Дейзи замерла на месте. Как он может говорить столь прозаично о собственной свадьбе! Об обязательствах и обещаниях, совместном сотрудничестве. Ну ладно, пусть они практически не знакомы, но такое событие должно иметь хоть какое-то значение даже для него?
– Успеем за три недели? Вы уверены? Плюс ко всему мне бы хотелось, чтобы присутствовали родители и сестры, и нужно рассчитать время так, чтобы Роуз успела прилететь из Нью-Йорка.
– Вам хочется, чтобы вся семья была в сборе? – На лице Себа угадывалась легкая тень удивления.
Дейзи, заколебавшись, обернулась к нему.
– Вы обещали, что мы, по крайней мере, создадим иллюзию настоящего брака. Совершенно необходимо, чтобы моя семья присутствовала на торжестве.
Обсуждению не подлежит.
– Прекрасно.
Дейзи собиралась защищать свою позицию, но была отброшена назад лаконичностью ответа. Полное согласие! Подобная сдержанность во всем. Что таится под гладкой поверхностью? Возможно, ей никогда об этом не узнать.
Пожениться через три недели. Головокружительный роман. Так обо всем этом должны подумать окружающие, и она должна им это внушить.
– До чего глубокий вздох!
Дейзи замялась, опуская солнечный козырек с зеркальцем, чтобы проверить, под каким углом сидит на голове шляпка. Чувство крайней уязвимости ее не оставляло, в особенности когда возникала необходимость говорить о чем-то личном.
– Я всегда точно знала, какой хотела бы видеть мою свадьбу. Понимаю, это звучит глупо. Всего лишь грезы.
На фоне кардинальных изменений жалобы об утрате идеальной свадьбы явно неуместны, отдают банальной самовлюбленностью.
– Закат на пляже? Шикарный отель? Вестминстерское аббатство и принц Гарри в парадном мундире?
– Нет. Ну разве самую малость.
Она бросила на него взгляд исподтишка. Минимальный контакт облегчал признание в том, что со свадьбой у нее всегда было связано много планов. Дейзи представляла все так ясно.
– Мои родители живут в самом конце улицы, на которой находится деревенская церковь. Я всегда думала, что моя свадьба пройдет именно там, я пойду под венец, окруженная семьей, а вернусь рука об руку с мужем. Потом будет праздник в саду. Никаких особых прихотей, хотя, конечно, хотелось, чтобы играли музыканты из группы моего отца.
– Конечно.
Дейзи даже прикусила губу, остальные грезы начали всплывать в голове, словно кадры из фильма. Вот она вся в чем-то кружевном, прямом, обманчиво простом. Солнце сияет, обдавая золотистым потоком древние камни Котсуолда. Душу переполняет радостное чувство, что все исполнилось. Но день назад она поняла, что в груди поселилась боль, свернулась там и, казалось, отдавала прямо в сердце. Если знакомые образы всплывали в памяти, боль усиливалась, сердце начинало бешено колотиться. И все же она поступает правильно. Или нет?
«Теперь речь не о тебе!»
Хотелось поделиться рассуждениями по поводу выбора с кем-нибудь еще. Но с кем? С сестрами? Они бы сразу восприняли все как экстремальную ситуацию, включив режим аварийного планирования, пробуя и предпринимая, попеременно ругая и нянчась с ней, словно она маленькая нашкодившая девчонка. С родителями? Вот уж нет. У нее, наконец, есть гордость. Дейзи сглотнула, ощутив болезненный комок в горле. Она усердно работала, исправляя ошибки прошлого, потратила столько усилий, чтобы стать независимой от семьи и доказать, что способна на поступки, как и они все. Как после этого признаться, что она беременна от человека, с которым едва знакома? Родители тут же включатся в режим «минимизации опасных последствий». Захотят забрать ее домой, станут срочно тратить на нее деньги, словно этим можно все привести в порядок. А как было бы легко позволить им позаботиться о себе! Дейзи обмякла на сиденье. Она не смогла бы сказать им, да и не стала. Однако ей хотелось слышать успокаивающий голос отца, шагнуть в теплые объятия матери. Нечасто она позволяет себе такую роскошь.
– В самом деле, мы смогли бы зарегистрироваться завтра. Как-то неуютно я себя чувствую, не поговорив с родителями. Вы не станете возражать, если мы навестим их?
Давно ей не приходилось советоваться с кем-то по поводу своих поступков.
– Конечно. – На краткий миг Себ отвел взгляд от дороги, оценивающе посмотрев на ее пальцы, те постоянно беспокойно переплетались. – Знаете, если предстоит рассказывать вашим родителям о помолвке, мне, наверное, стоит остановиться у ювелирного магазина. Вам нужно кольцо.
– Дейзи, дорогая! Какой приятный сюрприз!
Странно вот так вдруг оказаться лицом к лицу с известным персонажем Шерри Хантингдон – моделью, музой и, время от времени, актрисой. Высокая гибкая фигура, упругая и стройная в свои «за пятьдесят», словно в двадцать. Светлые волосы внешне выглядели столь же натурально, как у ее дочери.
– И кто же это? – Голубые глаза, знаменитые несколько сонным выражением, обратились на Себа, с неожиданно пронзительным оценивающим вниманием. Или нет? Попробуйте-ка удержаться на гребне профессии более тридцати лет, если не имеете мозгов, дополняющих потрясающую внешность.
– Себастьян Бересфорд. – Он протянул руку, мать Дейзи пожала ее, исподволь окинув его взглядом из-под длинных черных ресниц.
– Как приятно. Дейзи так редко приходит со знакомыми молодыми людьми. Проходите же, пожалуйста. Вайолет где-то здесь, а Рик у себя в студии, на нас снова надвигается благотворительный концерт. Дейзи, милая, не могла бы ты поучаствовать и сделать серию фотографий, ладно?
– Я бы не пропустила такое событие.
Дейзи подхватила мать под руку, и они пошли по извилистой тропинке. Красивый дом, увитый плющом. Однако очень велик по любым стандартам. Конечно, если вы не обитатель замка. Два изящных симметричных крыла, отходящих от центральной части здания, указывали на то, что это постройка времен Уильяма и Мэри. В отличие от Хоуксли, дом искусно приспособлен для комфортной жизни и отремонтирован. Себ увидел поодаль теннисные корты, конюшни и другие служебные пространства. Видно, все обновлено и находится в постоянном пользовании.
Его поразила неожиданная ностальгия. Хоуксли заслуживает столь же бережного и рачительного ухода, но дед находил какую-то особую прелесть в архаичном неудобстве разваливающихся старинных зданий. А что до отца, Себ постарался загнать свои мысли как можно глубже, сжав кулаки от злости. Так бывало всегда, когда в голову приходили мысли о преступной нерадивости отца.
Шерри остановилась на открытой террасе, улыбнулась дочери.
– Мне кажется, снаружи достаточно тепло, можно расположиться здесь. Я схожу за Риком. Он будет рад увидеться с тобой, Дейзи. Как раз вчера мы говорили о том, что с Роуз мы видимся гораздо чаще, а ведь она в Нью-Йорке. Пожалуйста, чувствуйте себя как дома. А потом можно выпить. Дейзи, дорогая, дай знать Вай, что вы приехали.
