буквально прилип к моей коже, обдавая теплом дыхания мою шею, ухо и висок. Настойчивость парня помогла справиться со страхом перед неизвестным животным, и я пришла в себя.
— Дарий, отпусти! — прошипела, выворачиваясь из кольца его рук. Он послушался и отпустил меня. На его лице сияла довольная улыбка, а глаза горели призывным огнем. Вот же! Слов приличных не осталось. Мало того, что в комнате меня зажимают со всех сторон, так еще и на людях не стесняются. Засада!
Между тем, из небольшого домика, что примыкал к загонам, показался мужчина. Сразу стало понятно — старик. Сгорбленный, седой, руки висят чуть не до колен, а лицо изрезано глубокими морщинами. Подошел к нам и поклонился.
— Госпожа желает прикупить парочку сарчи? — глаза старика поблескивали в предвкушении удачной сделки. Боюсь, придется его огорчить. На эту зубатую дрянь я не сяду даже под угрозой смертной казни.
— Ша! — шикнул на него Азорий. — Перед тобой сошедшая с небес Богиня! Не признал что ли, старый дурень?
Старик побледнел и рухнул наземь.
— Помилуй, Великая! Стар я стал и слеп, позволь мне дожить те немногие годы, что остались, — и он всхлипнул.
На происходящий цирк стали собираться жители. Слов они не слышали, но все видели. И потихоньку, шаг за шагом, подбирались ближе. Я выдохнула и посчитала про себя до десяти, чтобы не сорваться.
— Тар Азорий, можно тебя на два слова? — спросила у чрезмерно инициативного служки. Он отошел вместе со мной в сторону.
— Ты чего творишь, а? Сейчас деда с перепугу инфаркт хватит, а обвинят меня. Мол, Богиня угробила. Сначала думай Азорий, потом делай, — я покачала осуждающе головой, а тар сник.
Развернулась к ожидающей меня толпе и произнесла приветственную речь.
— Доброго дня вам, жители! И тебе, старик. Поднимайся с колен, — подождала пока все угомонятся и перестанут болтать, а дед встанет с землицы. — Я — живое воплощение Богини Ароситоманхайи, — с десятого раза запомнила-таки, — пришла с миром на землю. Судить строго, но справедливо. Всякого, кто посмеет поклоняться лживым богам — ждет кара. А тех, кто верно и преданно служит своей Богине — награда.
Люди молчали. Я смотрела в их лица и видела разное: неверие, насмешку, злость, непонимание и очень редко — радость. Да, тяжелый контингент мне достался. Давно Бог не появлялся здесь. Совсем от рук жители отбились.
— Что ты можешь, богиня? — насмешливо крикнул рыжий здоровяк, подбадриваемый товарищами. А я и сама задумалась. Судя по всему — нет предела моим возможностям, но проверять боязно. Вдруг опозорюсь. Но и спускать подобное пренебрежение — недопустимо.
И я решила провернуть один трюк. Вышла вперед и закинула голову вверх. Солнце как раз стояло над нами и светило, что есть мочи. Ну что, неверующие товарищи, поиграем?
— Да смеркнет солнечный свет! — мрачно произнесла, делая таинственные пасы руками над головой.
Солнышко, как по команде, стало меркнуть. Вместо алого диска виднелось черное пятно, как при затмении. Что тут началось!
Народ вокруг попадал на землю, в ужасе закрывая головы. Женщины причитали, мужчины — с побелевшими лицами закрывали собой детей. Настоящее светопреставление. А меня не вовремя разобрал истерический смех. Когда жители услышали, как я смеюсь, стали расползаться в разные стороны. Смахивая слезы, что выступили от смеха, я поискала глазами Азория.
Он вместе с юношами читал какие-то молитвы и кланялся в мою сторону. Некоторые из жителей тоже кинулись на колени и стали бить челом, вознося молитвы.
А по главной дороге в облаке пыли к нам неслась целая делегация. Очевидно, кто-то донес императору о творящемся снаружи беспорядке, и его царственное величество спешило лично разобраться в происходящем.
Мужчины приближались верхом на сарчи. Эти динозавроподобные животные все еще внушали мне страх. Ничего не могла поделать с этим.
Рядом со мной спешился ди Сат, и придержал под уздцы сарчи императора, чтобы тот мог спокойно сойти на землю.
Император выглядел обеспокоенным, но все же не торопился падать на землю и посыпать голову пеплом. Я его даже зауважала за выдержку.
— Богиня, — начал он осторожно, — ты не могла бы вернуть солнце?
— Могла бы, — теперь настал мой черед давить на императора. — А что мне с этого будет?
— А что ты хочешь? — напрягся он. Выбора-то у него не было. Пожелай я прям сейчас взойти на трон — чтобы он смог мне противопоставить? Правильно, ничего. Ему оставалось покорно выполнять мои прихоти, если хотел увидеть солнце над головой. Он это понимал, я это понимала, мрачный ди Сат тоже все понял и смотрел исподлобья, обнажив оба меча. Исходящая от него угроза была более чем реальна, но меня он не пугал. Скорее, притягивал. А виной всему его безумная энергетика. Ну и стоит быть честной — идеально скроенная фигура. Его плечи бугрились мышцами, и я не могла отвести взгляда от сильных рук, по которым бежали дорожками напряженные вены. От рук провела взгляд дальше и залипла на кубиках пресса. Да их пересчитать можно! До середины бедра шикарное тело скрывалось под кожаными полушортами-полуюбкой. Сильные тренированные ноги крепко стояли на земле в боевой позиции. Казалось, еще секунда и он совершит прыжок в мою сторону, снося мечами голову.
Но он этого не делал. Ждал отмашки от императора. И только его испепеляющий взгляд говорил мне о многом. О его жажде крови, и возможно, иной жажде. Или это я пытаюсь выдать желаемое за действительное?
Я жадно сглотнула и отвернулась. Что-то мне жарко и без солнца в такой-то компании! Еще немного помариновала императора и его приспешников, раздумывая над вопросом. И тут меня осенило! Это же гениально!
— Меняю солнце на арха Веера ди Сата в качестве моего личного телохранителя!
Глава 9
Передать словами изумление на лицах невозможно! Особенно пораженным выглядел сам арх. Не ожидал такой подставы. Мне даже показалось, что он готов был жизнь отдать во благо империи, а тут такое…
Император хоть и нахмурился, но все же согласился.
— Да будет так, Богиня! — и впервые за все время почтительно кивнул. Я широко улыбнулась ему и перевела взгляд на Веерка. Вот это удачная сделка во всех смыслах. Врагов надо держать близко, как учит народная мудрость. Ди Сат все еще таращился на меня во все глаза, не веря собственному «счастью». Надеюсь, со временем сумеет оценить, какой он бесценный в моих глазах: целое солнце за него отдала! Я ему подмигнула и отошла. Воздела руки вверх и радостно сказала:
— Солнышко, возвращайся! — небесное светило послушно проявилось на небосклоне, и красноватый свет
