и островах, собираясь захватить Австралию; с третьей – они продолжали войну в глубине Китая с двумя китайскими армиями: коммунистической под командованием Мао Дзедуна и с гоминдановской под командованием Чан Кайши.
Основной их фронт проходил в просторах Великого Тихого океана и на его островах. Здесь, в битвах двух флотов – японского и американского, основной ударной силой стала авиация – самолеты, базирующиеся на авианосцах. Американцы наладили массовое производство различных самолетов и серийное производство авианосцев и стали одолевать. Кроме того, японцы и на нашей границе продолжали держать в Маньчжурии миллионную армию.
Стало ясно, что Япония раздулась, как огромный мыльный пузырь, готовый лопнуть в любой момент.
Я теперь уже с энтузиазмом продолжал ходить в школу в 5-й и затем и в 6-й класс сельской семилетки. В классе, где было всего 10–12 учеников, я оказался не только первым, но и единственным, полностью успевающим среди деревенских ребят. Это, конечно, отрицательно сказалось на моем общем образовательном потенциале. Поговорить было не с кем. Я мог только рассказывать.
Помимо взрослых пожилых учительниц (учителей-мужчин не было), в школе работали 2 молодые учительницы лет 25–30, Нина Ивановна и Надежда Ивановна. Жизнь у них, конечно, была невеселая. Парней и даже мужчин их возраста в деревнях не было. Но, в общем, они преподавали. Так, Надежда Ивановна преподавала нам сразу и математику, и физику, и химию, и, по-моему, историю. В самые тяжелые периоды войны даже в самых отдаленных деревнях школы работали.
Лошадь – это личность и друг человека
В начале 1943 г. в колхозы вернули лошадей – кажется, их пригнали из Казахстана и Монголии, а также из отбитых немецких обозов.
Сельское хозяйство оживилось. Мужики занялись вспашкой, посевом, необработанных земель не осталось. В полях поднимались рожь и просо (пшено). Кое-где можно было видеть цветущую гречиху. Всё это я видел, когда 2 раза в день – утром и после обеда – ходил через поле в лес за грибами и ягодами.
Однако лошадей оказалось больше, чем пожилых мужиков. К работе на лошадях, на вывозе из леса дров или с поля сена, приспособили и меня. Один из мужиков провел моё профобразование как возчика (извозчика). Он старательно и медленно показал мне, как запрягают лошадь. Как надевают уздечку, через неё на голову лошади надевают хомут. К нему ремнями пристегивают оглобли. Затем дал мне вожжи и показал, как их дергать – влево или вправо. С его помощью я вроде справился и даже развернул повозку в лесу у поленницы дров.
На следующий день утром всё оказалось не столь радужным. Мужик вывел коня, дал мне уздечку и куда-то срочно побежал. Я взял хомут, он оказался для меня, 13-летнего, достаточно тяжелым. Конь поглядел на меня и особого уважения ко мне не проявил.
Я попытался накинуть ему на голову хомут, а он эту голову поднял на высоту в два моих роста. Я пригнул его голову ниже, повиснув на уздечке. Однако как только я брал хомут, он поднимал голову. Положение зашло в тупик. После нескольких попыток я изнемог, присел у забора и стал думать: «Что делать? Звать на помощь, дядя, помоги? Но это же позор!» Конь с любопытством на меня поглядывал. И тут я нашел решение. Я пропустил ремешок от уздечки через хомут, затем повис на этом ремешке, пригнув голову коня почти к земле, и быстро привязал уздечку к забору. Конь теперь смог поднять голову только наполовину. Но и это было высоковато. Я залез на забор, подтянул к себе хомут и уже сверху надел коню на голову, а затем хомут, естественно, съехал на шею, где он и должен был быть.
Отдышавшись, я приступил к следующему этапу. Надо было завести коня задом к телеге между оглоблями. Хотя конь и был вредный, но после нескольких попыток он понял, что я не отступлю, и между нами установились нормальные деловые отношения. Я стал самостоятельно возить дрова, сено, снопы на ток… и это – в 13 лет! За работу с лошадьми в день записывали по 2 трудодня, а не 0,5, как за почту.
В перерыв, перед тем как разойтись на обед, или вечером мужики усаживались на бревна, сидели и покуривали закрутки – махорку из домашнего табака, завернутую в газету. Ко мне они относились как к равному члену трудового сообщества.
Мне запомнились две темы. Во-первых, война частично примирила их с колхозом. Они высказывали мнение, что, пожалуй, без колхоза мы бы войну не выдержали. Второй вопрос, который их интересовал и с которым они обращались и ко мне: «Слышь, парень, а после войны, как наши мужики победят и вернутся, вернет советская власть землю мужикам?» На мой ответ, что вряд ли, они грустно качали головами.
Во время войны, несмотря на раскулачивание и репрессии, деревня оставалась жизнеспособной. Мужики ещё стремились к земле, к работе на земле в соответствии с тысячелетними традициями русского крестьянства.
Трагическая роль антимарксистского «учения» Г.В. Плеханова о русском крестьянстве
Вопрос о нашем крестьянстве и земле давно расколол нашу «интеллигенцию» на русофилов и западников.
Окончательно проблему извратил экстра-интеллигент Г.В. Плеханов. Начитавшись К. Маркса о мелкобуржуазном болоте бюргеров и о том, что идеальное, справедливое коммунистическое общество может построить только рабочий класс, Г.В. Плеханов объявил этим мелкобуржуазным болотом, стоящим на пути к социализму, всё русское крестьянство, т. е. 80 % населения страны.
Для получения поддержки своих идей о необходимости превращения всех русских крестьян в пролетариев он послал к К. Марксу «пламенную» революционерку Веру Засулич.
К. Маркс сразу не ответил. Он засел за изучение русского языка и затем по русским первоисточникам изучил положение крестьян в России. Тем временем Г.В. Плеханов продолжал пламенно пропагандировать свои идеи о необходимости превращения крестьян в пролетариев для развития всемирной пролетарской революции.
Этими идеями он «заразил» многих своих учеников, в том числе и Владимира Ульянова-Ленина. Говорят о противоречиях между Г.В. Плехановым и В. Лениным. Но эти противоречия вначале были не более чем противоречиями между чертом черным и чертом рыжим.
Г.В. Плеханов был против силовых решений и считал, что для такого превращения крестьян потребуется несколько поколений. В.И. Ленин считал, что такое превращение надо делать быстро, насильственным революционным путем через диктатуру. Он очень хотел успеть стать во главе мировой революции.
Через несколько лет Г.В. Плеханов снова послал В. Засулич к К. Марксу. К этому времени К. Маркс уже изучил русский язык и положение крестьян в России и 8 марта 1881 г. написал Г.В.
