая белыми острыми зубами.
— Это нормальные люди просыпаются, а мы — встаем!
— Это точно, — поддакнул Эрик на изъезженную за долгие годы шутку. У него даже глаза еще были закрыты. Он так и одевался с закрытыми глазами, обычно по утрам даже ел так, не открывая их, явно ориентируясь по памяти или на рефлекторном уровне.
— Разговорчики! Берите пример с Янко! Он вот, никогда не ворчит и совсем не жалуется!
Ридли расхохотался. Ему очень нравилась эта шутка, и он вспоминал ее очень часто, после чего всегда громко смеялся. К счастью, Янко не обижался, а впрочем, он и вправду не жаловался.
Ридли, отсмеявшись, окинул нас взглядом, каким-то добрым и отеческим, а потом будто бы каким-то издевательским. Вытащив из-за пояса три великолепных боевых кинжала, он подошел к нам и вручил каждому. Кинжалы были именные, из превосходной стали, в удобных, простых, но красивых ножнах. Мы обрадовались таким неожиданным подаркам, даже Эрик полностью проснулся, чтобы осмотреть приобретение. Ридли был доволен, как и мы.
— Итак! — скомандовал он. — Так как вам, думаю, надоело все свое время проводить здесь, считаю, что будет уместно поднять следующий вопрос! кто хочет, наконец, отправиться со мной по делам? Пора бы уже вас пристраивать к делу.
Мы подняли руки, Эрик поднял даже две. Мы были в нетерпении, разумеется — нам надоело ждать! Ридли постоянно уходил куда-то, перемещался в другие измерения, потом возвращался и рассказывал нам какие-то истории, но никогда не углублялся в подробности, говоря, что не хочет испортить нам сюрприз. Он считал, что мы должны сами познакомиться с измерениями, поэтому и не рассказывал почти ничего. Мы с нетерпением ждали того дня, когда он все-таки разрешит нам отправиться с ним, ждали, как подарка на Новый Год. И вот, наконец-то, этот день настал, или наступил, это мы еще узнаем.
Мы максимально быстро оделись, поели, затем занялись подготовкой к предстоящему походу. Прежде всего, Ридли дал нам небольшой колчан, крепящийся на поясе. Колчан был полон острых стальных игл длиной примерно восемнадцать — двадцать сантиметров каждая. Эти иглы мы очень долго учились метать последний год при помощи левитации. Это было универсальное оружие, легкое, простое в использовании и достаточно опасное, чтобы с первого броска поразить цель. Кроме того, оно было не таким заметным и могло стать элементом внезапности при столкновении. Ридли снабдил ими нас для защиты, мы давно уже поняли, что безопасными наши приключения не будут, нам это даже нравилось. Плюс, подаренный кинжал — вот и все наше материальное оружие.
Кроме него наш учитель дал нам плащи с вышитыми рунами, они были лишь на пару размеров меньше чем у него самого. Это были очень удобные плащи с капюшонами, будучи зачарованными, они не мокли под дождем, спасали от холода и знойного жара, сохраняя нашу температуру. В походах, в которых очень часто приходилось проводить долгое время — вещь незаменимая.
Каждому Ридли также вручил поясную сумку, в которой лежал мешочек с монетами, да записная книжка, в которой пока были координаты только одного места — нашего измерения (нашим измерением я называю место, где мы находились эти пять лет). Это было нужно, чтобы мы, в случае чего, могли вернуться, для этого нужно было найти перевозчика — того, кто за деньги мог перенести в нужное измерение, или же стационарный портал, имеющийся в некоторых измерениях.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Еще у нас появились такие же железные фляжки, как у Ридли. Во фляжках было три жидкости: зелье, что помогало залечивать раны, зелье, что позволяло не спать два дня подряд и похожее, позволявшее два дня не есть. Как они работали, Ридли уточнять не стал, он сам их готовил, не допуская нас, чтобы все не испортили. Когда-нибудь он обещал научить и нас, так как данные штуки очень полезны во всевозможных ситуациях. И только тогда, когда мы были полностью готовы, Ридли объявил сбор и стал зачитывать инструкции:
— Во-первых, вы должны меня во всем слушаться! Мое слово — закон! Бывает, что на объяснение нет времени, поэтому я сказал — вы сделали! Ясно?!
— Да! — ответили мы (Янко махнул рукой).
— Во-вторых, без моего приказа или одобрения ничего не делать! Если у вас есть идея — сообщить мне, не производить лишнего шума! Ясно?!
— Да!
«мах рукой».
— В-третьих, в переговоры, которые я буду везти, вы не вступаете, пока вас не спрашивают, отвечать также только с моего позволения. Ясно!?
— Мы будто в разведку идем, или на войну.
— Ничего страшного, потерпите сначала, а затем и сами будите все знать, где говорить, что делать и как. Это же, все-таки, незнакомая, чужая и непривычная для вас обстановка, а я надеюсь, что мы вернемся в полном составе и без потерь.
— Каких таких потерь? — с подозрением спросил Эрик.
— Всяких, — неопределенно провел рукой в воздухе Ридли. — Ай, ладно! Хватит с вас пока и этих инструкций, дальше будем разбираться на месте. Не люблю я заранее продумывать каждый шаг, никогда ничего не совпадает!
Ридли ненадолго отлучился, чтобы сбегать в дом. Их у нас было два, как вы помните: один — наш, перемещающийся, и тот, в котором Ридли жил до нашего прихода. Теперь он переехал на второй этаж нашего, а в старом теперь хранилось всякое барахло. Мы туда почти не заходили, так как Ридли сильно опасался, что мы можем что-нибудь сломать, хотя до сих пор ничего подобного не произошло. Хотя, может быть, потому и не произошло, что он с такой паранойей относился к своим вещам и инструментам.
Присев на дорожку, мы стали воображать, что увидим. Воображали, молча, так как спорить в таком случае просто бессмысленно. Я был в предвкушении, несмотря на то, что Ридли всячески пытался нас запугать и внушить более серьезное к этому делу отношение. Все-таки это было слишком интересно, чтобы этого бояться. А чего «этого»? Вот именно — мы не знали, даже толком и представить не могли, сложно чего-то бояться, когда не знаешь, как оно выглядит. Прямо сейчас я представлял себя героем какого-нибудь фантастического романа или фильма, а там все кажется таким легким и интересным, что думать о вещах по-настоящему опасных или противных даже как-то странно. Ридли явно нервничал все то время, пока собирался, однако он согнал с себя это, когда, наконец, перенес нас в другое измерение, откуда нам и предстояло начать свой путь в нечто новое и неизведанное.
Глава 4
«Главное в рыночных отношениях — это чтобы их не было» — Иосиф Сталин.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
С непривычки переноситься в другое измерение довольно странно. Такое ощущение, словно тебя безболезненно собирают в точку и выдавливают на другую сторону. Чувство нельзя отнести к разряду приятных, но никаких травм после него нет, и на том спасибо. Хотя был еще один эффект. Не зная, что делать, мы все трое упали на землю, не удержав равновесие, хорошо еще, что не в грязь.
— Друзья мои, я, конечно, всех вас очень люблю, но имейте виду, что весите вы отнюдь не как пух! — кряхтел я, почему-то оказавшись внизу.
