Потом мы долго ждали лифт, а когда он наконец приехал, выяснилось, что все мы в кабину не поместимся. Лонг вызвался идти пешком, а остальные кое-как втиснулись в кабину. На 18-м этаже было так же мрачно, как и в вестибюле. Стены не видели свежей краски уже много лет, грязный линолеум местами протерся до дыр. Проходя друг за другом по коридору к залу заседаний, мы увидели, что в одном из маленьких кабинетов притаился какой-то старик - в измятом синем костюме, таком же, как у охранника, только воротник рубашки и галстук сбились набок. Увидев нас, старик украдкой прошмыгнул за стол, как будто стеснялся нас. Должно быть, уборщик, только что принесший чай и печенье, которые теперь стояли на большом столе с пластиковым покрытием в центре зала. Пока мы рассаживались за столом, как раз подоспел и Лонг, немного раскрасневшийся от бега.
Мы еще не успели занять места, а Барт, увидев в центре стола блюдце с угощением, потянулся и взял два печенья с заварным кремом. Касл наградил его свирепым взглядом.
- Вот печенье, угощайтесь, - быстро вставил Лонг. Но Барт невозмутимо продолжал жевать, не обращая внимания на дипломатические уловки Лонга. Фортон хмыкнул.
Попивая чуть теплый чаек из казенных чашек, мы слушали рассказ Болла о начальнике МИ-6.
- Колин Макколл начинал с самых низов, рядовым оперативником. Это вам не какой-нибудь чиновник с Уайтхолла, в отличие от целого ряда его предшественников, - фыркнул Болл. - Он пользуется среди нас большим уважением.
Макколл, сын врача из Шропшира, пришел в МИ-6 в 1950 году. Первые два назначения - Лаос и Вьетнам, где он завоевал репутацию увлеченного драматурга и музыканта. Лонг поведал нам о том, как, работая в Лаосе, Макколл во время визита членов королевской фамилии исполнил перед ними импровизацию на флейте, чем сразу же заслужил симпатии высоких гостей. В середине 60-х годов Макколл служил в Варшаве, неустанно зарабатывая репутацию дальновидного и толкового разведчика. Его последнее заграничное назначение - Женева, куда он был направлен в 1973 году в качестве руководителя резидентуры. В апреле 1989 года он был назначен начальником МИ-6.
- Вообще-то у нас тут не очень соблюдаются всякие формальности, добавил Болл. - Но к нашему Шефу мы всегда проявляем должное почтение. При его появлении мы встаем.
Мы допили чай, доели печенье и немного расслабились, но в этот момент появился тот самый растрепанный старик, который пытался спрятаться от нас. Никто и не взглянул на него, полагая, что он пришел убрать со стола. Лонг тихонько кашлянул, и Касл мгновенно вскочил и вытянулся в струнку, как на плацу. Он быстрее всех сообразил, что неопрятный старик в измятом костюме, никакой не уборщик, а сэр Колин Макколл. Все остальные тоже повскакали с мест, при этом стул Барта с грохотом повалился на пол.
- Прошу вас, - пробормотал Шеф, едва заметным жестом предлагая нам сесть. Он быстро оглядел собравшихся, моргая при этом, словно сова от дневного света, но в его твердом взгляде сразу чувствовался острый ум. Поздравляю. Все вы прошли отбор и зачислены на службу. Скоро вы предпримете первые шаги своей карьеры, которая, я надеюсь, будет долгой и плодотворной.
В голосе его слышался начальственный тон, казалось, что звучит густой баритон священника.
- Наша служба и сегодня является одной из ведущих разведок мира. Она играет важную роль в сохранении позиций Британии на переднем крае международного сообщества. Заверяю вас, что, несмотря на происходящие сегодня в мире изменения: падение "железного занавеса", сближение Британии с нашими европейскими партнерами, проблемы на Ближнем Востоке, - впереди у МИ-6 яркое, надежное и увлекательное будущее.
Мне тогда показалось странным, что Макколл решил особо подчеркнуть надежность перспектив МИ-6. Мне и в голову не приходило сомневаться в этом; очевидно, Макколл был лучше осведомлен, чем мы.
- О твердой решимости правительства развивать деятельность МИ-6 свидетельствует хотя бы то, что в скором времени мы переедем в прекрасное новое, современное, специально построенное сооружение; оно заменит нам это стареющее здание, которое, тем не менее, нам всем очень дорого. В отличие от Сенчури-хаус новая штаб-квартира займет достойное место в архитектурном облике Лондона. На мой взгляд, это символично: МИ-6, до недавнего времени тайное, секретное ведомство, станет более подотчетным общественности и парламенту.
Далее Макколл рассказал о новых законах, в то время как раз подготовленных для обсуждения в парламенте, в которых впервые будет официально признано существование МИ-6.
- Так что на протяжении службы вы станете свидетелями глубоких преобразований в управлении и организации деятельности нашего ведомства.
Я и представить себе не мог, какие драматические последствия будут иметь эти преобразования лично для меня всего лишь четыре года спустя.
Потом Макколл говорил о том, каким образом, по его мнению, будут меняться приоритеты разведслужбы.
- "Холодная война" окончена, и бывший Советский Союз разваливается, превращаясь в хаотичное нагромождение республик. Однако это вовсе не означает, что мы можем хоть на минуту ослабить бдительность. Россия по-прежнему представляет и будет представлять собой серьезную военную угрозу.
Макколл моргнул и сделал паузу, чтобы придать дополнительный вес своим словам.
- Возможно, у России нет теперь агрессивных военных намерений, но ее военные возможности никуда не делись. Непредсказуемость и нестабильность нового режима делают его еще более опасным. И в течение многих и многих лет МИ-6 будет играть важную роль, предупреждая нашу страну об опасностях, подстерегающих ее на долгом пути к демократии.
Макколл очень убедительно и авторитетно доказывал нам важность ожидающей нас деятельности.
- Главными союзниками для нас по-прежнему будут наши американские братья, - продолжал он. - Взаимоотношения между МИ-6 и ЦРУ - основа особых отношений между нашими странами. Подвергать эти отношения опасности никак нельзя.
Макколл объяснил механизм поддержания взаимоотношений проинформировал об уровне взаимодействия между двумя спецслужбами.
- У американцев просто сказочные технические возможности, у нас их нет и не будет. Чтобы иметь доступ к их достижениям, мы должны быть для них ценным партнером, используя для этого наши преимущества - коварство и природную хитрость - в получении агентурных разведсведений.
Макколл расплылся в улыбке, а я вдруг подумал, что у этого внешне непритязательного человека за плечами, должно быть, увлекательнейшая жизнь.
- По целому ряду направлений требования по добыванию разведданных, возлагаемые на нас, стремительно возрастают. У нас с давних пор имеются интересы на Ближнем Востоке, но к традиционным проблемам политической нестабильности и государственного терроризма сегодня следует добавить еще одну угрозу - угрозу попадания в руки стран-изгоев ядерного, химического и биологического оружия. Существует реальная опасность, что в ходе распада СССР технология, кадры и материалы, имеющие отношение к этим видам оружия массового поражения, уйдут из-под контроля и попадут в руки таких стран, как Иран и Ирак. Это приведет к убийственным последствиям, и наша задача сделать все, чтобы этого не допустить. - Макколл опять помолчал, подчеркивая важность произнесенных слов. - Кроме того, будет возрастать значение коммерческого шпионажа. Министерство финансов настойчиво требует, чтобы наше ведомство отрабатывало выделяемые ему бюджетные средства, и коммерческий шпионаж - одна из возможностей, которая позволит нам вносить непосредственный вклад в укрепление платежного баланса страны.
Макколл потер руки и откинулся к спинке стула: выступление окончено. Болл поднялся со своего места.
- Благодарю вас, сэр, за прекрасное, глубокое выступление. Уверен, что у слушателей к вам множество вопросов.
Он с надеждой повернулся к нам, умоляя взглядом, чтобы кто-нибудь задал толковый вопрос, а не просто попросил принести еще печенья. Спенсер застенчиво смотрел в потолок. Первым, конечно же, нашелся словоохотливый и активный Маркхем.
- Скажите, сэр, по мере сближения Британии с Европой будет ли происходить ослабление особых взаимоотношений между МИ-6 и ЦРУ?
- Нет, - твердо ответил Макколл. - Наши отношения с американцами всегда будут иметь большее значение, чем связи с любыми европейскими разведками.
Касл, проявляя остроту ума, которую впоследствии все мы смогли оценить по достоинству, услышал в ответе нечто большее, чем произнес Макколл.
-- Означает ли это, сэр, что мы ведем разведывательную деятельность в отношении других европейских стран?
Макколл ответил не сразу, на мгновение он растерялся.
- Да, это так. Всегда есть потребность в разведданных, касающихся намерений наших европейских партнеров в области экономики, а в данный момент особый интерес представляют позиции этих стран на переговорах по Маастрихтскому договору.
