Света. Она ему нравилась, очень, но вот никак не принимала предложения выйти за него замуж. В глубине души он понимал, что Света с мамой не уживутся. Это его беспокоило. Беда была в том, они обе были самостоятельными женщинами, даже в чем-то властными, обе эмоциональными, и каждая привыкла жить по своим правилам. Здесь они не уступали друг другу. Дмитрий переживал, но ничего не мог исправить, рассчитывая, что Света, как более молодая уступит и все срастется. Сейчас он действительно хотел поехать к ней. Ему нравилась ее упругая шелковистая кожа, нравилось ласкать ее.
– Так у тебя может… – неуверенно спросил он и чуть покраснел.
– Нет у меня ничего, – смеясь, ответила она.
– Что совсем? И куда все делось?
– То, что нажито трудом и дано природой, все при мне. А то, о чем ты мог подумать, то еще не приобрела.
«А может быть послать все к черту, все эти условности, – подумала она, отдаться и насладится. Сама создала проблемы, а теперь вот решай. И что скажет Машка? Что не устояла? А какое ей дело до этого? Нет уж, сегодня устою, посижу в одиночестве, в конце концов, я не озабочена. Надо только уйти одной, чтобы не провожал».
– Ну, так что? Едем? – сделал вывод Дмитрий, видя ее размышления.
– Нет, Дим. Я очень рада тебя видеть, но сегодня я вечером должна быть у родителей. Они просили приехать. Может быть, ночевать у них останусь.
– Это правда?
– Конечно, – глядя ему в глаза, солгала она
– Тогда ладно, – вздохнул он.
«Вот и весь ответ, даже не настоит, чтобы проводить, даже если я к родителям», – подумала она про себя.
– Извини, Дим, я поеду, – и Света встала из-за стола.
Дмитрий тоже поднялся, сходил за ее плащом, помог одеться.
– Может быть тебя подвезти? – предложила она.
– Не надо, я посижу еще, а потом доберусь на такси.
– Не обижайся.
– Не уверен, что получится, но я попытаюсь.
Света поцеловала Дмитрия в щеку: – Не провожай меня, – и направилась к выходу, чувствуя на себе его взгляд.
Выйдя их ресторана. Она свернула направо к переулку, где оставила машину. Шла она быстро.
– Ну и дура. Что тебе еще надо? Сама себя загоняешь в угол, а потом ищешь из него выход. Нормальный мужик, любит, а ты взбрыкиваешь. Нет, чтобы провести с ним вечер, в тишине, в спокойствии. И что будешь делать сейчас? Чего ты добиваешься? Что хочешь? Ты хоть сама себе скажи, а еще лучше напиши и прочитай. Дура, и есть дура.
– Девушка у вас все в порядке? – Вдруг услышала она голос за спиной, и, вздрогнув, остановилась, обернувшись. На нее смотрел мужчина лет тридцати пяти или чуть больше, выше среднего роста, широкоплечий. Кротко стриженые волосы, правильные черты лица. Он не был красавцем, но и не был уродом. Света обратила внимание на его темно-серые глаза, которые, как ей показалось сначала, смотрели на нее участливо. Она оценила и его одежду, все было скромно, но достойного качества: белые кроссовки, джинсы, рубашка, куртка.
– А вам то что?
– Если, в общем, то ничего, – голос его был ровным, – но вы обогнали меня и разговаривали сами с собой, называя себя дурой.
И тут она поняла, что задумавшись не заметила, как стала разговаривать сама с собой вслух.
– А что это не так? Раз я разговариваю вслух сама с собой.
– Не могу сказать точно, но думаю, что нет. В психбольнице не бывает открытых дверей.
– Я не буйная и меня отпустили.
– Тоже вариант.
Она вдруг поняла, что его взгляд не был участливым, он был обволакивающе спокойным. В его глазах было спокойствие мира. Это был взгляд мужчины, готового предложить свою помощь красивой женщине, хотя наверняка любой. Он видел в ней даже не женщину, а просто человека, который чем-то обеспокоен. И все. А это было не мало.
– Ладно, не ваше дело, какая я, и что думаю о себе.
– Согласен, но не надо думать о себе плохо, постарайтесь переключиться на добрые мысли.
– А если их нет? Знаете, идите куда шли. Я сама разберусь, как мне разговаривать, вслух или про себя. Не надо мне вашего внимания и заботы.
– Моего, может быть и нет, но в целом это необходимо человеку. Успокойтесь.
– Вам что поговорить не с кем? – сделала она предположение.
– Не с кем, – признался он, чем удивил ее.
– Но я не ваша собеседница, найдите другую дуру.
– Да где же я ее здесь найду, – засмеялся он. Смех его был по-детски добрым: – Как выяснилось в пределах видимости вы одна здесь такая, и в этом признались.
Поняв, что она сказала глупость, Света несколько смягчилась, хотя первоначально восприняла его жестко, как любителя знакомится, а она не любила уличных знакомств, хотя он и не делал попытки, познакомится. Он вывел ее из внутреннего мира и вернул в реальный.
– Извините, за жесткость, вы правы. Спасибо, что отвлекли. Всего доброго, – повернулась и пошла дальше.
Подойдя к машине, она открыла ее и сев за руль, завела, но трогаться не торопилась. «Действительно, что это я вышла мыслями из себя?» – пронеслось в голове. Света смотрела через лобовое стекло на проезжающие машины. Мысли ее были и о Дмитрии и о случайной встрече. Тут света услышала легкий стук в стекло, повернув голову, она увидела, что рядом с машиной стоит тот самый мужчина и смотрит на нее. Опустив стекло, она спросила, в некотором раздражении:
– Что еще? Опять разговаривала? Знаете, не ваше это дело. Ясно? Или решили познакомиться? – с издевкой спросила она. – Красивая женщина, одна, как про себя говорит, дура, так может быть… – не стала она заканчивать фразу, вкладывая в нее двусмысленность.
– Как много вопросов? Красивая? Да. А на счет может быть, я не по этой части.
– Неужели вы…
– Вы не правильно поняли. Я не сторонник случайных связей, но я что подошел. Вам лучше не ехать самой. Оставьте машину здесь, а потом заберете. Мало ли что случится, отвлечетесь на свои мысли – авария.
– А вам что за дело?
– Мне как раз есть. То, что вы сами себя угробите – ваше дело, хотя жаль, а если других? Лечить потом мне
– Так вы врач. Психиатр?
– Хирург. Но это не так важно. Послушайте, что я вам сказал.
Светлана задумалась. Она сама была сторонницей правильной езды. В чем-то он был прав.
– Машину жалко бросать, – посетовала она.
– Давайте я вас довезу.
– А страховка на меня.
– Поедем осторожно, а права у меня с собой.
– Покажите.
Он достал из внутреннего
