Читаем без скачивания Счастье с отсрочкой на год - Марион Леннокс

Она взяла первую порцию виски и направилась к машине.

Он молча поднял вторую и понес за ней.

Она поставила оба ящика на заднее сиденье и захлопнула дверцу. Маленькая машинка вздрогнула. «Настоящий драндулет», – подумал он.

Жена Алана. Не восстановленный в правах банкрот. Алан. Аласдер подумал о кузене, и ему стало нехорошо.

– Джинни, мы можем поговорить?

– Мы уже поговорили. До свидания. – Она протянула ему руку и ждала, когда он пожмет ее, потом пожала ее с яростью. Подняла глаза и решительно кивнула, усаживаясь за руль. – Извините за замок, – бросила она, не в силах больше его видеть. – И простите за вашу компанию. С другой стороны, собаки по всей Европе будут просто счастливы.

Он смотрел, как она выезжает из замка, едет по горной дороге к поселку. И даже когда исчезла из вида, продолжал смотреть.

Вся его финансовая империя только что развалилась. Он должен был испытывать горе.

Он и испытывал, но все заслоняло чувство, что он ее обидел. Она ударила его, но обернулось так, что именно он нанес ей удар.

Его предположения основывались на фактах. Он знал, сколько денег Эйлин взяла из компании, когда Джинни и Алан поженились.

– Я даю им на обустройство, – сказала тогда Эйлин. – Алана не интересует компания, но он мой внук и хочет получить наследство прямо сейчас, если это поможет ему остепениться, он получит его.

Так парочка получила деньги обманом?

Да. Алан вел разрушительный образ жизни, но его ранняя смерть означала, что большая часть капитала осталась нетронутой. Ну не мог он промотать все!

Не мог?

Он всегда думал, что Джинни решила приехать в замок наладить отношения с бабушкой. Содержание завещания Эйлин лишь подтверждало это.

Ее удаляющийся ветхий автомобиль отвлек его мысли.

Не восстановленный в правах банкрот.

Если это правда, замок конфискуют независимо от того, женаты они или нет.

С этой мысли он перескочил на другую. Он любил замок с детства, даже когда тот был в руинах. Эйлин восстановила его былую славу. Она очень гордилась своей работой, и он тоже. Он взглянул на башни и башенки, старинные зубцы, величественный дом предков, дававший крышу стольким поколениям его семьи и работу многим островитянам.

Он лорд Данкерн. Даже если лишится титула, замок и остров будут по-прежнему важны для него. Очень важны. Уехав, Джинни определила судьбу замка. Он уходит из семьи навсегда.

Аласдер заставил себя думать о другом. Если то, что она сказала, основано на реальных фактах, именно они с Аланом решили судьбу замка.

Он вдруг вспомнил о той ночи, когда убили кузена. Тот ехал на новом крутом спорткаре, превысив скорость. Пустая дорога. И неожиданно свернул налево и врезался в большое дерево.

Джинни выбросило из машины, она отделалась небольшими ушибами. Алан умер сразу.

До сих пор он гадал, был ли тому виной алкоголь или наркотики, но теперь… А вдруг это самоубийство? Из-за долгов. Неужели Алан хотел забрать с собой и Джинни?

Тогда Аласдер был слишком занят горевавшей Эйлин, чтобы задавать вопросы. Какой он дурак.

Подъехала машина, спортивный автомобиль бежевого цвета с низкой посадкой, и съехала на подъездную аллею, разбрасывая колесами гравий. В ней находилась дорого одетая парочка в дизайнерских солнцезащитных очках, с благоговением уставившаяся на замок.

И на Аласдера. Он все еще был в свадебном костюме. Лорд замка?

Он его потерял. Алан прокутил его.

А он потерял больше, чем замок. Джинни. Он потерял ее.

– Привет. – Молодой человек явно американец. Парень открыл багажник, повернулся к партнерше. – Выглядит круто, – оценил он. – И дай на чай привратнику. Прикольно. – Он бросил ключи от машины Аласдеру, который был так потрясен, что просто поймал их. – Прямо как мы заказывали, настоящая Шотландия. Ничего себе, посмотри на руины внизу у моря. Ты можешь выложить их фото в Интернет, дорогая. И только погляди на зубцы. Как я и думал, швейцар и все такое. Но сначала, любовь моя, давай попробуем виски. – Он посмотрел на Аласдера. – Чего ты ждешь, парень? Нам нужен багаж немедленно.

– Ну и несите его сами. Я здесь не работаю. Я владелец.

Только он им уже не был.

– Что до коротких браков, то это прямо рекорд.

Мэгги выбрала бутылку из запасов Джинни и налила им в бокалы. Они сидели на кухне Мэгги в окружении ее детей, мужа-рыбака и других членов семьи. Старинная печь давала мягкое тепло, но Джинни колотило. Объятия подруги заставили почувствовать себя лучше, да и виски должно помочь, но прошло еще много времени прежде, чем нервы успокоились.

– Значит, брак продлился менее часа. Думаю, никаких брачных отношений?

– Мэгги!

– Просто спросила. Тебе придется заявить об этом, чтобы получить аннулирование, или, как там было в старые недобрые времена, они будут проверять простыни?

– Вряд ли найдется доктор, подтвердивший бы мою девственность, – заявила Джинни.

Мэгги улыбнулась еще шире, хотя за улыбкой сквозило беспокойство. Искреннее беспокойство.

– Что случилось? Он слишком поспешил? Был груб? Расскажи.

Если бы.

Джинни неожиданно подумала о матери. Хитер Локлан умерла, когда Джинни исполнилось шестнадцать, но она все еще скучала по ней, и боль от потери не проходила.

– Он не был груб. Он просто бизнесмен. Мама никогда бы не позволила мне влезть во все это. Три мужа. Три разочарования.

– Твоя мама знала Рори. И он вовсе не был катастрофой. Твоя мама танцевала бы на твоей свадьбе.

Наверное. Рори был коренным островитянином, старше Джинни на десять лет, ходил в море, как его отец и дед. Он был нежен, предупредителен, с ним она чувствовала себя в безопасности. Ведь ей так всего этого недоставало.

Ей было всего шестнадцать, когда ее жизнью стал распоряжаться отец.

Смерть мамы была внезапной и ужасной, и отец запил, чтобы справиться с горем. Запретил дочери ходить в школу.

– В шестнадцать лет ты уже достаточно взрослая, чтобы заниматься домашним хозяйством. Я не стану больше попусту тратить деньги.

Она сдалась, но тут появился Рори и, к ее удивлению, понравился отцу.

– Мы поженимся. Ты будешь работать в рыбном магазине, а не батрачить на отца, и жить с моими родителями.

Безопасность. Именно это означал для нее Рори. Она думала, что любит его, но…

Работая в рыбном магазине, она училась дистанционно на бухгалтера, потому что нужно было делать еще что-то, кроме торговли рыбой и уборки. Поджидала мужа из моря, а когда тот появлялся, старалась стать частью его жизни. Но иногда она мечтала.

До восстания против любовных уз не дошло. Рори утонул. Она горевала по нему, честно и открыто, уже понимая, что не должна была выходить за него замуж. Безопасность – не повод для брака. Она нашла работу на неполный день у местного адвоката и начала подумывать, что может посмотреть Лондон. Может быть, даже съездить на экскурсию.

Но было трудно накопить достаточно денег. Она все еще убиралась в доме родителей мужа, но зарабатывала практически гроши. Мечта так и оставалась мечтой. А потом Эйлин предложила помогать ей, когда та будет приезжать на остров. А с Эйлин – Алан.

Жизнь была серой, тусклой и унылой, а он освещал все вокруг. Но…

И снова это но.

– Мама предупреждала меня не быть дурой. Может быть, даже с Рори. Явно с Аланом и даже еще определеннее с этим.

– Может быть, но девушка должна следовать зову сердца.

– Мое сердце не слушает разума. Я вышла замуж за Рори ради безопасности. За Алана, чтобы развлечься. А на этот раз, чтобы он мог сохранить наследие семьи. Ничто из этого не может быть основой для брака. Теперь я стала взрослой и поняла это.

– И что будешь делать?

– Уеду с острова. Мне не нужно было приезжать сюда после смерти Алана. Я просто соскучилась по дому и зубцам на башнях, а Эйлин была так добра. Все равно. У меня достаточно денег, чтобы продержаться несколько недель, кроме того, всегда можно найти работу бухгалтера. – Она подняла бокал с виски. – За холостую жизнь.

– Ох, не думаешь же ты, что я буду пить за это?

– Ну, тогда за незамужнюю Джинни Локлан. Только за меня. И пусть так будет. Я принадлежу только себе и не оглядываюсь назад.

Аласдер себе не принадлежал. Его окружали восемь разгневанных гостей и две голодные собаки. Где Джинни держит еду для собак?

Он время от времени бывал в замке, когда бабушка болела, приезжал на ее похороны. В то время здесь было много женщин, кастрюль и предложений помочь. Потом он вернулся в Эдинбург и пытался подготовить все, чтобы остаться на год на острове.

Он застрял здесь на ночь, а замок полон гостей, которые требуют внимания.

– Где виски, друг? Мы только и приехали ради виски. – Американец все больше и больше раздражался.

– У Джинни было песочное печенье, – вспомнила одна из двух пожилых женщин в спортивном костюме. – Я Этель, мы с Хэзел здесь уже неделю и знаем, что она его пекла, целую жестяную банку. Мы съели по три печенья вчера вечером, нам хочется еще. Не могли бы вы найти ее? О-о, и Хэзел нужна бутылка с горячей водой. У нее разыгралась подагра. Я ей говорила, что нужно посоветоваться с доктором, прежде чем ехать, но разве она послушает. Она готова выпить капельку виски. Когда, вы говорите, должна вернуться Джинни?