Читаем без скачивания Рыцарь Семи Королевств (сборник) - Джордж Мартин

А Молодой Принц посиживал себе около черного шатра, попивая из серебряного кубка и время от времени садясь в седло, чтобы победить какого-нибудь рыцаря поплоше. Он одержал девять побед, но Дунку казалось, что все они подстроены. Он бьет стариков и недавних оруженосцев, да еще высокородных, но малоискусных лордов. По-настоящему опасные противники проезжают мимо его щита, словно в упор его не видят.

Ближе к вечеру фанфары возвестили о появлении на поле нового охотника.

Он выехал на большом рыжем коне, на котором сквозь прорези в черной броне мелькали желтые, багряные и оранжевые цвета. Когда он остановился, чтобы отсалютовать павильону, Дунк через поднятое забрало увидел его лицо и узнал принца, с которым встретился на конюшне лорда Эшфорда.

Эг стиснул ногами шею Дунка.

– Прекрати, – рявкнул тот, разведя их в стороны. – Ты что, удушить меня хочешь?

– Принц Эйерион Огненный, – объявил герольд, – из Красного замка в Королевской Гавани, сын Мейекара, принца Летнего Замка, из дома Таргариенов, внук Дейерона Доброго, Второго этого имени, короля вандалов, ройнаров и Первых Людей, правителя Семи Королевств.

У Эйериона на щите тоже был трехглавый дракон, но в гораздо более ярких тонах, чем у Валарра: одна голова оранжевая, другая желтая, третья красная, и все они выдыхали золотое пламя. Камзол на принце был цвета огня и дыма, а вороненый шлем венчали языки красного эмалевого пламени.

Очень быстро, почти небрежно склонив копье перед принцем Бейелором, он поскакал к северному концу поля, пронесся мимо шатров лорда Лео и Смеющегося Вихря и придержал коня лишь у шатра принца Валарра. Валарр встал, выпрямившись, у своего щита, и Дунк был почти уверен, что Эйерион вызовет его… но тот со смехом проехал мимо и стукнул копьем прямо в бубны сира Хамфри Хардинга.

– Выходи, маленький рыцарь, – пропел принц громким, звучным голосом, – настала пора сразиться с драконом.

Сир Хамфри чопорно склонил голову в ответ и уже не смотрел на принца, садясь на коня, застегивая шлем и принимая копье и щит. Зрители притихли, когда оба рыцаря разъехались по местам. Дунк услышал лязг – это принц Эйерион опустил забрало. Пропел рог.

Сир Хамфри тронулся с места медленно, набирая скорость, но принц сильно пришпорил своего рыжего скакуна и ринулся вперед. Эг снова напряг ноги и заорал:

– Убей его, вот он, убей его, убей! – Дунк не совсем понимал, которому рыцарю он кричит.

Перелетев через барьер, принц опустил свое копье с золотым наконечником, раскрашенное в красные, оранжевые и желтые полосы. Слишком низко, прикинул Дунк. Так он вместо всадника попадет в коня. Надо бы приподнять копье. Но тут Дунк с растущим ужасом стал понимать, что принц не намерен этого делать. Неужели он…

В последний миг скакун сира Хамфри отпрянул от летящего навстречу острия, но было слишком поздно. Копье Эйериона пронзило коня над самым краем доспехов, прикрывающих грудь, и вышло из холки со струей яркой крови. Лошадь с пронзительным ржанием рухнула набок, разломав на куски деревянный барьер. Сир Хамфри хотел соскочить, но его нога застряла в стремени, и все услышали его крик, когда ее зажало между конем и изгородью.

На Эшфордском лугу поднялся крик. Люди бросились на помощь сиру Хамфри, но конь в агонии бил копытами, не давая никому подойти. Эйерион, ускакавший в конец поля, галопом вернулся обратно. Он тоже кричал, но Дунк не разбирал слов из-за почти человеческих воплей умирающей лошади. Соскочив с седла, Эйерион вынул меч и приблизился к поверженному противнику. Его собственные оруженосцы вместе с оруженосцем сира Хамфри пытались оттащить его прочь. Эг съежился на плечах Дунка.

– Сними меня. Несчастный конь… сними меня.

Дунку и самому было тошно. Что бы я делал, если бы такое случилось с Громом? Стражник с топором прикончил коня, прекратив его мучения. Дунк повернулся и стал проталкиваться назад. Выбравшись на открытое место, он поставил Эга на землю. Капюшон свалился у мальчугана с головы, и глаза покраснели.

– Да, зрелище жуткое, – сказал Дунк, – но оруженосец должен быть стойким. На турнирах тебе и не такое придется увидеть. Всякие случаи бывают.

– Это не случай, – дрожащими губами проговорил Эг. – Эйерион сделал это нарочно. Ты сам видел.

Дунк нахмурился. Ему тоже так показалось, но не хотелось думать, что рыцарь может быть способен на подобную низость – особенно рыцарь из рода дракона.

– Я видел только, как желторотый юнец неверно наклонил кольцо, – упрямо сказал он, – и больше не желаю об этом слушать. Думаю, сегодня состязаний больше не будет. Пошли.

Дунк не ошибся. Когда суматоха на поле улеглась, солнце опустилось совсем низко, и лорд Эшфорд объявил, что первый день турнира окончен.

Вечерние тени поползли через луг, и в торговом ряду зажглись факелы.

Дунк купил рог эля себе и половину рога мальчугану, чтобы взбодрить его немного. Они прогулялись под залихватский мотив, исполняемый флейтами и барабанами, и посмотрели кукольное представление о Нимерии, королеве-воительнице, имевшей десять тысяч кораблей. Кораблей у кукольников было всегда два, однако морской бой они изобразили на славу. Дунку хотелось спросить Тансель, раскрасила ли она его щит, на она была занята. Подожду, пока они не закончат представлять, решил он. Может, она тогда захочет выпить со мной.

– Сир Дункан, – позвал кто-то сзади. И опять: – Сир Дункан. – Дунк не сразу понял, что зовут его. – Я видел вас в толпе народа с мальчишкой на плечах, – с улыбкой сказал Раймун Фоссовей. – Вас двоих трудно было не заметить.

– Мальчик – мой оруженосец. Эг, это Раймун Фоссовей. – Дунк вытолкнул Эга вперед, но тот потупился и чуть слышно промямлил что-то.

– Очень приятно, юноша, – весело сказал Раймун. – Отчего вы не пошли смотреть на галерею, сир Дункан? Там привечают всех рыцарей.

Дунку среди слуг и простолюдинов было в самый раз – с лордами, дамами и состоятельными рыцарями он чувствовал бы себя куда хуже.

– Последний поединок мне не хотелось бы наблюдать со слишком близкого расстояния.

– Мне тоже, – скорчил гримасу Раймун. – Лорд Эшфорд объявил сира Хамфри победителем и вручил ему коня принца Эйериона, но рыцарь больше не сможет сражаться – нога у него сломана в двух местах. Принц Бейелор послал к нему своего личного лекаря.

– Заменят ли сира Хамфри новым защитником?

– Лорд Эшфорд хотел оказать эту честь лорду Карону или другому сиру Хамфри, который столь храбро сражался с Хардингом, но принц Бейелор заявил, что не годится убирать с поля щит и шатер сира Хамфри при таких обстоятельствах. Видимо, турнир будет продолжаться с четырьмя защитниками вместо пяти.

Четверо защитников, Лео Тирелл, Лионель Баратеон, Тибольт Ланнистер и принц Валарр. В первый день Дунк насмотрелся на них достаточно, чтобы понять, как мало у него вероятности победить первых трех. Остается только…

Но не может же межевой рыцарь вызвать принца. Валарр – второй на очереди наследник Железного Трона. Он сын Бейелора Сломи Копье, в нем течет кровь Эйегона Завоевателя, Молодого Дракона и принца Эйемона, Драконова Рыцаря – а Дунка старик подобрал около горшечной лавки в Блошином Конце.

У Дунка даже голова разболелась от этих мыслей.

– А кого намерен вызвать ваш кузен? – спросил он Раймуна.

– Сира Тибольта скорее всего. У них равные силы. Однако кузен пристально следит за каждым поединком. Если завтра кто-то будет ранен или выкажет признаки усталости, Стиффон мигом ударит его в щит, можете быть уверены. Его нельзя обвинить в избытке благородства. – И Раймун беззлобно засмеялся, желая смягчить свои язвительные слова. – Не хотите ли распить со мной чашу вина, сир Дункан?

– Сожалею, но у меня здесь дело. – Дунку не хотелось принимать угощение, на которое он не мог ответить.

– Я мог бы подождать и забрать ваш щит, когда представление кончится, сир, – предложил Эг. – Они потом будут показывать про Симеона Звездоглазого, и бой с драконом тоже будет.

– Вот ваше дело и улажено, а вино ждет, притом борское, не какое-нибудь. Теперь-то вы мне не откажете? – настаивал Раймун.

Дунк не сумел придумать другого предлога и последовал за ним, оставив Эга смотреть представление. Флаг с яблоком Фоссовеев развевался над шатром из золотистой ткани, где жил Раймун вместе с кузеном. Позади на костре двое слуг жарили козленка с медом и травами.

– Вот и ужин поспевает, – заметил Раймун, придержав для Дунка входное полотнище. Жаровня с углями приятно согревала шатер. Раймун наполнил две чаши вина. – Говорят, что принц Эйерион в ярости от того, что лорд Эшфорд отдал его коня сиру Хамфри, – но бьюсь об заклад, что так решил дядя нашего принца. – Он подал чашу Дунку.

– Принц Бейелор – человек чести.

– Не то что племянник, верно? – засмеялся Раймун. – Не смотрите с такой тревогой, сир Дункан, мы здесь одни. Ни для кого не секрет, что Эйерион – дрянной малый. Хвала богам, что ему вряд ли доведется нами править.