Конкэннон ощутил пустоту в желудке.
– Понятно. Вы тоже туда?
– Да. Сержант Боун поручил мне проводить вас.
– Не прислал ли он экипаж?
Это предположение, по-видимому, потрясло блюстителя закона.
– Нет…
Они вышли на улицу, и Конкэннон остановил фиакр.
Боун ждал их около дома Мэгги Слаттер. Доктор Мэхью и второй полицейский как раз вынесли из хижины накрытый простыней труп и укладывали его в черный катафалк.
– С тех пор, как вы приехали в Оклахома-Сити, похоронное бюро без работы не сидит, – язвительно сказал Боун. – Стоит вам с кем-нибудь поговорить – и он сразу покойник! По сравнению с вами эпидемия чумы – пустяк…
Конкэннон покосился на труп.
– Согласно свидетельству о браке, которое мы здесь нашли, ее зовут Мэгги Элизабет Слаттер. Вы знали, что она была замужем?
– Нет.
– Я тоже не знал, пока не поговорил с ее подружками. Генри Слаттер пил всякую дрянь и избивал жену. Три года назад он напился так, что попал под повозку и погиб. После этого Мэгги и стала жить здесь.
Это была печальная история, но бывали и похуже.
– Отчего она умерла?
– Ей всадили в спину нож с широким лезвием. Это вам ничего не напоминает?
– Сутенера.
Сержант улыбнулся.
– Когда одна из соседок нашла ее и сообщила нам, труп уже окоченел. Врач говорит, что смерть наступила вчера вечером. Примерно в то самое время, когда на вас напали у «Дней и ночей».
– Может, это дело рук сутенера?
– «Девочки» так не считают. И я им верю.
– Тогда моих друзей из переулка?
– Либо здесь замешан кто-то, с кем мы еще не встречались.
– Вы собираетесь задержать тех двоих?
Боун зло улыбнулся.
– Посмотрим. Зайдите, я вам кое-что покажу.
Они втиснулись в крохотную лачугу. Там лежал открытый чемодан, в котором кто-то как следует порылся; на кровати валялся небольшой фотоальбом в плюшевой обложке. Боун подобрал его и показал Конкэннону портрет размером с почтовую марку. Там был запечатлен мужчина лет тридцати, могучего телосложения, с грубыми чертами лица.
– Эйб Миллер, – удовлетворенно сказал полицейский. – Узнаете?
– Нет.
– Дружок Рэя Алларда. Это он взорвал сейф в поезде. Вы, кстати, тоже были дружком Алларда…
– Это ставит меня вне закона?
Боун пожал плечами:
– Не обязательно. Однако почему бы не предположить, что вы знакомы с друзьями Алларда?
– Еще никто не доказал, что Рэй и Миллер были знакомы.
Сержант ухмыльнулся:
– Очень удобно, когда нет никаких доказательств!
С трудом сохраняя спокойствие, Конкэннон спросил:
– Можно мне взять эту фотографию на несколько часов? Я дам расписку.
Боун недовольно посмотрел на него.
– Зачем?
– Не знаю… Но едва я начал задавать вопросы о Миллере, как погибло два человека, а я получил хорошую трепку. Так что я хочу с ним познакомиться поближе.
Вопреки всем ожиданиям, полисмен отклеил портрет и протянул Конкэннону.
– Кстати, – сказал он, невинно глядя в потолок, – мы нашли кое-что еще. Возможно, убийца искал именно это. Но Мэгги запрятала это под полом…
И он вытащил из кармана пачку совершенно новых банкнот.
Конкэннон взял и быстро пересчитал деньги. Там было двадцать пять бумажек по двадцать долларов каждая.
– Пятьсот долларов, – сказал, присвистнув, Конкэннон.
– Совсем новые, – сказал Боун с довольным видом. – Что вы об этом думаете?
– Конечно же, – вздохнул Конкэннон, – вы считаете, что эти деньги – с того поезда. Но вы можете это доказать?
– Нет. И все же это хороший повод для размышлений. Эйб Миллер знал, что Мэгги известно о том ограблении. Он подкупил ее, дав ей пятьсот долларов. Но потом прошел слух, что она говорила с железнодорожным детективом. Тогда, чтобы не рисковать, они решили заставить ее замолчать.
– Простите, что напоминаю, но все это – только предположения. У вас нет ни одного доказательства.
Боун скривился в неприятной улыбке:
– Этот ряд преступлений, которые начались после вашего приезда в Оклахома-Сити, ставит меня в щекотливое положение. Не нравится мне все это…
Конкэннон почувствовал, что на плечи ему будто ложится тяжелый груз. Он не сомневался, что Боун сейчас свалит на него часть своей работы.
– Есть один человек в Дип-Форк, – сказал сержант небрежным тоном. – Знаете, где это?
– Нет.
– На территории криков, там, где разветвляется Канадская река. Один день пути верхом. Есть там некий Отто Майер, нефтяной разведчик. Два месяца назад Эйб Миллер работал с ним на земле чероки.
Конкэннон задумался. Полтора месяца назад, когда ограбили поезд, Миллер отклонил предложение Сэма Спира. Возможно, этот Отто Майер был последним, кто нанимал Миллера до преступления…
– А кто вас навел на этого Майера?
Боун пожал плечами.
– Оклахома-Сити – столица геологов… В полиции ходят всякие разговоры…
– Почему бы вам самому не съездить в Дип-Форк, если это так просто?
Вопрос прозвучал глуповато. Боун улыбнулся.
– Сами знаете, что такое муниципальная полиция. Дип-Форк – не моя территория. Но вы – железнодорожный детектив. Это другое дело: вам ничто не мешает туда отправиться.
Конкэннон понял, что речь идет не о пустячном предложении, а о приказе. Боун был простым сержантом муниципальной полиции, но при желании мог сильнее испортить ему жизнь.
– Завтра выехать не слишком поздно? – сухо спросил Конкэннон.
– Нет, в самый раз.
И лицо сержанта просияло от удовольствия.
Глава четвертая
Конкэннон появился в «Фаин и Денди» в семь часов вечера. За столиком у окна ужинали два ковбоя; других посетителей не было. Пат Дункан – шеф-повар и хозяин кафе – увидев детектива, недружелюбно нахмурился.
– Атена собирается уходить. Она в кухне.
Конкэннон сел у стойки. Когда в зале показалась Атена Аллард, он тут же встал и снял шляпу, словно привык жить среди джентльменов, а не в обществе проституток, сутенеров и полицейских сержантов…
– Я пришел раньше времени, – сказал он, – но могу подождать.
– Нет. – Она покачала головой. – Пат уже разрешил мне уйти.
Она показалась Конкэннону бледнее, чем в первую встречу. В ее взгляде сквозило беспокойство, даже страх.
– Насколько я понял, вы хотели со мной поговорить. Я нанял экипаж. Может быть, поужинаем где-нибудь?
Поначалу она словно не понимала, о чем он ведет речь.
– Нет, я уже поужинала, – сказала она наконец.
– А я – еще нет. У вас здесь хорошо готовят?
– Так себе, – сказала она без тени улыбки.
Она закрыла на секунду глаза, видимо, собираясь с мыслями.
– Да, я хотела поговорить с вами наедине. Но только не здесь. Из-за Пата. Он вообще-то хороший человек, но не любит…
