– Как ты? – поинтересовался Интар.
– Хорошо, – юноша улыбнулся и все-таки принял руку, хотя вряд ли из-за того, что ему нужна была опора. Скорее ему просто нравилось ощущать близость Интара. Тот сделал вид, что не заметил, и спросил:
– Ты точно никогда не ездил верхом?
– Да. А что?
– Просто не похоже, что это твой первый… опыт. Ты держишься в седле, как настоящий всадник, что удивительно!
– У меня хорошее чувство ритма и координации, – ответил Зариме, прильнув к мужчине. – Это помогает.
– И все равно как-то слишком чудно. Ну да ладно. Я от своих слов не отступаюсь. Тебе понравилась эта лошадка?
– Да. Она послушная и умная.
– Что ж, теперь будет твоей. Будешь брать для прогулок.
– Спасибо. Вы очень добры ко мне.
– Я не хочу, чтобы ты испытывал неудобства. Я решил, что для всех ты будешь моим племянником, которого я взял в дом из-за того, что родственники твои погибли. Таким образом ты сможешь везде ходить со мной и делать то, что у тебя так хорошо выходит – слушать.
– Буду рад служить вам, – Зариме даже поклонился.
Интар же подумал, что если юноша и дальше будет обнаруживать такую сообразительность и острый ум, его торговым клиентам не поздоровится. И ведь никто не будет видеть угрозы в безусом слепом юнце. А когда в ком-то не видят угрозы, то при нем и не стесняются во мнениях. Да, такое сокровище нужно беречь. Поэтому Интар сказал Зариме:
– Завтра отправимся на рынок. Тебе нужен слуга, который будет помогать тогда, когда меня не будет рядом.
– Хорошо, – на этот раз в голосе юноши не было особого энтузиазма, но он и не отказался.
Глава 7. Живая покупка.
Благодаря месторасположению города в нем находился один из крупнейших рынков невольников. Купцы, а то и пираты со всех морей везли сюда свой товар. Кто-то лично участвовал в торгах, кто-то сдавался на откуп перекупщикам.
Рынок встретил Интара с Зариме суетой и толкотней. Каждый спешил по своим делам собственным маршрутом, и это создавало невероятную круговерть. Тут и там с помостов зазывалы расхваливали свой «товар», собирая толпу зевак и потенциальных покупателей. Особенно большие толпы собирали торговцы женщинами. Но Интар знал, что по-настоящему ценный товар такого сорта представлен вон в том ярком шатре необъятных размеров.
Хоть с первого взгляда и казалось, что рынок невольников – это полный хаос, на самом деле все было не так. «Товар» был тщательно рассортирован: наложницы и мальчики для удовольствий, евнухи, слуги и служанки, гребцы на галеры. Грамотные и неучи, и много других «категорий».
В конце концов, Интар и Зариме заехали в такую толчею, что вынуждены были спешиться, а мужчина сказал юноше:
– Давай мне руку, мы запросто можем потерять здесь друг друга.
– Я вас не потеряю, – ответил Зариме, но руку дал.
Они собирались протиснуться к одному из помостов, но так как остановились почти за ним – это было нелегко. Интар собирался теснее прижать к себе Зариме и просто протолкаться, но тут выяснилось, что юноша стоит, как вкопанный, и вслушивается к тому, что происходит именно за помостом.
Рыночный гомон перекрывал свист хлыста, опускающегося на обнаженную беспомощную спину, сопровождающийся отборной руганью, сквозь которую можно было различить:
– Ты… ублюдок… сын шакала! Как посмел! Когда успел?! И куда теперь тебя? Насмерть запорю!
Его жертва – похоже, молодой парень, никак не реагировал, лишь свернулся в клубок на земле, стараясь прикрыть от ударов голову.
– Что такое? – спросил Интар у застывшего юноши.
– Он его убьет, – едва слышно, просто констатация факта.
– Такое случается. Или тебе приглянулся этот парень? Ну, в смысле…
– Да. У него сильная воля.
– Не самое хорошее качество для слуги. Но раз я обещал… Посмотрим, если грамотный…
С этими словами Интар потянул юношу к хозяину невольника. Тот, завидев приближающегося богато одетого господина со спутником, так и застыл.
– Чем так провинился этот малец? – спросил Интар.
– Да вот, господин, хотел для услады продать, а этот наглец воспользовался недоглядом и лицо свое смазливое как есть испортил.
В подтверждение своих слов торговец заткнул хлыст за пояс, схватил парня за волосы и вздернул на колени, показывая лицо. С левой стороны оно было рассечено от уха и почти до самого рта. Рана такой глубины, что не оставляет надежду на благополучное исцеление. Определенно, парень капитально подпортил себе внешность.
– Он у тебя часом не немой? – продолжал Интар. – Или просто припадочный?
– Нет. Умный больно. Прознал о моих планах – и вот.
– Читать умеет?
– Отвечай! – торговец отвесил подзатыльник, а глаза загорелись в предвкушении наживы.
– Да, – хмуро и не поднимая глаз, за что заработал еще один подзатыльник.
– Пожалуй, я куплю его, – задумчиво протянул Интар. – Моему племяннику как раз нужен парнишка на подхвате.
– Хороший выбор! – встрепенулся торговец.
– Только не надо тут разливать медовые речи. Назови цену.
– Пятьсот цехинов.
– Ты с ума сошел? Сам говоришь, товар порченый, ты еще ему всю спину измочалил. Его еще, глядишь, от лихорадки лечить. Так что пятьдесят.
– Во имя Аллаха! Он же грамотный, и с ним что угодно делать можно. Хоть запори, хоть…
– Хватит. Это право любого хозяина над невольником, – Интар постарался, чтобы его усмешка вышла устрашающей. Цель оказалась достигнута, или торговец просто догадался, кто перед ним по манере носить оружие и по его количеству. Во всяком случае у него задергался один глаз, а голос проскрипел:
– Хорошо, сто.
– Восемьдесят и спишем это на мою щедрость, – Интар отсчитал нужную сумму и всунул в заметно дрожащую руку, потом крикнул парню: – Эй, припадочный, ты ходить-то в состоянии?
– Да, вроде.
– Ну так пошли.
Все еще осторожно поддерживая Зариме, Интар направился к выходу с рынка, думая про себя, что если так и дальше пойдет, то ему придется открыть богадельню для сирых и убогих.
А «приобретение» тем временем решило воспользоваться ситуацией и сбежать, затерявшись в толпе. Но не успел парень и десяти шагов сделать, как ему на плечо легла тяжелая рука и будто тисками сжала, останавливая. Парень резко оглянулся: рука принадлежала его новому хозяину, рядом с которым все так же стоял закутанный в бурнус юноша.
– Те, кто не делает глупостей, живет дольше, – назидательно сказал Интар, попутно отвесив воспитательный подзатыльник.
– Вы… вы…
– Что? ты куплен мной и изволь вести себя достойно. Или ты в самом деле хочешь кончить жизнь под кнутом?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
