на борту «Анвайзера» под номером 652197. На что они потратят это время? На разговоры? Лечение? Сон? Еду? Или займутся сексом с тем, с кем потом плечом к плечу отправятся в самое пекло?
Когда война перестанет удивлять? Когда гибель людей из обыденности превратится в нечто, вызывающее ужас? Дети войны, вечно мечтающие о мирной жизни, о которой, по большому счету, вообще ничего не знают. Чашка кофе поутру, тост и сводка новостей с фронтов — к такому «покою» привыкла Аудроне на Луите, пока сама не оказалась в эпицентре бури под названием «война». Малиновые закаты в розовом небе ее родной планеты остались в прошлом, и теперь они ассоциировались у Аудроне не с покоем, а обманом, который достиг вселенских масштабов.
А ведь начиналось все мирно. Двести лет назад Луита славилась небывалым количеством планетарных колоний, которые покорно служили на благо процветания Галактики Вереница Звезд. Луита — как планета в центре солнечной системы Дерта, заслужила репутацию могущественного гиганта, родины давно почившего Инага и домом Императорской династии, предки которой осваивали необитаемые планеты и колонизировали их.
В соседней Галактике Кольцо Света располагался гигант поменьше. Аския из системы двух солнц Асконии и Торо славилась своими производственными мощностями и большим числом планетарных колоний, на которых, в основном, шла добыча полезных ископаемых. Луита, которую интересовали эти ископаемые, предложила Аскии вступить в союз и организовать объединение с целью создания единых торговых путей. Так был создан Союз двух планет.
Две планеты из Галактики Сальтарон и одной солнечной системы Синексис, Равнерия и Третия заинтересовались успехами сотрудничества Луиты и Аскии. Обладатели нескольких планетарных колоний и большого числа космических станций, вроде «Оникса», они получали прибыли на обеспечении транспортировки грузов с одних дальних планет на другие. Равнерия и Аския сами предложили соседям приглядеться к их мощностям и начать сотрудничать на более выгодных для всех сторон условиях. Так образовался Союз четырех планет.
Последней к их большому кругу присоединилась Дженерия из Галактики ГредА и солнечной системы Фикс. У Дженерии были свои многочисленные колонии и космические станции, которые приносили хорошую прибыль. Только проблемы с подавлением восстаний за независимость колоний от «Столицы» постоянно портили дженерийцам мирную жизнь. Предложив Союзу четырех планет свое сотрудничество, Дженерия быстро решила проблемы с повстанцами с помощью армий своих новых друзей.
Так возник «Альянс пяти планет», куда вошли гиганты, контролирующие обитаемую часть Вселенной. Минуло сто лет и незаметно для всех начали происходить изменения. Луитанский язык был признан «универсальным» для общения на всех планетах. Постепенно и культурные традиции луитанцев стали проникать в разные сферы жизни народов-партнеров. А потом были введены должности «Наместников Императора Луиты», которые должны были помогать президентам четырех планет из Альянса принимать «правильные и тактически выгодные для всех решения».
Пока элиты гигантов получали щедрые «урожаи» прибылей, на роль неких «наместников» всем было плевать. Луитанцы подошли к делу основательно. «Титул» наместника мог получить только коренной представитель планеты-союзника из Альянса. На Аскии это был аскиец, на Равнерии — равнериец, на Третии — третиец, а на Дженерии — дженериец. Вот только за «службу» им платили Император и Луита, а не собственные планеты.
Кто знает, сколько такая система «правления» устраивала бы всех, но произошло одно маленькое событие. На него никто не обратил особого внимания, как это обычно происходит с маленькими, но роковыми событиями. На Дженерии появился Эфос — первый представитель человечества, наделенный странной способностью спонтанно исчезать и появляться в другом месте. При этом Эфос мог заставить свои глаза светиться и утверждал, что таким образом демонстрирует истинное обличие.
Многие считали Эфоса шарлатаном, использующим фокусы, чтобы давать представления и водить за нос богатую публику. Сам Эфос был о себе другого мнения. Он предложил ученым обследовать себя, дабы доказать, что все его способности имеют научно обоснованный фундамент. И ученые эту «основу» нашли. Активность коры головного мозга Эфоса была настолько впечатляющей, а спонтанные мутации генов настолько сложными, что они схватились за головы. Но о формировании нового витка эволюции человечества никто не спешил даже заикаться.
Только через пару лет на Вселенную обрушилась настоящая напасть. В разных семьях, на разных планетах стали рождаться дети с такой же мутацией генов, как у Эфоса. И у этих детей открывались разные таланты. Эфос в долгу не остался, и, объявил себя первым представителем новой расы «Эфонцев», собрав все сливки славы и увековечив свое имя в истории.
Когда «эпидемия» рождения детей со сверхспособностями привлекла внимание элит — пожар уже начался. В обществе нарастало расслоение: одни считали эфонцев будущим человечества, а другие — реальной угрозой. Элитам социальное расслоение на «приверженцев» и «несогласных» не нравилось. И они решили проблему так, как привыкли за годы правления: насилием и безнаказанностью.
Эфонцев объявили «дефектными людьми, представляющими опасность для благополучия всего Альянса». «А давайте ссылать их вместе с семьями на отдаленные колонии? — предложил один из Советников Императора Луиты. — Пусть служат во благо Империи и Альянса, но там, а не у нас под боком». Императору идея понравилась. Так началась массовая «идентификация» и «ссылка» эфонцев.
Кто пожелает собственному ребенку быть сосланным куда-то? Кто согласится оставить нажитое и надеть на себя кандалы? Эфонцы и их семьи быстро поняли, что лучше быть «обычными людьми», чем потерять все и отправится в вечную ссылку. Сами того не понимая, Император Луиты и Альянс расслоили свои народы на тех, кто были просто людьми, и эфонцев.
Зачистки, проверки, тотальный контроль детей при рождении приносили плоды. Дальние колонии активно пополнялись новыми жителями. Три года такой политики — и возникло первое крупное восстание семей эфонцев на одной из колоний Луиты. Его подавили. Спустя еще несколько лет пришлось подавлять восстание на Дженерийской колонии. Затем на Аскийской, Третийской, пока вести о восстаниях в разных колониях не превратились для жителей Вселенной в обыденность.
Десять лет постоянных передряг потребовалось для того, чтобы прибыли элит Альянса пяти планет начали стремительно падать. Политика «сдерживания» и «ссылок» не работала. Эфонцев становилось все больше, а круг обычных людей, симпатизирующих угнетенным, только ширился. Чтобы сохранить власть и уберечься от краха, Альянс остановил меры принуждения и объявил эфонцев свободными. «Мы выступаем за равенство всех людей друг перед другом и приносим свои извинения за ошибки прошлого». Пара возмущенных бунтов от тех, кто был с этим не согласен, подавили, и эфонцам разрешили вернуться на главные планеты Альянса.
Кто-то мог подумать, что за последующие десять лет все было забыто и прощено. Именно такую ошибку и допустил Альянс. Стараясь загладить вину, самых талантливых
