– Почему ты не дал мне утонуть?
– Ты хрипишь, точно мокрая тряпка, затоптанная дюжиной мужиков.
– И все же почему? – допытывалась она.
– Так надо, – буркнул он, натягивая на нее одеяло. Взглянув на мокрые слипшиеся густые волосы, он быстро взял кусок белой льняной материи, положил его ей под голову и веером разложил волосы, чтобы они быстрее высохли.
– Тебя все еще тошнит? – спросил он.
Мирана кивнула головой. У нее не было сил отвечать ему. Она жалела, что он не дал ей утонуть. Ей искренне хотелось этого, но какая-то неведомая сила заставила ее выбраться на поверхность лишь затем, чтобы осознать, что она находится на волосок от смерти. Рорик спас ей жизнь, будь он проклят. Если бы он ушел, все было бы кончено. Мирана мысленно оглянулась на последние три дня бесконечного унижения. Через день на нее перестали обращать внимание даже поначалу с интересом смотревшие на нее мужчины. Ее отвязывали только для того, чтобы справить нужду и поесть. Мирана снова пожалела, что осталась в живых. А теперь еще этот здоровенный отвратительный пес, не моргая, смотрел на нее. «Наверное, он такой же злобный и непредсказуемый, как его хозяин», – подумала она.
– Лежи смирно. Я принесу тебе чего-нибудь поесть, – приказал Рорик, выходя из комнаты.
Когда он ушел, Мирана села и свесила ноги с кровати. Пес не двинулся с места. Она с опаской взглянула на него и пододвинулась ближе. Он не шевелился. Она свистнула – никакой реакции. Пропела куплет из детской песенки, которую часто напевала ей мать, – ничего не изменилось. Пес по-прежнему сидел на месте, глядя на нее. В покоях был полумрак. Мирану трясло от холода, несмотря на то, что в комнате было тепло и жаркое солнце пригревало соломенную крышу.
Девушка закуталась в одеяло и встала. Но, оступившись, снова села на кровать. Отдышавшись, она сделала еще одну попытку. На этот раз ноги не подвели ее, но все же она была слишком слаба. Керзог сидел смирно.
«Что же дальше?» – подумала она.
Глава 5
Она все еще стояла в раздумье, когда Рорик вошел в комнату, держа в руках деревянную миску с тушеным мясом. Он невольно замер, уставившись на нее. Сгорбившись, точно столетняя старуха, с бледным как полотно лицом и разметавшимися по спине и плечам волосами, она смотрела на него тусклыми, совершенно безжизненными глазами. Рорику показалось, что в ее глазах блеснула ярость, даже вызов, но через мгновение они снова потухли. Он взглянул на Керзога. Пес спокойно наблюдал за ними, явно не возражая, чтобы женщина вставала с постели.
– Я уже говорил, что мои парни потеряли к тебе всякий интерес, – начал Рорик. – Ты слишком худая и непривлекательная. Мужчина должен умирать от желания, чтобы обратить внимание на тебя. И хотя морское купание пошло тебе на пользу, ты выглядишь ужасно. В главный зал ты не выйдешь. Отправляйся в постель. Я не повторяю дважды. Керзог, приглядывай за ней и не выпускай отсюда.
Девушка не двинулась с места. Пес, которого Рорик взял себе еще щенком, добродушно смотрел на женщину.
Это не понравилось Рорику. Он нахмурился и шагнул к девушке. Она по-прежнему стояла на месте.
– Куда это ты собралась?
– Я хочу справить нужду, – сказала она, глядя на него с ненавистью за то, что ей приходится говорить об этом вслух, хотя после трех дней, проведенных на его корабле, это уже не имело значения.
Рорик выругался, взъерошив волосы рукой.
– Пошли. – Он поставил миску на край кровати, запретил собаке прикасаться к еде и вышел. Мирана побрела за ним, закутанная в ставшее уже влажным одеяло, половина которого тащилась за ней по утоптанному земляному полу. Керзог не отставал от них.
Следуя за Рориком, Мирана вышла из дома, отметив, что при ее появлении сразу стихли все разговоры. Он подвел ее к невысокой постройке и сказал:
– Это отхожее место. Поторопись. Я подожду тебя.
Когда несколькими минутами позже она вышла наружу, он безразлично взглянул на нее, так, как до сих пор смотрел его чертов пес, и знаком приказал следовать за ним. На этот раз он привел ее в просторную постройку из камня и дерева. Вдоль стен были расположены скамьи. Мирана догадалась, что он привел ее в баню. В ее душе затеплился лучик надежды. Не мог же он притащить ее сюда только затем, чтобы она смотрела, как он моется. Она вошла за ним во внутреннюю маленькую квадратную комнату, наполненную жаром от кучи горящих головешек, сложенных в специально вырытое в земле углубление для костра. Пол был покрыт деревянным настилом. Вдоль стен стояло несколько скамей. Рорик поставил девушку в середину комнаты, сорвал с нее одеяло и сказал:
– Стой смирно. Если пошевелишься, я снова столкну тебя в море или прикажу Керзогу разорвать тебя в клочья. Он очень свиреп. Он защищает меня и мой остров, над которым ты так открыто насмехалась.
Несмотря на жару и густой пар, Мирана дрожала от холода, пытаясь прикрыться руками и в то же время сознавая бесполезность этого, поскольку он нагло разглядывал ее, не обращая внимания на то, что ей это неприятно. С другой стороны, ей следовало бы отблагодарить его за возможность помыться, подумала она, глядя на входящего Рорика, несущего в руках наполненные водой бадьи. Представив себе предстоящее блаженство, она чуть не закричала от нетерпения. Рорик опрокинул на нее целую бадью горячей воды и протянул кусок мыла, вылепленного в форме маленькой птички. Миране показалось, что это была крачка. Девушка чувствовала, что сходит с ума. Крачка! – Мойся, да побыстрей, – мрачно велел он. Мирана не заставила себя упрашивать. Она даже не заметила, как он вышел. Никогда в жизни она не думала, что можно получить такое удовольствие от мытья с мылом. Это было восхитительно. Рядом с ней на деревянном настиле Рорик оставил еще одну бадью с водой. Девушка ополоснула волосы и снова намылила их. Вымывшись, она принялась терпеливо ждать. Сама она не могла принести воды, ведь была совершенно голой.
Появившись на пороге, Рорик мрачно взглянул на нее. – Выпрямись, – велел он и принялся медленно лить ей на голову воду. Затем попятился, поднял другую бадью и с ног до головы окатил Мирану ледяной водой.
Она вздрогнула, выгнулась и закричала, хотя знала, что ее обольют ледяной водой. В Клонтарфе у Эйнара была точно такая же баня.
Рорик рассмеялся: она отреагировала на обливание точно так же, как обычно реагировал он.
Когда она вытерлась, он протянул ей все то же влажное одеяло и велел следовать за ним.
При ее появлении снова стихли все разговоры. Мирана смотрела прямо перед собой. Войдя вслед за Рориком в спальные покои, она присела на краешек кровати. Рорик бросил ей вырезанную из оленьего рога расческу. На этот раз Керзог не заходил в спальню.
