— Значит, вывод однозначен! Гека, твоя чудо-машина способна уточнить маршрут и расписание пассажироперевозок?
— Да без проблем. Даже в справочную лазить нет нужды, достаточно направить поисковик на Лямино. Вот, пожалуйста: отправление со Строковского автовокзала шесть раз в сутки. Остаётся лишь выбрать время.
— С точки зрения логики застать человека дома проще всего вечером.
— Однако неизвестно, на сколько мы застрянем в этом научном загашнике, и сможем ли потом выбраться оттуда. Поэтому лучше с утра.
— Значит, соглашаемся на разумный компромисс. Рейс в 12:30. И выспаться успеем, и местные красоты осмотреть. Если, конечно, таковые там имеются.
— Я сейчас забронирую три места! — проявил инициативу Гека. — А то вдруг как явимся в кассу, так билетов нэма! Вот облом приключится!
— Это вряд ли, но подстраховаться не грех. Сколько с нас?
— Неважно — свои люди, сочтёмся! Не на Дальний Восток же отправляемся.
— Туда пока на автобусе доедешь — уже и на Санта-Ралаэнну пора.
— Кому куда, а мне пора вас покидать, — поднялась Таисия. — Раз всё в порядке, не стану задерживаться. Тем более твоя маман скоро заявится.
— Ну и чё тут такого? Заодно и познакомитесь.
— Ага, и пусть думает — очередная голддиггерша в гости завалилась. Нет уж, в следующий раз! Чао-какао, до завтра!
Не обговаривая заранее деталей встречи, все трое тем не менее оказались на вокзале ещё до полудня. Таисия, прибывшая на место раньше приятелей, не упустила случая подкольнуть этим:
— Ай, как нехорошо заставлять девушку ждать! Вы и к своим возлюбленным так же на свидания бегаете?
— Вообще-то мы не опоздали, — начал было Эрик, но Гека, чуть оттеснив его, ответил в тон:
— О, если бы свидание мне назначила ты, уверен: прибыл бы на место на час раньше обговоренного времени!
— Не дождёшься! Разве только исключительно по деловым вопросам. Иначе как мы после этого останемся друзьями?
— Похоже, у Таськи немного того с ориентацией, — прошептал Гека своему спутнику, когда направились к кассам. — Как я понял, последнюю ночь в Штарндале они с Вин провели вместе.
Землячка, однако, услышала.
— Что ещё за грязные намёки? Конечно, если нормальных парней всех поразобрали, куда бедным девушкам деваться? К тому же пьяные были в хлам, поэтому прощается. Сам-то чего слинял, не захотел с нами остаться? Вряд ли заскучал бы!
— После вашего «приглашения» исключительно в ненормативных тонах такое желание если и было, то сразу же тихо увяло. Да и вас не моя скромная персона в тот момент интересовала!
— А Эрик, увы, успел удрать на свидание. И, как понимаю, прощальное.
— Мы расстались лишь на время.
— По принципу: улетел, но обещал вернуться. Ладно, извини. Скорей всего, я просто разуверилась в существовании большой и чистой любви. Как-то не приходилось сталкиваться по жизни.
— Ещё бы: влюблённым приходится маскироваться, особенно если окружающие делают всё возможное, чтобы их разлучить. Вот зачем вы, спрашивается, хотели испортить Лайте причёску?
— Как интересно. Это она тебе сказала?
— Ну а кто ж ещё?
— Между прочим, за твою жизнь беспокоились. Даже не оценил!
— Типа от злой ведьмы спасали? Лучшим доказательством ошибочности данной версии является факт, что я сейчас с вами, а не с ней!
— Эй, народ, — прервал их полемику Гека, — так и на рейс опоздать недолго. Вон, автобус уже подали, а я ещё билеты на руки не получил!
За кольцевой автодорогой чередой потянулись дачные посёлки, застроенные особняками, владельцы которых словно соревновались между собой в помпезности и монументальности. Эрик и Таисия вертели головами по сторонам, пытаясь разглядеть их получше и комментируя увиденное. За посёлком Созвёздный, бывший когда-то одним из центров подготовки космонавтов, основной деталью пейзажа за окнами стали сосновые леса.
— Научные городки в эпоху Красной Империи создавались в зонах повышенной комфортности проживания, — не упустил случай блеснуть эрудицией Гека. — Неиспорченные цивилизацией уголки природы, чистый воздух, снабжение всем необходимым из столицы, до которой рукой подать. Поэтому многие учёные предпочитали жить и работать именно там, а не в Голдтауне, про провинцию я вообще не говорю. Увы, благодать быстро закончилась с наступлением перестройки — платили в институтах копейки, многие разработки попросту прикрыли, и народ повалил оттуда, устраиваясь кто где сможет. В тихой надежде — бардак этот ненадолго, всё утрясётся, наука вновь начнёт процветать. Но увы — смутное время сменила эпоха стагнации, которая, собственно, продолжается до сих пор, и надеждам тем не суждено было сбыться.
— Кончай вещать прописные истины, — лениво отмахнулась от него Таисия. — Дина о том во всех подробностях рассказывала. И про бедственное положение науки на необъятных российских просторах в целом, и про свой городок в частности. Который ещё полвека назад располагал чуть ли не десятком институтов, а также скромным подсобным хозяйством в виде заводика по производству безалкогольной продукции. В постперестроечную эпоху храмы науки захирели и по большей части развалились, зато заводик ударился в процветание, прославившись на всю Россию своими соками и газировкой. Видели, небось, рекламу: «Пейте напитки из Лямино»? Кандидаты наук за счастье почитали тогда устроиться на него хотя бы слесарями или аппаратчиками. А сейчас народ уже и не идёт в аспирантуру, предпочитая сразу после университета устраиваться на непыльные места.
— Или покупать соответствующие дипломы. Вон сколько у нас докторов философии развелось. Кант и Шопенгауэр, наверно, со стыда сгорели бы, узнай о существовании подобных «коллег». Кстати, коли о том зашла речь, кто-нибудь читал «Философию колдовского искусства и оккультной практики»?
— Да ну тебя, не занудствуй. Философские трактаты читать — будет как в поговорке: тихо шифером шурша, крыша едет не спеша!
За очередным поворотом вдали показались унылые коробки старинных девяти- и шестнадцатиэтажек.
— Кажись, добрались, — удовлетворённо заметил Гека.
Конечной остановкой оказалось приземистое здание местного автовокзала, притулившегося с левого края площади, посреди которой возвышался железобетонный памятник молодому учёному: в одной руке зажата папка с результатами последних (чрезвычайно важных!) экспериментов, в раскрытой ладони другой покоится мирный атом, горящий неподдельным энтузиазмом взор устремлён к горизонтам грядущих великих открытий.
— Совсем не следят за товарищем, — критически осмотрела его Таисия. — Ишь, весь обделан голубями. Аккуратней надо бы с нашей историей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
