Глард молчал. Неожиданно интуиция заставила капитана прыгнуть вперед, на единственное свободное от воды место — труп темнореченца. Пытаясь удержать равновесие, он взмахнул руками, но наместник не даже не повернул головы. Глаза безумца обратились к двери, которая вдруг покачнулась и начала медленно падать вниз.
Узловатая, покрытая бесконечными наростами лапа легко погрузилась в воду, а молнии, убившие темнореченца, разбежались к стенам комнаты, словно чего-то испугались.
Серый монстр устремил на наместника взгляд алых глаз и тихо зарычал.
* * *
Холод.
Везде вода, невероятно холодная вода, которая почему-то не хочет замерзать. А ведь он слаб, так слаб…
Но запах, этот ненавистный, навеки отпечатавшийся в памяти запах подгонял, не давая забыться темнотой. Приходилось силой, на одном упрямстве, карабкаться по лестницам, волочить непослушное тело по коридорам… К счастью, кто-то уже успел обезвредить ловушки, иначе он рисковал не пройти даже четверти пути. Сейчас губительной могла оказаться каждая капля воды, попавшая на кожу.
Почему его не убили? Ведь враг мог сделать это, несомненно, мог. Так почему? Неужели… как там говорят люди… пожалел? Нет, этого не просто не может быть. Еще нелепей разве что мысль, что среди воды бывает огонь.
И все-таки приходилось идти, невзирая на боль во всем теле, стискивая зубы и стараясь не выдавать себя даже самым тихим рычанием. Темнота шла рядом, обещая покой, но он лишь отворачивался от нее и пытался вдыхать запахи плесени и воды, а не этого привлекательного мрака.
"Прости, я не могу. Меня ждет…"
От неожиданности он едва удержался на лапах; пришлось прислониться к холодной, склизкой стене. У него получилось говорить! Не просто думать, как простейший дикий зверь, а говорить! Значит, нужно еще совсем немного огня — и память вернется, принесет с собой имя и то, что случилось с хозяином…
Темнота как будто ждала этого, чтобы наброситься на него и увлечь за собой.
… - Не жгись! Умей контролировать себя! Ясно!
"Но я не хочу"
Сильный удар сбил его с лап, отбросил на стену. Он ошалело помотал головой, пытаясь сфокусироваться на фигуре человека, такой ненавистной, которую хотелось только разорвать на десятки кусков… Казалось, человек специально отталкивает его от себя — ну что ж, раз так, то можно и принять эти правила! Человек хочет, чтобы его ненавидели — он будет ненавидеть!
— Иди сюда. И запомни: всегда подчиняйся приказам. Ясно?..
…Всегда подчиняться. О, эти уроки запомнились надолго. Даже темнота не смогла унести их. Но что делать, если подчиняться некому?! Что делать, если предатель так рядом?!
Ответ напрашивался сам собой: убить.
От размышлений его отвлек запах крови, исходящий откуда-то впереди. Крови и людей… Помотав головой, он заметил двух человек, которые стояли у развилки. Опасность представлял только один, хоть с виду он и походил на шута. Второй постоянно вздрагивал, оглядывался и начинал колотить по двери, но только зря тратил силы. Не боец.
Его тоже заметили. Опасный сразу же вскинул арбалет, от неопасного хлестнуло волной страха. Он максимально сосредоточился, пытаясь найти в себе недавно проснувшиеся способности.
"Уйдите. Мне не нужны ваши жиз…"
На окончание не хватило сил, но они все равно недоуменно завертели головами. Пользуясь этим, он поспешно подошел к двери и обнюхал ее.
Смерть. Магия. Чужой человек. И еще один запах, такой знакомый, такой привычный…
Предатель!
Дверь только хрустнула, когда он навалился на нее всей свой тяжестью. Глазам открылась маленькая комната, человек, стоящий на трупе посреди воды… и застывшая у окна фигура.
"Ты…"
Предатель тоже заметил его. Он вскинул голову и слабо вскрикнул, прижался к окну, словно пытаясь пройти сквозь него.
— Ты! Ты пришел!..
Он без колебаний вступил в воду. Лапы сразу же обожгло невероятным, непереносимым холодом; казалось, пальцы просто обратились в сплошной кусок льда. Он застонал от боли и сделал еще шаг.
Предатель явно не ожидал этого. Небось думал, что его остановит какой-то лед?! Нет, сначала нужно добраться до ненавистного горла, испить тепло этого тела, а потом… темнота легко коснулась его плеча, словно напоминая о себе.
— Ты! Ты!.. Я ведь убил тебя! И твоего хозяина! Я ведь убил вас, убил навсегда!
Надо же, убил. Теперь хотя бы ясно, почему этот человек настолько ненавистен. Почему его хочется уничтожить, сжечь медленно, капля за каплей, сантиметр за сантиметром…
И еще шаг, совсем крохотный. Ледяная вода, обжигающая неестественным холодом, жадно выпивала все накопленные частички огня, все кусочки жизни… К счастью, осталось пройти всего два шага, а потом можно будет и прыгнуть.
В этот момент предатель успокоился, подобрался, как готовящийся к прыжку хищник. И взмахнул рукой, направляя заклинание куда-то ему за спину. Из бледной, покрытой шрамами ладони вырвался язык огня, врезавшийся в стену. Он почувствовал совсем рядом жар, этот прекрасный, манящий жар! Совсем рядом, за спиной…
— Гляди, я желаю тебе только добра. Иди, там ты восстановишь силы…
Он увидел огонь, море огня. Языки пламени танцевали на камнях, расплавляя их, часть уже перебралась в коридор. Горело все: ткань, дерево, камень, железо… Огромная капля камня упала на какого-то человека, и тот покатился по полу, визжа от боли.
Но он едва заметил это, глядя на огонь. Пламя манило, обещая жизнь и силы. Оно звало.
…Иди ко мне… Я помогу тебе…
Человек, который продолжал стоять на трупе, внезапно обнажил меч и сделал шажок вперед. Так уж получилось, что в этот момент огонь взметнулся особо высоко, озарив фигуру человека своим ореолом. В свете пламени кроваво блеснул клинок, отбрасывая блики на лицо хозяина.
Это лицо… оно так знакомо. Воспоминания наложились друг на друга, и перед его глазами возникло два лица, чем-то похожие между собой. Одно — сосредоточенное, с резкими чертами лица, с тянущимся по шее шрамом. Другое — веселое, с доверчивыми голубыми глазами и золотисто-рыжими волосами. Это лицо улыбалось и звало к себе, а пламя весело отплясывало на начищенных до блеска доспехах.
— Ко мне! Ко мне, малыш!
Хозяин!
И огонь. Там есть все, чего не хватает здесь. Там есть тепло, там есть он. Почему нельзя уйти туда? Он тихо зарычал и сделал крохотный шажок к хозяину. Тот взмахнул рукой…
…В которой блестел меч. И этот клинок ударил его по плечу, пропоров язву. Он взревел от боли и отскочил в сторону.
"Хозяин?! За…" — и осекся.
Это был не хозяин. Это был просто худой и невысокий человек в окровавленной солдатской форме — не блестящих доспехах. И меч, который он держал, не был тем двуручником, который так любил он. А еще этот человек вовсе не звал, наоборот, он пытался оттолкнуть от себя.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
