из эфонцев начали продвигать вверх по линии власти. Делали их приближенными, чтобы использовать таланты в своих целях. Расслоение как будто стерлось, и жизнь народов Альянса пяти планет вернулась в мирное русло. Но нельзя сначала закрутить гайки, а потом без усилий их выкрутить. Эфонцы ничего не забыли. И никого не простили. Они знали, что история циклична, и в следующий раз, когда правлению Альянса не понравится их общество — неугодных так же «упакуют» и сошлют подальше. При численном меньшинстве относительно обычных людей, эфонцы осознавали, что месть Альянсу без сторонней поддержки не удастся. Нужен был повод привлечь на свою сторону заинтересованных лиц из стана врага. И эфонцы этот повод придумали.
Пожив в ссылке среди семей-колонистов, они познали все тяготы жизни вдали от процветающих и вечно жирующих столиц. И замыслили свершить революцию, дабы свергнуть элиты Альянса и дать свободу многочисленным колониям. Сторонникам освобождения колоний от гнета Альянса эта идея пришлась по вкусу. Так появилась Армия Освобождения эфонцев, объединившая жителей шестнадцати дальних колоний и поднявшая самое массовое и обширное восстание в истории существования Альянса.
Альянс полагал, что погасит волнения в течение нескольких месяцев. Прошел год. Шестнадцать колоний отбили свободу у Альянса и… начали наступления на другие колонии. Масштабы захвата и расширения поражали. У Армии Освобождения эфонцев постоянно появлялись новые союзники, которые присоединялись к лозунгам о свержении правления Альянса и его элит, и объявлении независимости каждой из пяти столиц.
Призывы Альянса «Мы должны вернуть свое» перестали работать. Мысли о том, что Луита действительно главенствует в Альянсе и давным-давно поработила независимые Аскию, Равнерию, Третию и Дженерию, стали одолевать даже членов самих элит. Чтобы сохранить власть и не допустить раскола в святая святых — системе правления — Император Луиты сделал упор на том, что Армия Освобождения борется не за свободу мирных граждан, а за права эфонцев, которые считают, что они — лучше обычных людей.
Хитрые интриганы использовали более слабых и внушили им крамольные идеи, что без Альянса колонии не смогут самостоятельно жить и процветать. Дабы подкрепить свои заявления, Император предъявил широкой общественности факты об издевательствах и насилии, проводимых эфонцами над обычными людьми на вновь захваченных колониях. И то были не просто факты. Лишенные главного — боязни наказания за свои поступки, эфонцы действительно начали творить зверства и мстить людям, которые ни в чем перед ними виноваты не были. Так сформировалась идея о двух лагерях, которая превратилась в кровь и грязь на лицах погибавших за чужие цели людей.
Два года войны, три года, а бойни все не прекращались. Когда минуло десять лет, стали появляться предатели в обоих станах. Эфонцы переходили на сторону Альянса, люди — на сторону Армии Освобождения. Им казалось, что они борются за великие цели, но спустя уже пятнадцать лет войны эти цели начали меркнуть.
Мир разделился на два лагеря, которые отбивали друг у друга планеты и поочередно властвовали над ними. Эфонцы медленно, но верно шли по пути Альянса, взращивая в собственных рядах элиты, которые были приближены к верхам управления. Среди элит Альянса тоже появились приближенные эфонцы, которые имели вес и играли ключевые роли в играх с врагами. Так появились уважаемые шаены — мастера своего дела, обучающие других эфонцев, которые продолжали появляться на свет и расти среди обычных людей. Утвердились правила и нормы поведения эфонцев среди людей в Альянсе. Запреты на ментальные контакты, ошейники, кандалы и меры наказания за проступки. Кто-то соблюдал эти правила, а кто-то, как отец Киарана, бросал вызов системе.
Рожденный в семье дженерийцев — потомков тех самым правящих элит, приближенных к высшим эшелонам власти, Орландо Уолш оказался эфонцем. Конечно, его родители приложили все силы, чтобы сохранить репутацию семейства, но увы: максимум, на который мог претендовать их отпрыск, — это роль шаена среди тех, кто всем управляет. Как талантливый модельер реальности, Орландо быстро достиг этой «высоты».
На одном из приемов в честь очередной годовщины вступления Дженерии в Альянс пяти планет, Орландо познакомился с… официанткой. Поговаривали, что Орландо ходил за ней хвостом весь вечер и активно мешал работать, уговаривая красотку сходить с ним на свидание. К концу приема он настолько ее достал, что она вручила ему поднос с напитками и попросила поработать в течение часа вместо нее, мол если справится — она встретится с ним. Орландо справился. А ее, естественно, уволили.
Свидание состоялось. Оказалось, что официантка — дочь одной из шишек оборонной промышленности Дженерии. За строптивый нрав и нежелание идти по стопам «кровавого бизнеса» отца, девушку лишили содержания и отправили на вольные хлеба. Она не растерялась и, используя знакомства с такими же строптивыми дочерьми, быстро устроилась на «престижную» работу официанткой. Все что угодно — лишь бы папашу побольнее уколоть, который, по слухам, едва ли инфаркт не получил, когда увидел на приеме свое чадо в униформе «подавальщицы».
О романе шаена Уолша с «непутевой» дочерью магната слагали легенды. Особенно из-за того, что парочка съехалась спустя три дня знакомства, а через месяц обменялась брачными рунами в обители Инага на Дженерии, не пригласив на церемонию никого, кроме близких друзей. Знал ли Орландо, что именно этот брак рано или поздно приведет к его вершинам дженерийской власти — оставалось только гадать. Но спустя год после рождения внука, отец жены помирился с дочерью и предложил зятю свою протекцию и поддержку.
К моменту, когда тесть почил, преемник в лице зятя был воспитан. Вот тогда на шаена Уолша и обратил свой взор Император. Дела у Альянса, скорее, спускались с горы, а не шагали вверх. Протекция со стороны состоятельного и влиятельного эфонца показалась хорошим тактическим ходом. Так Орландо Уолш стал первым в истории Альянса пяти планет эфонцем, удостоившимся звания Наместника Императора Луиты.
Чего еще ему не хватало для полного счастья? Деньги были, власть и влияние тоже. Любящая жена и сын, которому пророчили большое будущее, ждали дома. У Орландо Уолша по меркам Альянса было все! Но, как оказалось, его мерило «всего» не соответствовало представлениям большинства.
Спустя три года правления на Дженерии от лица Императора Луиты Орландо Уолш поднял восстание, объявив о выходе планеты из Альянса. Дальше были речи про гнет, притеснения и истребление уникальной культуры дженерийского народа, как и всех других культур народов Альянса. И вишенка на торте — заявление о том, что Дженерия присоединяется к Армии Освобождения эфонцев и бросает вызов четырем «Столицам» и Империи, в которую превратился Альянс.
Восстание на Дженерии было подавлено в течение трех суток.
