слишком много нюансов, главным из которых была история, на которой Сергей и составил план. Ведь Катя обратилась именно в бадзулу, а не, допустим, в волоколака — так Сергей заключил, исходя из слов, которые он услышал от Савелия о заражении, и некоторых признаков, которые сам подметил у овина, когда все произошло. Он знал еще одну историю, кроме той, что произошла в Дубках. Так в городе Кожевник тоже, кстати, находящемся в земле отступников, как и в Дубках, был покусана бадзулой одна женщина, неустойчивая к пустоши, и также, как и в Дубках, она обратилась в бадзулу. Однако, в отличие от ырки из Дубков, эта бадзула не стала устраивать бойню, а вместо этого забилась в погреб своего дома и, пробыв там целую ночь, наутро снова стала человеком. Почему так вышло, ученные мужи выделили несколько причин, главная из которых звучала примерно так: женщина, став бадзулой, сохранила часть своего разума, не стала нападать на людей и пробовать кровь, из-за чего заражение захирело, а мутация пошла назад. Основываясь на этом случае, Сергей и выстроил свой план, в удачном исходе которого он, правда, был не уверен.
Единственное, в чем он был уверен, это то, что бадзула забилась в какую-то нор или туда где есть темнота, не в силах терпеть солнечный свет, являвшийся этакой слабостью для всех кровососов. Именно из-за солнца Катя, трансформировавшись в бадзулу, поспешила уйти восвояси из просвеченного лучами овина. Но солнце не может светится вечно, и ночь скоро наступит.
— Точно всех предупредил? — задал вопрос Савелию Сергей, заряжая и готовя свой кремневый пистолет, предполагая использовать его в крайнем случая и как экстренную меру.
— Да, все будут сидеть сегодня ночью тише воды и ниже травы в своих домах с наглухо запертыми дверями, — в голосе Савелия читались нотки страха, но Сергей не обратил на них внимания и лишь бросил короткое слово:
— Отлично.
— Но… — Савелий как-то замялся, — но, может, всё-таки соберем всех мужиков и вместе разберемся с этой напастью… Нет, Сергей, ты не подумай, я не сомневаюсь в твоих силах, но как же ты с такой… зверюгой и один, к тому же у тебя ни сабли, ни рогатины, ну, а вместе мы ее раздавим, а?
Да, Сергей тоже думал об этом варианте, но, зная, на что способны бадзулы, Сергей ставил его под сомнение. Да, мужиков в деревне было много, но они не войны и не охотники. Да, есть конечно шанс, что вместе вилами да дубинами они задавят ее числом, но куда вероятней был вариант, что бадзула начнет бойню, убивая одного за другим, что выльется в панику и последующие смерти, а бадзула, вдоволь напившись крови, станет только еще опасней.
Так что Сергею приходилось надеяться только на свои силы, и план он придумал, благо все было не так безнадежно: всё-таки у Сергея была пара козырей, с которыми, если правильно воспользоваться, можно было надеяться на успех. Так что на предложение крестьянина Сергей ответил отказом.
— Эх, ладно, как знаешь, — удрученно проговорил Савелий
— Ты нашел то, что я просил?
— Да, конечно.
— И факлю приготовил? — Сергей, поправив свой нагрудник, повернулся к Савелию.
— Не волнуйся, все заготовил, приготовил, как ты просил, — уверенно и с некоторыми нотками гордости проговорил Савелий.
— Тогда… — Сергей стал проверять, все ли готово к будущему походу: заряжен ли пистолет, стилет тоже был на месте, хотя шанс, что до него дойдет дело, мал, но чем черт не шутит? Так еще пара заготовленных мелких мешков с чертовым порохом тоже висели готовые на поясе… — Пора! — и Сергей медленно направился к выходу.
— Уверен, что у тебя все получится, в смысле у тебя ни рогатины, ни сабли нету, к тому же снять ее проклятие, тьфу, то есть заражение разве можно обратить? — спросил Савелий, провожая Сергея
— Да, главное, чтоб до утра не напилась крови, достаточной для продолжения мутации, иначе из бадзулы она станет полноценной нелюдью.
— Понятно… ну, по крайней мере, понятно, зачем тебе сеть: хочешь поймать ее и не нанести ей вреда.
— Совершенно верно, хотя в любом случае нанести какие-либо раны ей будет сложно. Раны, даже самые тяжелые, как говорят, у них быстро затягиваются, кроме смертельных, нанесенных в сердце или голову. И да, если выйдет самый лучший вариант, на который я надеюсь, Кате здесь житья не будет, ты ведь понимаешь?
— Разумеется…
— Отлично, — проговорил Сергей, но перед выходом из избы сказал еще кое-что, — ожидай моего возвращения и будь готов, если выгорит, мне точно понадобится помощь, чтоб связать ее так крепко, чтоб до утра и двинуться не смогла.
— И глаза не сомкну… и это… удачи тебе, Сергей! — пожелал напоследок Савелий уходящему отступнику.
Но на пожелания Савелия Сергей уже ничего не ответил и лишь закрыл за собой дверь, найдя у порога небольшую рыболовную сеть и деревянный шест почти с него ростом и обмотанный факлей с одной стороны — все, в ровном счете, как и просил. То, что весьма скоро пригодится ему.
Взяв это, Сергей пошел туда, где и объявится бадзула — ко двору Павла и, дойдя до него через всю застывшую в тишине, словно в ожидании чего-то деревню, Сергей, остановился рядом с овином Павла, стоящим у самого края деревни. Воткнул шест и положил сеть, а затем, собрав энергию, добытую им в пустоши, зажег факлю и, вспомнив слова Савелия насчет рогатины и сабли, решил использовать один из своих козырей, после чего из руки Сергея как из воздуха медленно из серого вещества стал сформировываться предмет, со временем приобретавший определенные черты и структуру, пока наконец не сформировался в настоящую саблю, готовую к бою. После Сергей по привычке оглянулся по сторонам чтоб убедится, что это никто не видел…
Вообще, эта весьма полезная способность, которой, насколько знал Сергей, не обладает ни один человек. Что уж говорить, саму историю того, как она у него появилась, он бы хотел забыть и никогда не вспоминать. В любом случае, эта способность позволяет сформировать разного рода предметы, по свойствам почти как метал (единственным отличием от него был сероватый оттенок), прямо из руки, но, как со временем понял Сергей, с определёнными ограничениями и правилами.
К примеру, чтобы сформировать предмет, нужно четко представлять форму и его структуру, и, чем сложней свойства и форма, тем сложней его воссоздать, тем более с рабочими функциями. Еще одно: Сергей мог делать из этого вещества лишь ограниченное число предметов, так как их создание было сопряженно с тем, что из Сергея
