Все эти противоречия просто были покрыты флером красивой декларации: “Рерихи никогда не выступали против основ Православия”[117].
4. РЕРИХ И СИМВОЛ ВЕРЫ
Основы Православия не эзотеричны, не скрыты. Они громогласно возвещаются на каждой литургии общехрамовым пением “Символа веры”. Если и в самом деле Рерихи никогда не выступали против основ православия – значит, они никогда не проповедовали ничего, что бы входило в противоречие с православным Символом веры.
Николай Рёрих в ответ православным русским эмигрантам, недоумевавшим по поводу его религиозных взглядов, заявил о своем полном приятии Символа Веры: “Верую во единого Бога Отца, Вседержителя… весь Символ Веры… И сие исповедаю”[118].
Я утверждаю, что Рерих соврал.
Тяжелое обвинение, и совершенно для меня непростительное – если оно останется бездоказательным. Вот и Ксения Мяло ставит вопрос, который ей кажется риторическим – “Какие основания не верить в искренность этого исповедания?” (с. 236). Основания очень простые: несовместимость этого “исповедания” с другими заявлениями Рёрихов о своих взглядах.
Давайте спокойно сопоставим. Первое утверждение Символа Веры звучит… Впрочем, оно не только первое. Послушаем Н. К. Рёриха: “Первый основной член Символа Веры читается: “Верую во Единого Бога Отца, Вседержителя, Творца неба и земли, Видимым же всем и Невидимым”[119]. Итак, Н. К. Рёрих знает православный Символ Веры. Знает он и что именно является в нем основным. Более того, сразу по цитации Символа Веры, Рёрих напоминает библейское имя имя Творца Неба и Земли: “Каждый прилагает лучшее название Элохиму”[120].
Верно: в первом библейском стихе еврейское слово Элохим переведено на русский как Бог: “В начале Бог создал небо и землю” (Быт. 1,1). Грамматическое построение этой фразы удивительно: сказуемое (бара; сотворил) поставлено в ней в единственном числе, а вот подлежащие (Элохим) стоит во множественном (в единственном это слово звучало бы как Элоах; им в иврите – окончание множественного числа). То есть при буквальном переводе первая библейская фраза зазвучит: “В начале Боги сотворил”. Для христиан эта странная рассогласованность между подлежащим и сказуемым радостна: это значит, что первая библейская фраза приоткрывает нам тайну Троицы: Единого Бога (“сотворил”) в Трех Лицах (“Элохим”). Н. Рёрих вполне корректно слово Элохим употребляет как имя Единого и Единственного Существа, склоняя его как имя существительное в единственном числе (“прилагает Элохиму”, а не “прилагает Элохимам”).
Итак, для Н. К. Рёриха Элохим – “Единый Бог”, “Творец Неба и Земли”, всего видимого и Невидимого мира, “Всевышний”, “Дыхание всех дыханий” и даже “Атман всего Сущего”[121].
Что ж, кажется, мы нашли что-то единое в религиозных взглядах Рёрихов и христиан… Если бы Рёрихи в своей жизни больше ничего не написали – то с этим радостным чувством мы бы и остановили разговор об их мировоззрении.
Увы, кроме публично-благочестивых статей Николая Рёриха, были еще и письма Елены Рёрих и труды Елены Блаватской, от которых учение Рёрихов неотделимо: “Мы не должны скрывать, что мы теософы”[122]. И в них мы встречаем совершенно иную трактовку термина “Элохим”. “Теософы чтут Представителей Великого Разума, тех Элохимов, которые создали человека по образу и подобию своему”[123]. Вот тут уже неизменное употребление множественного числа. “Элохимы создали”[124]. Это не описка. Е. Рёрих поясняет: под Элохимами она имеет в виду не христианскую Троицу, а “восточные Семь Кумар”[125].
Итак, перед нами уже не христианский монотеизм, торжественно возвещаемый Символом Веры, а многобожие, политеизм. “Каббала объясняет, что каждый [из Элохимов] создает один из семи объектов, перечисленных в первой главе [книги Бытия]”[126].
Далее, мы обнаруживаем, что с точки зрения Е. Рёрих Элохим вообще никак не может быть “Творцом видимым всем и невидимым”, поскольку он сам (точнее они сами) не более чем ангелы: “Среди этих Элохимов были наши христианские Ангелы”[127]. В любой религиозной традиции ангелы – это вторичные духовные существа, не имеющие начала в самих себе, но происходящие от более Высокого Начала. “Элохимы далеко от того, чтобы быть верховными или даже возвышенными силами в природе, суть только низшие Ангелы”[128].
А, значит, теософские ангелы-Элохимы никак не могут быть “Единым Богом”, “Творцом Неба”, всего Невидимого мира, “Всевышним”, “Дыханием всех дыханий” и “Атманом всего Сущего”. Рёрих соврал, заявляя о своем принятии христианского понимания слова Элохим.
Отказывая Элохиму в Божественном изначальном бытии, низводя это имя до обозначения тварно-вторичного мира, теософы следуют не христианской, но каббалистической традиции. Уже упомянутое рассогласование между теми числами, в которых стоят подлежащее и сказуемое первой библейской фразы, да вдобавок еще понимаемое христианами как указание на Троичность Бога (а, значит, на Божественность Иисуса из Назарета) понудило иудеев так перетолковать этот текст, чтобы сделать его недоступным для христианского толкования. Для этого каббаллистический трактат “Зогар”, всегда столь трепетно упоминаемый теософами, совершает маленькую фальсификацию: в библейский текст каббалисты вставляют две буквы, которых в нем нет. Эти две буквы составляют одно краткое слово: “он”. И в итоге они читают первый библейский стих следующим образом: “Посредством начала Он создал Элохим”[129]. Аналогично каббалисты переиначивают и третий библейский стих: вместо “И сказал Бог: да будет свет”, они читают: “И сказал Бог Элохиму: да будет свет”.
Символ Веры не случайно отождествляет “Единого Бога”, “Творца” и “Вседержителя”. Самая суть язычества в том, что эти понятия разделяются и относятся к разным религиозным реалиям. Язычник убежден, что Первичный Бог, Первоначало не действует в мире. Первого Бога или усыпили (как Апсу), или убили (как Тиамат), или кастрировали (как Урана), или же он сам отошел от дел, делегировав власть над землей младшим поколениям богов… Язычники убеждены, что миром правит не Бог. В языческом богословии Господь не является изначальным Богом, и праздный Бог (Dеus otiosus Эмпедокла) не является Господом, Правителем.
Высший Бог или недостижим, или бессилен, или вообще бездейственен. Миром же правят частные и многообразные “Господа” - “элохимы”. Каждый из них правит своим “уделом”. Подвластным им людям надо уметь выстроить отношения с этими господами, и не стоит тешить себя иллюзией, будто наши молитвы может услышать кто-то другой, Высший и Изначальный…
Но на этом фоне раздается дерзкая и радостная проповедь израильских пророков: Бог есть Господь. Тот, Кто ведет нас по дорогам истории, - Тот же, Кто нас создал. И тот, кто нас создал, есть Высший и Первоначальный. Нет Бога выше Господа. И нет иного Господа, кроме Бога. “Да познает народ сей, что Ты, Господи, Бог” (3 Цар. 18,37). “Блажен народ, у которого Господь есть Бог” (Пс. 143,15). Ибо именно Элохим – Господь, т.е. субъект Завета с людьми, - и создал небо и землю…
И вот именно эту радость крадет теософия. Высшее Божество не является ни Создателем (Творцом), ни Вседержителем, ни Спасителем. Оно вообще не думает и не действует… Миром правят “дхиан-коганы”…
Теософы, в иные минуты столь горделиво именующие себя самих “богами”, вдруг становятся странно смиренны именно в этом вопросе. Они говорят, что человек и вселенная несоизмеримы, что человек и Земля не могут быть предметом внимания Вселенского разума. А потому – “нужно приучить сознание к малым размерам Земли” (Аум, 242) и осознать, что мы можем общаться только с планетарным логосом, только с тем духом, который “проявлен” на “нашем плане”…
Верно – человек и Вселенная несоизмеримы. Но в другую сторону. Как соизмерить человека и Млечный путь? Линейкой геометра человека не измерить. Человек занимает меньше пространства, чем слон. Но онтологически человек существеннее слона. Гора занимает больше места, чем человек. Но именно через историю человеческой мысли, а не через историю вулканов проходит ось эволюции Вселенной. Разве размеры бриллианта соизмеримы с теми шахтами, из которых их их выкапывают? Так вот, человек – это существо еще более редкое, чем бриллиант. Поэтому Бог и сровнивает его с зеницей Своего ока (Втор. 32,10)…
Теософы же приходят пояснить “сироте”: твой папа – на самом деле не папа, а так, случайный любовник твоей матери, и вообще он никакой не летчик, а грузчик из соседнего винного магазина… Тот, Кого ты полюбил, не Бог. Так, - элохим, “низший ангел”.
