– Шампанское, мать твою. У меня все дерет!!! – шипит Эби, и точно так же возмущенно шипят пузырьки вокруг нее. Схватившись за бортики, она приподнимается, сжимая коленки и давая понять, какая именно часть тела испытывает дискомфорт. Я располагаюсь напротив, невозмутимо наблюдая за истерикой. Опустив руку в ведро со льдом, достаю бутылку и два бокала, ставлю все на специальную подставку.
– Быстрее заживет, – ухмыляюсь, откупоривая шампанское.
Я максимально расслаблен и почти счастлив. В моей жизни не так много моментов, когда я могу позволить себе выдохнуть и ни о чем не думать. Сейчас один из них.
– Я тебя убью, Джером, – свирепо обещает Эби и, отчаянно всхлипнув, опускается обратно, видимо смирившись со своим положением. Я едва сдерживаю смешок, замечая, как она накрывает промежность ладонью. Сомнительная защита от целой ванны с шампанским.
– Если тебе некомфортно, то мы можем переместиться в бассейн.
– Он снаружи, – нахмурилась Эби, болезненно морщась.
– И что? – легкомысленно пожимаю плечами. – Тут никого нет. Я сказал, чтобы нас не тревожили без предварительного звонка. Мы молодожены, а персонал достаточно опытный и тактичный, чтобы понимать, чем обычно заняты новоиспеченные супруги на отдыхе.
Я протягиваю жене наполненный фужер, и Эби залпом его осушает, облизывая губы кончиком языка. Усилием воли отвожу взгляд, но его как магнитом манит обратно.
– Хорошо, пошли в бассейн, иначе я точно схлопочу себе воспаление, – не выдержав, наконец решается Эби.
Она быстро встает из джакузи, наполненного игристым шампанским. Сладкие струйки стекают по стройному спортивному телу, снова наталкивая на пошлые мысли. Я бы не отказался облизать ее всю с ног до головы, но она явно будет против.
– Зачем ты, вообще, открыл бутылку? Столько шампанского пропадает, – ворчит обозленно девушка, оборачиваясь полотенцем и шлепая босыми ногами по деревянным отполированным полам в сторону террасы.
– Боюсь, качество напитка в джакузи в разы ниже, и употреблять его внутрь рискованно, – сообщаю я и, прихватив ведро с бутылкой и бокалы, полностью голый следую за ней. Обернувшись, она окидывает меня строгим осуждающим взглядом.
– Я вышла замуж за абсолютно бесстыжего парня, – снова бурчит, вызывая у меня приступ веселья, или же выпитый бокал алкоголя на голодный желудок начал действовать на меня губительным образом.
Скинув полотенце на деревянные подмостки, Эби погружается в тёплую воду с блаженным стоном. К сожалению, подо мной, передо мной и даже надо мной она так не стонала.
Огорчённо вздохнув, я забираюсь вслед за ней. Раскинув руки вдоль бортиков, поднимаю лицо навстречу солнечным лучам. Круглый небольшой бассейн с прогретой водой расслабляет натруженные мышцы, игристое вино приятно будоражит кровь, свежий соленый ветер шевелит волосы, обдувает разгорячённое тело. В небе кричат птицы. В десятках метров от нас безмятежный голубой океан, пустынный пляж с чистейшим белым песком только для нас двоих. А напротив меня невероятно красивая девушка, яркая, сексуальная, обожающая меня неизвестно за что. Возможно, не так и плохо быть мужем, и у нас действительно что-то сложится со временем.
– Удивительное место, Эби, – выдыхаю, прикрывая глаза. – Знаю, что тебя не удивить ни пляжем, ни океаном. Ты выросла на острове. А я практически не вылезаю из Сент-Луиса. Рабочие поездки не в счет. Всего несколько раз я позволял себе короткий отпуск.
– С Фей? – вопрос застает меня врасплох, и все прекрасное настроение мгновенно улетучивается. Не упоминайте имени дьявола всуе. Точнее, дьяволицы.
– Не считаю, что нам стоит говорить о ней сейчас, – сдержанно отвечаю, открывая глаза и встречая пристальный взгляд Эбигейл.
– Ты обещал, что мы поговорим, – напоминает она, немного морща лоб. – И я не настолько глупа, чтобы не понимать, что на Сейшелах мы оказались не случайно, а наш брак – это не спонтанный порыв души.
– У нас есть три дня, Эби. Три дня, чтобы притвориться, что все по-настоящему, побыть счастливыми и беззаботными.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Притвориться? – в потемневших глазах мелькает боль. – Хочешь поиграть в счастливого молодожена? Ролевые игры, Джером?
– Зачем ты все усложняешь? – устало провожу ладонью по лицу, отводя взгляд в сторону.
– Я просто хочу знать правду, а не притворяться счастливой, – запальчиво отвечает Эби.
– А если я попрошу дать мне эти чертовы три дня? В качестве свадебного подарка? Или я не достоин? – раздражение пропитывает мой голос.
– Так нечестно, – возражает Эби, хмуро разглядывая меня, а потом внезапно сдается. – Но черт с тобой. Три дня, Джером. И это будет не свадебный подарок, а уступка.
Я расплываюсь в удовлетворённой улыбке и тянусь к ней, но Эби отплывает к другому бортику, брызгая в меня водой.
– На сегодня долг жены я перевыполнила, – игривый голос наполнен искренним смехом.
– Заблуждаетесь, Молли Морган.
– Я тебя убью! Еще раз ты назовешь это имя!
– Мол-л-л-ли-и! – шутливо растягиваю буквы. Эби негодующе фыркает, обрушивая на меня очередной град брызг.
– Джером, я серьезно. До сих пор не верю, что ты не знал!
– Миссис Морган, у вас отличное имя. Вы цепляетесь, – продолжаю дразнить рассвирепевшую негодницу.
– Я точно придушу тебя раньше, чем истекут эти гребаные три дня, – качая головой и окидывая меня испепеляющим взглядом, обещает Эбигейл.
– Разве что ногами, пока я буду лиза…
– О, заткнись, похабник, – плутовка с шипением затыкает меня на полуслове, подпрыгивая в воде.
– Я придумал, чем мы займемся прямо сейчас, – приподнимая брови, я широко и недвусмысленно улыбаюсь, и моя молодая жена заметно мрачнеет.
– Не мечтай, – категорично отвечает она, отрицательно мотая головой. Мой взгляд медленно ползет с ее губ вниз, задерживается на соблазнительной аккуратной груди и спускается еще ниже.
– Я должен научить тебя расслабляться. И есть один верный способ, – чувственно произношу, многообещающе улыбаясь.
– Отстань, Джером, я серьезно, – она выглядит по-настоящему испуганной. Я должен сделать скидку на ее неопытность и попридержать аппетиты, чтобы окончательно все не испортить.
– Хорошо, мы отсрочим мои планы. Но как только допьем шампанское и съедим завтрак, снова к ним вернемся. К тому же голодная женщина всегда немного несговорчива.
ЭбигейлЭто были самые странные три дня в моей жизни, насыщенные, яркие, без сомнения самые счастливые за последние годы. И хотя Джером сказал, что мы должны притвориться, для меня все было по-настоящему.
Мысли очистились от домыслов, сомнений и горечи потерь. Я отпустила их, освободив сердце для новых незабываемых впечатлений. Ответы, вопросы, все стало ненужным, пустым, как шелуха, брошенная на ветер. Я жила, дышала и любила, впервые не ощущая оглушающего одиночества. Боль растворилась под натиском безумных приключений, в которые я бросалась как в омут с головой. Мы хотели использовать каждое отпущенное мгновение на полную катушку, и нам удалось.
Экзотический остров – идеальное место для того, чтобы забыть о жестокой реальности, поджидающей нас на другом континенте. Мы носились по пляжу на квадроциклах, летали над океаном на пароплане, занимались серфингом, дайвингом, любовались закатами, попивая вино или шампанское на пляже, наслаждаясь уединением, тишиной, друг другом.
Мы занимались любовью так часто, как позволял бурный график всевозможных развлечений, а вечерами я представляла, что мы с Джеромом, как герои «Голубой Лагуны», оказались совершенно одни на необитаемом острове, и не хотела возвращаться в цивилизованный внешний мир. У нас были только мы, солнце, океан и белый песок.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Страх и неуверенность постепенно оставляли меня, но я догадывалась, что Джерому необходимо нечто большее, чем мое молчаливое разрешение на воплощение его фантазий и пожеланий. Я прилагала все усилия, чтобы дать ему это, но не получалось. Спираль раскручивалась до определенной высоты, а потом резко сжималась, и я просто просила мужа остановиться. Мы не обсуждали смущающую меня тему, но я видела в глазах Джерома растущее напряжение, и мне хотелось сказать, что это неважно, я люблю его вне зависимости от того, что чувствует или не чувствует мое тело. Слишком много событий свалилось на нас, и, вероятно, мое подсознание руководствуется собственными правилами, условия которых я пока не в силах откорректировать.
