Мои вассалы выражали уверенность в том, что я благословляю свободных дев их семей на участие в отборе Элоранарра, а ещё надеялись, что я, пользуясь связями при дворе, выставлю кандидаток своих вассалов в основную группу, которая в момент отбора будет находиться возле артефакта.
Снова в моей груди зарождался рык. Собственнические порывы затмили всё алой пеленой гнева: они хотели, чтобы я лично сопроводила конкуренток на отбор и поставила в самые выгодные места?!
Я оскалилась, и припозднившийся клиент, заметив меня, остановился на середине лестницы, а потом подумал, развернулся и торопливо двинулся прочь.
Это немного отрезвило, я вдохнула глубже и плотно сжала губы.
Как хороший сюзерен я действительно должна обеспечить своим вассалам место у артефакта, ведь если среди кандидаток окажется несколько подходящих, победит ближняя к артефакту. По-идее, я сама должна была потребовать от вассалов подготовить для отбора незамужних девушек брачного возраста, ещё и заглянуть проверить, как их собирают, ведь от их внешнего вида на отборе зависит мой престиж, но…
Сейчас Элоранарр – дракон, которого я хотела, и отдавать его другой, даже просто предоставить такую возможность… В груди закололо, воздух не проходил в стиснутые спазмом лёгкие. Сминая жалобно шуршащие письма вассалов, я не знала, куда себя деть с прогретого солнцем крыльца, не знала, куда спрятаться от жгучего, разъедающего изнутри чувства.
Сейчас Элоранарр – мой. Мой и точка. Его кровь пробудила во мне брачную магию, я не хотела его отдавать, мой разум и тело взывали к нему, требовали добраться до него, заполучить любой ценой. Опять я рычала, не в силах сдержаться.
Это обещанные Дарионом перепады настроения? Он писал о таком побочном эффекте, и меня сейчас бросало от бешенства к желанию, от желания к бешенству.
Сосредоточившись, я глубоко вдохнула, пытаясь разделить запахи города: горячий камень, животные, смазка деталей и колёс всевозможных повозок, парфюмерия, еда, надвигающаяся гроза…
Подавляя собственнические инстинкты, я острее ощутила сжатые в руке бумаги. Письма вассалов… Я бы предпочла вернуться во дворец, перепрятать покрывало и утащить Элоранарра в брачное место, можно даже с покрывалом. Или хотя бы забрать покрывало.
Но я не только хлебнувшая крови обезумевшая от страсти драконесса, я ещё и глава рода, сюзерен, и одни мои вассалы просили о помощи, давно пора было отправиться к ним.
Смяв три письма в плотный комок, я сунула его в карман. Управляя собой с помощью телекинеза, наконец спустилась с крыльца и сквозь толпу прохожих направилась к чёрным камням телепортации на другом краю площади. Пусть мне хотелось вернуться во дворец, но в Нарнбурне меня ждали сёстры Ларн, и в этот раз я до них доберусь.
***
После Столицы Нарнбурн со своими небольшими домиками в пару этажей казался камерным и до ужаса провинциальным. Погода здесь была хорошей, по-вечернему насыщенный золотой свет изливался на улицы, но по одежде горожан чувствовалось, что тут севернее и холоднее.
Ветерок сразу принялся трепать мою слишком лёгкую мантию, теребить кружева, но онемевшее тело не давало ощутить прохладу. Сойдя с чёрных телепортационных камней, я перешла на тротуар и зашагала к гостинице, где меня должны ожидать сёстры Ларн.
И если в Столице большинству существ были безразличны окружающие, здесь я вызывала любопытство. Без абсолютного щита я ощущала его как слабые, щекотные прикосновения. Никакой агрессии, только интерес. Больше всего – со стороны девушек и их матерей, порой отцов: роскошные кружева на мантии выдавали мою финансовую состоятельность, а невысокий рост и спокойная походка без чеканки каждого шага или бесшумной поступи не позволяли с первого взгляда заподозрить во мне дракона.
Я разглядывала город, жителей, прислушивалась к их эмоциям – что угодно, лишь бы не возвращаться мыслями к покрывалу и Элоранарру, только бы отвлечься от вновь накативших фантазий, в которых мы катаемся по меховым покрывалам, целуя и лаская друг друга.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
В какой-то момент сексуальные иллюзии затянули меня, и я не сразу ощутила перемену в настроении прохожих. Вдруг их волнение обожгло все чувства. Я сфокусировала взгляд на идущих впереди. Прохожие поспешно спускались с тротуара на дорогу и переходили на другую сторону улицы, освобождая путь двум юношам и двум девушкам в синих одеждах и сопровождающему их невысокому сухощавому старику в чёрном.
Синие платья в пол и униформа молодых существ были с наплечниками, на правых просматривались изображения глаза, на левых с такого расстояния я ничего разобрать не могла, но знала, что там написаны их имена. Навстречу мне шагали студенты Академии драконов в форме менталистов. Они надменно улыбались, словно их забавляла реакция горожан, испугавшихся за сохранность своих мыслей и секретов, хотя закон запрещал менталистам влезать в чужие сознания просто так.
Сопровождающего студентов мужчину я тоже узнала. В Академии я не обучалась, но Халэнн там провёл год, и я на всякий случай по портретам и личным делам выучила всех преподавателей. Стариком был не кто иной, как помощник ректора профессор Эзалон из закрытого непризнанного мира Киндеон. Менталист. И довольно неплохой. Он меня уже заметил и, судя по улыбке, узнал во мне Халэнна.
Именно сегодня, когда я меньше всего готова к этому, мне «везёт» на встречи с менталистами.
Глава 7
Я остановилась – всё равно без телекинеза ровно идти не получалось, а кто-нибудь из пяти приближающихся менталистов даже невольно мог уловить мою магию. Наложила на себя добротный ментальный щит, но не абсолютный – он бы только больше внимания привлёк, да и мы, менталисты, считаем использование абсолютного щита при нас практически оскорблением.
И всё равно я была не готова к встрече с тем, кто прежде знал Халэнна. Я всегда избегала таких существ, хотя смерть близнеца и всей семьи вполне объясняла изменения в поведении. Меня просто накрывал страх – безотчётный. В такие моменты казалось, что я поступаю неправильно, предаю Халэнна, заменяя в чужих сердцах память о нём на память о подделке – себе.
– Добрый вечер, добрый вечер, – слегка поклонился Эзалон, не сводя с меня пытливого взгляда. – Силы в крыльях и попутного ветра, Халэнн.
У детишек шире распахнулись глаза, они, явно подавив желание отступить, внимательно осматривали меня, словно желая найти ещё доказательства тому, что я дракон.
– Долгих лет жизни и процветания, – ответила я профессору Эзалону.
Щита мягко, почти неуловимо касалась чужая ментальная сила, меня будто щекотали слегка, но эти касания были бессистемными, никто не пытался выявить и проверить амулеты. Молодняк пробовал силы. Похоже, все четверо из непотомственных менталистов, иначе действовали бы более чётко и аккуратно. Профессор Эзалон строго глянул на них:
– Идите, я вас догоню
Сам он меня ментально не проверял, держался строго в рамках правил. Непотомственный менталист, вышколенная версия.
– Слышал о трагедии в императорской семье. Есть хоть какие-нибудь следы младшего принца?
– Это конфиденциальная информация, – отозвалась я.
Давно не уточняла этот вопрос, но понимала: если Элоранарр вертелся вокруг меня, значит, следов принца Арендара не нашли.
– Понимаю-понимаю, – покивал профессор Эзалон. – Очень жаль, очень жаль. Но, собственно, я хотел поинтересоваться, не желаете ли вы продолжить обучение? Конечно, базовый годовой курс вы прошли и теоретически этого достаточно, но для тех, кто хочет повысить уровень знаний, у нас есть всевозможные программы, индивидуальное обучение, гибкий график. Всё это за умеренную цену. Можно совмещать со службой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Предложение было настолько неожиданным, настолько… почти немыслимым и выбивающимся из привычных дел и тем для разговоров, что я застыла, не находя ответа.
Профессор Эзалон, пользуясь моим ступором, продолжил:
