– Люди одиноки внутри себя. Они рождаются такими. Они думают, это оттого, что их никто не любит или что им некого любить. А на самом деле это потому…
Железяка все же решил, что пора действовать. У девочки был трудный день, неважно, что там позволила себе луна, какие безобразия. Девочке нужна хорошая бодрящая разминка для души и тела. Он протянул руку через стол и накрыл ладонью ее запястье. Погладил пальцами теплую кожу.
– …потому что этот мир создан кем-то очень одиноким.
Рука Железяки скользила вверх по ее руке.
– …в мире разлито одиночество, и люди дышат им. Поэтому им заповедано любить друг друга…
Он теперь слышал ее дыхание. И оно говорило не о разлитом в кухне одиночестве, а как раз о заповеданном. Глаза ее смотрели в сторону, а тело… тело ждало. Железяка встал, подошел к ней и поцеловал в шею.
– …Но этот мир слишком хрупок даже для людей. Мне кажется, что он умирает. Становится неживым…
Железяка потянул ее за руку.
– Идем.
Она послушно встала и пошла за ним.
– …а все неживое – фальшиво. Наш мир становится фальшивым. Я видела, как проступают каркасы сквозь его мертвую плоть. Мне страшно, понимаешь…
– Не бойся, – шепнул Железяка, расстегивая на ней платье. – Сейчас ничего не бойся. Мы побрызгаем на него живой водой, и он воскреснет.
– Я верю те…
Железяка не успел снять с нее платье. Она застыла с поднятыми вверх руками. Лицо стало белой маской.
– Эй… что с тобой?
Железяка проследил направление ее замершего взгляда. Кресло и торшер, ничего больше. Он посмотрел ей в лицо и внезапно понял, что взгляд ее пуст и безжизнен. И все остальное тоже. Мертво и фальшиво. Железяка дотронулся до нее и даже сквозь платье ощутил холод. Тело ее было твердым и холодным, словно кусок льда.
Железяка упал на диван и стал бить себя кулаками по голове.
Он собирался заняться любовью с куклой. Кукла с подкупляющей искренностью говорила ему про фальшивость мертвого мира. Кукла сказала, что верит ему. А потом у нее кончился завод, или что там у них бывает.
Железяка встал, включил свет и обошел куклу кругом. Одернул на ней платье. С поднятыми руками она была похожа на каменную фигуру жрицы солнца, поставленную у входа в языческий храм, если такое было когда-нибудь, Железяка не знал точно. Нет, не солнца, вспомнил он. Луны.
Он попытался опустить ее руки. Неожиданно легко они провернулись, как на шарнирах (собственно, почему «как»?) и повисли вдоль тела.
Железяка снова сел – думать, что с ней делать. Ясно, что нужно избавиться от куклы. Просто вынести на улицу? Это чревато некоторыми… э-э… недвусмысленностями, если увидит кто-то из соседей. Тут два варианта: либо его сочтут извращенцем (некрофилом или же любителем резиновых женщин при живой-то жене и детях – что хуже?), либо вызовут милицию, чтобы засвидетельствовала труп и арестовала изверга. Чемодана подходящего размера в доме не было. Сбросить с балкона? Железяку передернуло от этой мысли. Десять минут назад она сказала, что верит ему и готова была любить его.
Он посмотрел на часы. Десять вечера. За окном легкие сумерки. Авось пронесет. Подошел к кукле, примерился. Обхватил ее за пояс и поднял. Она оказалась совсем нетяжелой, весу в ней было не больше нескольких килограмм.
Железяка зажал куклу под мышкой и вышел из квартиры. Прислушался. Никого. Он быстро сбежал на два этажа. Лестница оказалась абсолютно цела и невредима. Но Железяке теперь было не до гулящих лестниц. Внизу послышались голоса и шаги. Он поставил куклу к стене возле мусоропровода и приготовился целовать ее мертвые губы. Но разыгрывать сцену подъездных нежностей не пришлось. Хлопнула внизу дверь и все затихло. Железяка схватил куклу и мягкой таящейся побежкой слетел вниз.
Дверь подъезда была распахнута настежь. Железяка высунул голову и осмотрел местность перед домом. Накрапывал дождь, ветер гнул тонкие деревца. Чисто. Он добежал с куклой до скамейки и быстро усадил ее. Волосы ее взметнулись под порывом ветра и закрыли лицо.
Железяка услышал, как рядом проехала и остановилась машина. Но не повернулся. Теперь он не спешил. Он думал о том, что за напасть превращает людей в цифровые картинки и автоматы. Почему это происходит? Или давно произошло? Почему призраки стали естественной частью повседневности? Или это весь мир стал призраком, собственной тенью?
– Стоять! Не двигаться! – в затылок ему уперлось что-то жесткое. – Руки за спину.
Но руки ему и без того уже завернули назад и сцепили наручниками. Ментов было двое. Один обыскивал Железяку, другой склонился над девушкой… то есть куклой.
– Отгулялась, – хмыкнув, констатировал он.
Железяка разволновался.
– Это совсем не то, что вы подумали. Вы все неправильно поняли… – Он осекся, потому что в это мгновенье мент с пистолетом в руке совершил нечто непостижимое. Он не целясь выстрелил в девушку… в куклу. На груди у нее сразу же расплылось темное на белом фоне пятно. Мент повернулся к Железяке и спросил с усмешкой:
– А так – правильно?
Железяка замотал головой, не отрывая глаз от пятна.
Ответа от него не требовали. Мент, что держал Железяку, развернул его и потащил к машине с мигалкой на крыше в полусотне метров от скамейки. Железяка, выворачивая шею назад, увидел, как второй подхватил куклу наперевес и пошел за ними.
Дождь полил сильнее. Менты торопились.
Во двор въехал крытый грузовик и остановился около ментовской машины. Из него, как картошка, посыпались парни в пятнистой форме спецназа.
Железяка закричал. Его тут же ткнули носом в землю, и следующие десять секунд он ничего не видел, кроме армейских ботинок, бегущих прямо на него. Потом кто-то поднял его на ноги и снял наручники. Железяка дико озирался. Бравые парни спецназа пинками заталкивали двух ментов в фургон. Куклы нигде не было. Все происходило в устрашающем безмолвии, только в небе начинало погромыхивать.
К Железяке подошел офицер спецназовцев, отдал честь и протянул руку.
– Благодарю. – Железяка смотрел на его руку, как идиот, потом сообразил сунуть в нее свою вялую, дрожащую ладонь.
– За что?
– Вы оказали нам большую помощь при задержании особо опасных преступников, маскировавшихся сотрудниками милиции.
– Да? – поразился Железяка.
Капитан кивнул.
– А теперь идите домой. Вам нужно обсохнуть, и советую выпить чего-нибудь. На вас лица нет. Как говорится, береги нервы смолоду. Еще раз благодарю за помощь.
Он резко повернулся и направился к машине лжементов. Железяка знал, что нужно что-то спросить, но не мог вспомнить что и в отупении смотрел вслед офицеру. Грузовик уже выезжал со двора.
Когда капитан садился в машину, Железяка вспомнил.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
