чуть измениться. Я так тоже одеваюсь. Почему не могу сегодня?
– Ну, пусть так.
Далее обед прошел буднично: каждый говорил то, что считал нужным, родители интересовались их делами, но не выспрашивали про личную жизнь дочери. Это была закрытая тема. После семи Света с братом собрались домой и, попрощавшись с родителями, вышли на улицу вместе.
– Ты на машине? – спросила она.
– Ты же видела, что я выпил сто граммов, а значит, машину не брал.
– Тогда садись, подвезу.
По дороге они вели разговор обо всем, что приходило в голову, и лишь когда Виктор собрался выйти из машины возле своего дома, он, посмотрев на сестру, произнес:
– Свет, если будет возможность, покажи мне того, кому ты хочешь понравиться. Не ври себе и не жди. Бери инициативу в свои руки, если он того достоин.
– Да, иди ты, домой – отмахнулась она, хотя в голосе брата не было иронии. В их отношениях было доверие и дружба, какие могут быть среди близких родственников.
Приехав домой, Светлана забралась с ногами в кресло и включила телевизор. Посмотрела фильм и отправилась спать сразу после десяти, на душе у нее было легко и грустно.
Будни дни пролетели быстро. Светлана работала в юридической фирме начальником отдела. Работы было много, чему она была рада, так как это позволяло ей отвлечься от личных мыслей, которые при первой же свободной минуте выскакивали неведомо откуда, из каких уголков, и настойчиво напоминали об Андрее. Чтобы как-то их приглушить, она задерживалась на работе, чтобы как можно меньше оставалось времени для себя. Пару раз звонил Дмитрий, предлагая встретиться, но она находила предлог, чтобы отказаться, а он, понимая, вздыхал, но не настаивал, чем еще больше увеличивал расстояние между ними. Светлана даже думала, ну, пришел бы к работе, к дому, дождался ее, выяснил. Но, нет. Поэтому вечера она проводила перед телевизором, читала, или просматривала документы, что брала с работы.
«А не схожу ли я с ума? – задавала она себе вопрос. – Так я стану трудоголиком и прощай даже глубокие мысли о личной жизни, – и сама себе отвечала. – Подожди».
В пятницу позвонила Маша: – Я тебе напоминаю, что завтра ждем тебя у себя.
– Я помню.
– Да ты что! Значит память у тебя все-таки не девичья.
– Да уж, какая девица в тридцать лет.
– Это да, и голову никто не вскружил, раз помнишь.
– А вот это вопрос.
На какое-то мгновение, Маша замолчала, не сразу отреагировав на услышанное, а потом, переварив, сказала: – Все, завтра ждем к четырем часам.
Маша не стала спрашивать по телефону, что и как? Говорить об этом по телефону было не разумно, поэтому она отложила вопросы до встречи.
На следующий день Светлана к четырем часам приехала к подруге, отдала ее мужу Сергею бутылку красного сухого вина, сыну огромную шоколадку.
– Пошли, обедать будем или ужинать, как получится, – предложила Маша, когда подруги поцеловались. Разместившись за столом, Сергей открыл бутылку и налил вино в фужеры, а затем произнес:
– За нашу встречу, жаль, что я опять один против двух.
– Очень умный тост, наверное, долго готовился, – отреагировала Маша.
– Не ругайся, дорогая. Что на реальность обижаться?
Маша постаралась с обедом. На столе был салат с креветками, отбивная, а к чаю принесла пирожки с малиной. Пекла она их изумительно.
– Ты приходи почаще, Свет – пожаловался Сергей, – а то она только к твоему приходу их испекла. Я, можно сказать, и женился на ней ради этих пирожков.
– Вот чтобы не разлюбил, я и пеку их редко, чтобы держать тебя в ожидании и надежде на них.
– Ах, вот оно почему!
– Маш, я хоть и не соблюдаю диету, но мучное к вечеру!.. А, – вздохнула Света, – один раз живем. Лишний раз схожу в тренажерный зал.
– И часто бываешь? – поинтересовался Сергей.
– Раз в неделю бываю.
– Хорошо, есть настрой.
– Сергей, мы пойдем на кухню, поговорим, а ты здесь с телевизором развлекайся, – сказала Маша.
Оставив мужу пирожки, подруги прошли на кухню. За все время обеда Маша ничего не спрашивала Свету. Войдя на кухню, Маша закрыла дверь и спросила:
– Кофе будешь?
– Давай.
Маша начала варить кофе, а Света сидела за столом, рассматривая кухню, где бывала не раз. Вдоль одной из стен стоял гарнитур, у другой стол, придвинутый к окну, что давало возможность видеть улицу.
– Уютно у тебя – поделилась впечатлением Света. – Можно сидеть и смотреть за окно, наблюдая чужую жизнь.
– Что за ней наблюдать, со своей бы разобраться.
– Согласна.
За окном была широкая улица, по которой проезжали машины, а по тротуарам прогуливались люди, которые никуда не спешили. Вид улицы с ее неспешностью, уют в доме подруги, успокаивал. Субботний вечер не располагал к суете.
– А ты дома, где пьешь кофе? У окна?– спросила Маша. – Глядя на улицу?
– Да, часто на подоконнике.
– Это как?
– А так сажусь на него, ты же знаешь какой он у меня широкий, дом старой постройки. Забираюсь с ногами и смотрю во двор.
– И что ты там видишь?
– То же, что и здесь, только машин меньше.
– А кто-то смотрит на тебя.
– Ну и что! Я не голая сижу. Пусть смотрят.
Маша поставила чашки с кофе на стол и села напротив: – А теперь рассказывай.
– Да не знаю, что и рассказывать.
– Говори как есть, а там разберемся.
Света не вдаваясь в подробности, рассказала о встрече с Дмитрием, об ужине и случайном знакомстве с Андреем, об их посиделках у нее дома, что дала ему свой телефон. Маша недоверчиво спросила:
– Это все реально было?
– Нет, пока ехала в такси к вам, придумывала отдельные сюжеты.
– Да я не о том. Ты его в гости пригласила? Ты совсем, что ли Светка с ума сошла? Ты же практичная женщина.
– Я тоже так думала раньше. Знаешь, Маш, я в своей жизни встречала множество людей, веду с ними разные переговоры, личные разговоры, но вот полностью раскрыться мне захотелось перед ним. Не как с тобой, а так как женщине с мужчиной, которому она ничем не обязана, как и он ей. Простое откровение. Почему так?
Маша смотрела на подругу и своим женским чутьем понимала, даже знала, что если такое произошло с ее лучшей подругой – дело серьезное.
– На это ты можешь ответить только сама. У каждого свой путь, своя судьба. В этой жизни мы все ищем. Женщины ищут мужчин, мужчины ищут женщин. И находят.
– Иногда, – заметила Света.
– Иногда находят, – согласилась Маша, – но все-таки ты рисковала.
– Он мне об этом тоже
