Посреди фразы «Не позволю над собой так…» девица вдруг побледнела, схватилась за сердце, мучительно повела по сторонам мутнеющим взглядом и рухнула на пол.
Толпа замерла. В полной тишине послышался резкий женский всхлип, и на меня понеслась волна многократно усиленных человеческих эмоций. Врач вмиг перестал ухмыляться и бросился к девушке. Расталкивая толпу, к ней же поспешил его помощник. Они засуетились, быстро проверили пульс, начали проводить непрямой массаж сердца и делать искусственное дыхание, но неподвижное тело не реагировало.
– Бесполезно, – сказал Кристоф, вытирая ладонь белоснежным платком. – Она мертва.
– Она мертва, – эхом отозвался запыхавшийся врач. – Остановка сердца. Он с досадой посмотрел на парнишку, затеявшего весь этот переполох. – Похоже, ты ясновидящий. Она действительно умерла.
– Они решат, что у нее было слабое сердце, – сказал Кристоф. – Идемте, нам здесь больше нечего делать.
Мы с Арчи послушно направились вслед за ним к выходу. Нас никто не остановил. Полиция была довольна тем, что все закончилось банальным несчастным случаем, дирекция счастлива, что клуб не закроют, толпа переваривала новые впечатления. Конечно, первое время никто не сунется в «Лабиринт», но постепенно трагическое происшествие забудется, и все станет как прежде.
– Спасибо, Кристоф, – неожиданно серьезно и спокойно сказал Арчи. – Ты спас меня. Просто спас. Я твой должник. Если я смогу чем-то помочь тебе…
Кадаверциан насмешливо взглянул на него, и молодой даханавар растерянно замолчал.
– Вряд ли мне когда-нибудь понадобится твоя по мощь, мальчик. Это было примитивное колдовство. Оно ничего мне не стоило. Иди и в следующий раз будь аккуратнее.
Арчи кивнул, украдкой пожал мою руку и быстро, почти бегом, скрылся в одном из темных переулков.
– Хорошая ночь сегодня, – сказал Кристоф, глядя на небо, чуть прикрытое легкими облаками.
– Значит, примитивное колдовство?!
Я посмотрел на его запястье. Рана еще не успела затянуться, и края ее слегка кровоточили.
– Самое примитивное, Дар. – Мой друг равнодушно проводил взглядом полицейские машины, неторопливо отъезжающие от клуба.
– Но ты… ты что, вернул ее душу обратно в тело?!
Кадаверциан весело и удивленно посмотрел на меня:
– Что ты! Нет, конечно! Я же не Господь Бог, чтобы вдохнуть душу в мертвое тело. Это была просто ходячая и говорящая кукла. Я запустил ее механизм на несколько минут, а потом снова остановил его.
– А ты мог бы сделать так, чтобы она жила дольше?
– Да. Я умею делать зомби. Они будут жить, сколько понадобится, но это грязная работа. Примитивная. Я не получаю от нее удовольствия.
Я решил, что не испытываю желания спросить, от какой работы кадаверциан получает удовольствие.
ГЛАВА 2
СОВЕТ
Давать советы всегда глупо, но давать полезные советы по меньшей мере вредно
Оскар Уайльд. Портрет мистера W. Н.
14 сентября 2004 Дарэл Даханавар
Констанс уже все знала. Мгновенная мысленная связь учителя с «птенцом» действовала безотказно. Разъяренная фурия с ярко-рыжими волосами набросилась на бедного Арчи:
– Кретин! Безмозглый тупица! Бездарный осел!
Я сел в кресло и вытянул ноги, ожидая продолжения. Низкий, чуть хрипловатый голос ирландки с едва заметным акцентом было приятно слушать, а сама она – в черном кожаном костюме с короткой узкой юбкой и гривой огненных волос – смотрелась весьма экзотично. При этом она удивительно вписывалась в интерьер особняка Фелиции. Белые колонны, статуи, мраморные стены и полы, краснофигурные[4] вазы, и посреди этого античного великолепия мечется ярко-рыжая темпераментная дир-дале[5].
– Чему я тебя учила?! Ты что, не можешь запомнить элементарные правила, идиот?!
– Но, Констанс, – всхлипнул юный неудачник, навытяжку стоящий перед ней. – Это получилось случайно. Я не хотел!
– Посмотрите на него! Он не хотел! Из-за таких неуклюжих тупиц, как ты, мы скоро будем питаться крысами! Да ты и крысу поймать не сумеешь[6]!
Представив Арчи в роли крысолова, я невольно улыбнулся, и Констанс немедленно набросилась на меня:
– А ты куда смотрел?!
– Спокойно! Я бы попросил сбавить обороты! Меня эта история с «Хамелеоном» вообще не касается!
– Она касается тебя, она касается меня, убийство смертного касается всех. Сегодня мы собираемся предъявить обвинение асиманам в неоправданно жестоком обращении с людьми, а мой собственный «птенец» в то же самое время убивает человека!
– Успокойся. – Я потянул страдающего Арчи за рукав, усаживая на стул. – Инцидент исчерпан. Кристоф великолепно…
– Ты что, не понимаешь?! – Констанс нависла надо мной, заслоняя свет своим великолепным телом. – Сколько раз можно повторять?! Нельзя вмешивать посторонних в личные дела Клана!
Я стремительно вскочил, заставив ее отшатнуться.
– Определись, дорогая! Что для тебя важнее – репутация или невмешательство «посторонних»?
Она немного успокоилась – поняла бессмысленность своих нападок на меня. Кивком велела Арчи удалиться, и тот мгновенно смылся. До нас долетел лишь громкий топот по ступеням.
– Я не верю кадаверциану, – произнесла Констанс – Знаю, он лоялен к нам, но… Я не могу доверять Мастеру Смерти.
– Ты просто не понимаешь его магии.
– А ты понимаешь?
– Нет, но я его чувствую.
– Кстати, по поводу твоей чувствительности…
Она не договорила. Послышались легкие шаги, и в атриум вошла Фелиция. Прекрасная гречанка.
Наверное, именно потому, что Первой Старейшиной нашего клана всегда была она – женщин-даханавар иногда величали Мормоликаи. Именно так в Древней Элладе называли девушек, своей нечеловеческой красотой по ночам заманивающих юношей и пьющих их молодую кровь.
Фелиция Александрийская была невысока (классические метр шестьдесят пять – рост Венеры Милосской). Сложена по античным канонам. С широко расставленными светлыми глазами, пепельными волосами и прямой переносицей. Думаю, скульптор – знаток эллинского искусства – задрожал бы от восторга, увидев ее в жемчужно-сером хитоне, и немедленно попросил разоблачиться, чтобы запечатлеть в мраморе совершенное тело.
Однажды я подумал об этом слишком громко. Первая Леди, одарив меня своей сдержанной улыбкой, как бы невзначай взглянула на статую Афродиты работы Праксителя, и я заметил в двух богинях – живой и мраморной – явное сходство…
– Дарэл, – произнесла Фелиция, глядя на меня снизу вверх, и я очнулся от воспоминания. – Сегодня ты со провождаешь меня на Совет к Ревенанту.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
