Читаем без скачивания Пустячок с десятью нулями - Марина Серова

— Не совсем так. Но возможно, мне удастся узнать, кто убил вашего мужа. И с вашей помощью мне будет гораздо легче это сделать.

— А кто вы ему? — с запозданием подозрительно осведомилась Вероника.

— Случайная знакомая, — ответила я. — Я же говорила, что в тот день ваш муж спешил на вокзал, ловил машину, я его подвезла. А потом так получилось, что это именно я обнаружила вашего мужа… мертвым.

— В первый день после моего отъезда? — еще более подозрительно посмотрела на собеседницу Вероника. — И почему обнаружили? У вас что, есть ключи от нашей квартиры?

Вероника явно отряхнулась от траурных мыслей и вернулась в реальность. И эта реальность ей явно не нравилась…

— Нет, вы не подумайте ничего такого, — поспешно улыбнулась я. — Никаких ключей у меня нет и быть не может. Просто он оставил у меня записную книжку.

— Записную книжку? Но вы же говорили, что случайно познакомились… — подозрения нарастали в Веронике словно снежный ком.

— Ну да, случайно, — я уже сама была не рада, что стала говорить вдове правду. — Он спешил на вокзал, провожать вас — вы ведь уезжали к матери, — и я его подвезла… — я уже в который раз повторяла эту заезженную историю.

— Вы что, с ним давно знакомы?

«Похоже, Валерий Васильевич при жизни выдержал немало вот таких допросов с пристрастием», — с сочувствием к умершему подумала я.

— Нет же, говорю вам. Он голосовал на остановке, я и остановилась.

— Как это остановились?

— У меня собственный автомобиль, — уже совсем раздраженно ответила я. — Его я и остановила. И подвезла вашего мужа на вокзал.

— А почему он был у вас дома? — последовал еще один вопрос.

— Да не был он у меня дома! — вспылила я. — Он забыл записную книжку в моей машине, понимаете? После того, как я его высадила на вокзале, я ее нашла. На следующий день я позвонила ему, пришла сюда, чтобы отдать книжку, дверь была открыта, я вошла и увидела Валерия Васильевича мертвым.

Вероника Герасименко недоверчиво смотрела на меня. С ее точки зрения, все, что я рассказала, было совершенно невероятно.

— Вы можете выяснить все это в милиции, — устало посоветовала я, — если не верите мне. Можете позвонить Владимиру Стекольникову, он подтвердит, что я частный детектив, нанятый им. Да, кстати, вот мои документы.

Я достала паспорт и лицензию частного детектива и показала все это вдове. Та машинально повертела документы в руках и вернула мне. По ее виду было ясно, что они не очень-то ее убедили. Что ж, это, наверное, естественно. Женщину, которая заподозрила своего мужа в неверности, мало что может разубедить.

— Ну, я не знаю, — в нерешительности замялась Вероника. — Вообще-то со мной разговаривали люди из милиции. И они пообещали сделать все возможное, разыскать убийцу. Хотя я даже не знаю, как в наше время рассчитывать на милицию, — продолжала вдова рассуждать как бы сама с собой. — У них подобных дел хоть пруд пруди, не говоря уже о преступлениях иного рода. Все мы в курсе, телевизор смотрим, газеты читаем. Вон сколько преступлений нераскрытых! То ли руки у них до всего не доходят, то ли хороших сыщиков не хватает… А вы хороший сыщик? — неожиданно спросила она.

— Пока никто не жаловался, — улыбнулась я. — Вероника, вы, наверное, все же не совсем правильно меня поняли. Получается так, словно я упрашиваю вас нанять меня расследовать смерть вашего мужа. Повторяю, меня уже нанял Владимир Стекольников. И хотя нанял несколько по иному делу, думаю, что, чтобы раскрыть его, мне, возможно, придется выяснить, кто убил Валерия Васильевича.

— Хорошо, я поняла, — успокоилась наконец Вероника. — Но что я должна сделать?

— Прежде всего ответьте, пожалуйста, на некоторые мои вопросы. Больше мне от вас ничего не потребуется, — пояснила я ей, довольная тем, что дело хоть как— то сдвинулось с места и Герасименко, кажется, больше не видит во мне бывшую соперницу.

— Хорошо, спрашивайте. Что знаю — расскажу, — пообещала Вероника.

— У вашего мужа были какие-нибудь враги или недоброжелатели? — начала я, нарочно не упоминая о краже денег из фирмы, поскольку была предупреждена Стекольниковым о деликатности этого дела.

— Ну, такие, чтобы могли убить, вряд ли, — с ходу, не думая, спокойно ответила Вероника.

— Сейчас далеко не всегда убивают сами. Его попросту могли, как это говорится, заказать, — пояснила я.

— Я понимаю. Но за что его заказывать? Простой менеджер в фирме, не владелец, даже не акционер…

— Возможно, он с кем-то что-то не поделил? В жизни всякое бывает. А может, он был свидетелем какого-нибудь преступления? Он вам ничего такого не рассказывал? — Я продолжала нащупывать путь, который бы повел меня в нужном направлении.

Хотя это и напоминало поиски брода на тот берег. Если он даже и есть, то под водой он все равно не виден. А коли нащупал, то уже не потеряешь и не собьешься — иди себе смело.

— Нет, ничего такого я не припоминаю, — вдруг как-то резко ответила Вероника.

Едва закончив фразу, она будто бы задумалась, решая, рассказывать или все-таки не стоит. Я это сразу поняла каким-то внутренним чутьем.

— Ну, Вероника, вы ведь что-то вспомнили… — мягко надавила я. — Мы же договаривались о вашей откровенности.

Вероника еще чуть помолчала, решая гамлетовский вопрос: исповедоваться незнакомой женщине или нет.

— Да, был странный случай, — после некоторой паузы призналась мадам Герасименко. — И даже не один. Тут недели три тому назад повадился кто-то Валерию звонить. Мужчина какой-то. Похоже, он угрожал мужу. Что-то требовал от него. Я спрашивала несколько раз, в чем дело, а он все молчит, говорит: «Не беспокойся, это мои проблемы, ничего страшного, сам разберусь». Ну и дальше в таком же духе.

— Когда это, вы говорите, было? Недели три назад? — Я насторожилась.

Я хорошо понимала, что дыма без огня не бывает. Может, это и есть тот самый дым?

— Да, три недели тому назад, — повторила Вероника. — Мы как раз только с дачи приехали, уставшие и злые. А тут еще эти звонки…

— Так, понятно, — кивнула я в ответ. — А что, на даче тоже неприятности были?

— Да так, — вяло пожала плечами Вероника. — Бочку какие-то мальчишки опрокинули.

— Какую бочку?

— У нас на участке стоит железная бочка для воды. Так вот, баловались и свалили набок. Они ведь сейчас знаете какие: совсем зеленые, а выглядят под два метра. И не знают, куда силу деть.

— Понятно, — снова кивнула я.

— А как по-вашему, муж знал, кто ему звонил?

— Не думаю. Во всяком случае, мне так не показалось.

— А скажите, Вероника, нет ли среди ваших знакомых молодого человека лет тридцати со шрамом? Вот тут, над левым глазом, — я показала пальцем.

— Со шрамом? — Вдова опять задумалась. — Да, вы знаете, есть такой. Это знакомый Валерия, его зовут Саша Рыбников. А что, вы думаете, он может иметь к этому какое-то отношение?

— Сейчас я вам ничего не могу сказать, — я решила, что не стоит пороть горячку, пока все окончательно не выяснится. К тому же, кто знает, как может повести себя эта женщина. Вдруг примется сама бегать за этим своим знакомым и угодит в такую же историю, как и ее погибший супруг? — А какой он из себя, этот ваш Рыбников? — решила уточнить я. — Такой высокий, светловолосый? У него еще родинка возле левого уха, да?

— Да, кажется, есть родинка. Это он.

«Так. Прямое попадание, — обрадовалась я. — Интересно, а милиция уже успела до него добраться? Судя по реакции мадам Герасименко, им это и в голову не пришло. А ведь я же давала Гарику все приметы этого человека еще в день убийства. Да и фоторобот помогала составить. Ничего не скажешь, работнички… Или, может быть, он здесь совершенно ни при чем?»

— А где живет этот Рыбников? — спросила я.

— Вот этого я, к сожалению, не знаю, — призналась хозяйка.

Час от часу не легче. Воспрявшая было духом, я как будто наткнулась на непреодолимое препятствие.

— А чем он занимается? Где он работает? — тем не менее не отставала я.

— Насколько я помню, работает он, если можно так выразиться, сам у себя, — туманно выразилась Вероника. — У него то ли свой магазин, то ли мастерская. Граверная или часовая. Я, честно говоря, не помню. Да и, откровенно говоря, никогда этим не интересовалась.

«Завидное безразличие к знакомым своего мужа, — прокомментировала про себя я. — Хотя… С какой стати она должна интересоваться всеми его знакомыми, тем более если они сами по себе малоинтересны?»

— И где эта мастерская находится, вы тоже не знаете? — попробовала я угадать.

— Понятия не имею, — тут же подтвердила Вероника мои предположения.

— А Владимир Стекольников не знаком с ним случайно?

— Володя? Думаю, что нет, — покачала светловолосой головой Вероника. — Володя — он такой представительный, солидный… А этот Рыбников совсем другого поля ягода. Честно говоря, хмырь какой-то, — пренебрежительно отметила Вероника.