«С утра дует ветер и ветки качает…»
С утра дует ветер и ветки качает.И мокрого снега щетина сера.То издали тонко собака залает,То птица вспорхнет, отряхая крыла.
Давно уж заброшена старая дача.Давно уж не слышится звонкая речь.Давно уж получена полная сдача:Свобода стоять, не ломаться, стеречь.
Здесь сад обретает упругость несчастья.Спокойно ущербные ветки колышет.И воздухом влажным размеренно дышитС основами дерева в тихом согласьи.
«Среди людей жить тесно и опасно…»
Среди людей жить тесно и опасно,Как будто оказался на войне.А, в одиночестве – страдание вдвойне.С тобой одной все в радость мне, все ясно.
«От низкой облачности происходят беды…»
От низкой облачности происходят беды.В пяти шагах не увидать лица.Так встретишь: друга, подлеца,Любовь желанную, ближайшего соседа…И не узнаешь. Из-за темного свинца.
Простая история
Хороший человек плохого стал стыдить.И объяснять тому, как верно надо жить:«Смотри, ты одинок. А хуже нет беды.И кто тебе подаст, со временем, воды?»
Другой же возразил: «Какая благодать!По мне, так век бы никого и не видать.Пустым стаканом меня нечего пугать.Я выпью сам – не надо подавать».
И что сказать на это? Оба правы!А жить нам хорошо – по собственному нраву.
Сумерки
Сентябрьским вечером на даче пусто.Шуршание листвы соседствует с мышиным хрустом.Скрипит крыльца старинная ступенька,А на небе луна, как медная копейка.Зловещий свет. Вот тени набежали.Пространство разлиновано стрижами.И сердце хрупкое колотится, убьется,Как та страна, с которой поведется.
Не торопись, душа! Не бойся боли!Она надежней и вернее воли.Средь миллионов, увлекающихся бегом,Она нас оставляет человеком.
Пока не стары мы, одно страданьеЗнакомит нас с устройством мирозданья.
Песенка бомжа
Остановка моя, остановка, остановочка.Ты для жизни уходящей моей – уловочка.Ты для голода моего, как талончик в столовочку.Ты последняя моя – «ничего-обстановочка».
Человек идет. Голова! А моя – головушка.У кого-то сердце стучит… А мое – как рёвушка.И болит, и болит, и слезой заливается.И не надо ключика. Просто так открывается.
И в природе – дождь. И следы обрываются.Это сырость и сирость меж собой обнимаются.Я проехал тебя, разлюбезная остановочка.И от жизни осталась-так себе-зарисовочка.
«День кончился. И ничего не надо…»
День кончился. И ничего не надо.И век бы так лежать. И тихо. За окномС любовью выученные очертанья садаИ первая звезда. В минуту перед сном.
Мои ученики
Мои ученики – подранки.Крылья у них перебиты.И злы, и смешны, и жалки,И вызывающе сердиты.
Ну, что с ними делать?Как их осторожно погладить?Кому из них мама пела?Зачем им – математик?
Но, смешивая Пифагора со слезою,А,Евклида с ласкою,Ищу, как в дебрях мезозоя,Веселенькой для них краски.
Возвратился к садам и полям
Я убежал в далекую страну.Я улетел в незримую державу.А, если взял чужое, я верну.Пишите мне налево и направо.И вверх, и вниз, на запад, на восток.Пишите, как вам хочется, по нраву.Пишите так, как дождь идет – наискосокИли, как камень падает на траву.
Пишите каждый день, или один раз в год,Или наплюйте да и разотрите.Не оскудеет человечий род,Когда уйдет один досужий зритель.
Как вам угодно. Почтальон – мастак.Разыщет дезертира днем и ночью.Я не замел следы. Знакомый ваш – простак.Он помнит ваш густой тяжелый почерк.
По после Покрова, налево поворот.Сквозные рощи ветерок колышет.Медлительной реки излом сверкнетИ снова сонным зноем пышет.
И вот тропа. И грузный мерный шаг.И пот. И кашель. Человек простужен.Вам телеграмма. Распишитесь. Так.И текст: " Дружок, ты никому не нужен.»
И нету выраженья на лице.Согласен с ним. Порядок много значит…Но в утренник. Проснувшись. На крыльце.Дрожу от радости щенячьей.
По гамбургскому счету
Охотников найдется тьма, чтоб воспевать геройство.Но, в нем жестокости сомнительное свойство.Певцов любви мы можем отыскать и роты,Но, высока ли их цена по гамбургскому счету?!
И, что достойного останется стихосложению?На взгорье церковь. Утреннее песнопение.Осина чахлая. Осенний цепкий ветер.И черная вода. И боль. Не выразимая в сюжете.
Весна в Павловской Слободе
Пора надежд безудержных прикрытаЧрезмерной трезвостью ума на людях.И только утром подбородок бритый,И щеки пылкие, как при простуде,И скачущий туманный взглядРазоблачают перед зеркаламиДосадную встревоженность души,Зажатой в комнате между углами.
На стенке белые квадраты солнца.Стою один. В открытое оконцеБьет ветерок. Прохладен и душист.Сосульки падают лучисты, хрупки.От ветки к ветке прыгает скворец,Одетую в бесцветную скорлупку,Нашел личинку маленький певец.И острым клювиком. Несильно, быстро,Вниз-вверх, тук-тук о дерево стучит.Проснувшуюся кровь своих артерий,То дерево в ответ ему сочит.
За садом темная набухла Истра.Когда еще свободна и игристаОна откроет ледяные двери?Когда еще над мутною водой,Пригретый солнышком голодный удалецУвидит комаров и мошек рой?Когда еще шагнет по огородамС ведерком краски зябнущий маляр?И перекрасит мрачный темный лес,И теплыми, умелыми рукамиПогладит сиротливые поля…Скорее бы! Ведь люди говорят,Что свой черёд приходит без чудес.
Март
Идет весна, испытывая перебои,Подобно нашим перебоям сердца.То мягкость, ласковость и небо голубое,То ветер ударяет солью с перцем.
Глаза забьет – никак не проморгаешь.И душу вынимает хладным свистом.И прячешься в себя. Не понимаешьМелодий яростных весеннего артиста.Но, сколь стремителен, столь он и милосерден.Заправившись у Вышних корвалолом,Он успокоился. Он исполняет Верди.И слушаешь его чарующее соло.
«Зима. Я думаю на будущей неделе…»
Зима. Я думаю на будущей неделеМеня потянет в парк.Закрою книгу я…Знакомые деревья поседели.Притихшие стоят.
И, кажется, что им наделиСедые парики.Обычно, у людей седеютСтарики.Они ж помолодели…
Вечер на даче
Весь день жара. Не продохнуть.Насос гудит и воду распыляет.И солнце плавится. И марево. И муть.И даже тень спасительная – не спасает.
Вот вечер, наконец. Выходим на газон.Пить чай содружеством. Совместно.Луны серебряный жетонНас пропускает в мир светил и бездны.Здесь трасса самолетная. И в часДесяток красных звездочек мигает.Но высота огромна. И до насМоторов шум не долетает.
Пространство черное и тишь.И глаз не оторвать. И робость.И, кажется, что не звезда, а ты летишьВ глубокую пугающую пропасть.
……………………….
Все съедено и выпито. ТраваТак сладко пахнет в час прохладный.И неожиданно желанныДрузей пустячные слова.
И жалко уходить из звездного шатра.Единодушно снова чай сооружаем.И пьем, и говорим, и рассуждаемВ запальчивости праздной до утра.
Первая любовь
Холодный дымный день.И в воздухе пустомНелепых поцелуев сто…
Ожидание встречи
У нас немного общего:В небе КассиопеяДа дом на песке.Который день топчетсяВремя на месте.Ему бы в прыжке…До завтра дожить как?Не знаю.Сотни минут.Одна. Считаю. Другая.Сотни ль пройдут?!
«Непрочны связи меж людьми и небом…»
Непрочны связи меж людьми и небом.Да был ли их союз? А, может, не был…Быть может, сущность человека – целиком земная.А искра божия – иллюзия пустая?
Сомнения – всегда. Как мушки пред глазами.Душа то спит, то изойдет слезами.И мечешься в страдании бескрайнем,И горечь прячешь от людей, как тайну.
Простая вежливость уста нам закрывает.Улыбкой на улыбку отвечает.Визитом – на визит, на слово – словом…Но скрыта глубоко души основа.
«Я мало знаю о войне…»
Я мало знаю о войне.Хотел бы знать. Но, знаю мало.Отец мой долго воевал,Но ничего не рассказал.
Комната в коммуналке
