Есть и третья мысль. Тайная, граничащая со слабостью, но самая желанная… которая исходит скорее от зверя, чем от меня.
В ней я прижимаю к себе Викторию так крепко, чтобы никогда впредь не отпускать. Ведь в самой глубине души живёт твёрдая уверенность, что она не могла предать. Что есть объяснение всему…
Но поиски тщетны. Никто не узнаёт даже её имени. Словно Виктория стёрта из памяти каждого культиста.
Зато приходят ответы от мага Руанда. Тот категорично заявляет, что пусть чёрная магия и сильна, способна влиять на судьбу, туманить память, но глубокие человеческие чувства ей неподвластны… Так же как и законы мирозданья. Есть нерушимые законы, которые не может изменить магия.
Значит, никакого морока. Лишь моя беспросветная глупость.
Элиза везде следует с нами. Мне уже не требуется лечение, но несколько раз она вытаскивает с того света моих солдат. В её взгляде и словах нет присущего Виктории вызова. Никаких тайн. Никакого сопротивления. Понятная и спокойная, как штиль… Если не считать той маленькой лжи перед озером.
Почему-то когда Элиза рядом, я совсем не думаю о Виктории. Может, это способность её магии — выгонять из головы плохие мысли?
Вскоре из Руанда приходят новости. Через несколько недель праздник, церемония совершеннолетия и инициации второй ипостаси. Брат будет проходить церемонию полного пробуждения волка. Это важное для семьи событие, которое я не могу пропустить.
Элизу я назначаю на должность целительницы при дворе. Девушка радостно соглашается. Тем более статус теперь позволяет, ведь она нашла своих потерянных родителей, которые оказались довольно знатными людьми.
Дорога из Лимерии в Руанд занимает четыре дня. Лошадей гоним во весь опор. А едва пребываю, как поглощают дела.
Каково же моё удивление, когда через неделю пребывания в Руанде, я снова ощущаю отголосок звенящего напряжения в груди. А не проходит и получаса, как отец зовёт меня в тронный зал, посмотреть на одну из служанок, которая особенно удачно прошла собеседование — вытащила из шкатулки камень ведьмы.
Когда вхожу в зал, то едва не спотыкаюсь на пороге. Снова чувствую уже забытый голод, какой вызывала лишь одна женщина в целом мире. Думаю, неужели она? Неужели…
Но посреди зала стоит незнакомая невзрачная девушка… с очень знакомым взглядом.
«Не может быть! — несётся в моих мыслях. — Зачем бы она сюда заявилась? Чтобы закончить начатое? Её цель — это я, или отец тоже может пострадать?… Нет, выглядит совсем иначе. Запах другой, чёрной магией не пахнет. Но откуда же это чувство…»
Под взглядом Илоны я стараюсь скрыть волнение. Любую слабость она обернёт против меня. Натягиваю безразличную маску, успокаиваю дыхание и полностью игнорирую застывшую в центре зала девушку.
Остаток дня идёт псу под хвост. Ни на чём не получается сосредоточиться. Ночью не могу спать. Всё думаю, если эта девушка — Виктория, то что с ней делать.
На другой день первым делом направляюсь к крылу служанок. А потом вижу картину — Ри зажимает ту самую служанку в углу, целует в щёку, а она словно бы и не против. Краснеет как маков цвет.
Ярость ударяет мне в голову. Я откидываю Ри к стене, едва сдерживаюсь, чтобы шею ему не сломать.
По моему приказу охранники уводят Ри. Я тоже убираюсь подальше.
А теперь, вот стою тут и сверлю взглядом портрет матери. В собственных эмоциях разобраться не могу. Служанка ещё эта… Нет, совсем на Викторию не похожа. Бледная, как моль, да только тяжело на неё смотреть.
Если глаза закрыть и задержать дыхание, то словно передо мной Виктория… Могла она внешность поменять? Наверное, могла. Надо ещё раз на неё взглянуть, вопросы позадавать и ясно станет. На лжи куда проще поймать, чем кажется. Особенно, если прекрасно слышишь дыхание и пульс.
Если это она… внаглую пришла сюда с новым обманом, решила моих людей втянуть, да ещё обжималась с Ри, то…
Кулаки сжимаю, от злости челюсть сводит. Зверь внутри мечется, рвется наружу. На языке горький вкус. Ещё ни одно существо на свете так запросто меня из душевного равновесия не выводило. А ведь контроль я всегда держал лучше всех.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Прямо сейчас я намерен пойти и выяснить, кто она. Шпионка, что скрывается под новой личиной. Или просто случайная девушка, что лишь чем-то напомнила мне о Виктории…
И боюсь, если это Виктория, то моего зверя ничто не остановит.
Слишком близко к коже подобрался, клыки выпустил, когти удлинил, дышит, как перед броском.
Глава 5
Алан ушёл, Ри увели, а я так и продолжаю стоять на месте, точно изваяние.
Глупо было бы думать, что на этом для меня всё закончилось. Нет, Алан вернётся! Вернётся и вытрясет из меня правду. Какая же я дура, раз думала, что изменив внешность, обведу всех вокруг пальца!
Но хуже всего то, что Ри снова пострадал из-за меня. Если меня раскроют, то его вздёрнут первым делом. Этого я допустить никак не могу. Но что делать, не имею понятия. От бессилия хочется плакать. И обратиться за помощью не к кому… Или всё-таки есть?
— Катя! — вдруг раздаётся голос Славки. Соседка стоит в проходе с ведром воды и смотрит на меня во все глаза. — Тебя Марта обыскалась. Ох, и зла же она!..ты чего застыла?… Случилось что? Совсем ты бледная… Ой, а что со стеной? Утром этой вмятины не было.
— Скажи Марте… — хрипло прошу я, — что я опоздаю.
— Что? Почему?! Да она тебя с потрохами съест! Ты же здесь всего второй день…
— Мне надо кое-что сделать.
— Ой, нарвё-ёшься… — бормочет Славка, поудобнее перехватывая ведро.
Я не слушаю, со всех ног припуская к нашей со Славкой комнате.
Пробегаю по коридору мимо столовой, быстро спускаюсь по лестнице, заворачиваю за угол и шмыгаю в спальню. И сразу бросаюсь к тайнику, где спрятан осколок зеркала.
— Мама! — шепчу, наваливаясь спиной на дверь, чтобы никому не пришло в голову заглянуть внутрь.
Кристиния появляется в отражении спустя секунду.
— Виктория? — откликается она. Её голос доносится точно из-под толщи воды. — Разве мы не договорились использовать зеркало только в крайних случаях?
— Ты знаешь способ обмануть чутьё оборотня? — От волнения у меня трясутся руки.
— Тебя раскрыли?
— Нет, — шепчу. — Но могут… Точнее, скорее всего раскроют. Алан что-то почувствовал. Я думаю, это из-за метки!
Я вкратце пересказываю, что случилось, надеясь, что Кристиния подскажет, как быть. Может, наколдует чего-нибудь. Или как-то вытащит меня и Ри… Кристиния в зеркале прикрывает глаза. Я пытаюсь унять бешено стучащее сердце. Прислушиваюсь к звукам за дверью… Мне всё мерещится, что в любой момент за мной придут.
— Помнишь флаконы с зельями, что я тебе дала, — наконец говорит Кристиния.
— Да.
— Возьми тот, что в синей баночке. Выпей его перед разговором с принцем.
— Как это поможет? — в моём голосе сомнение. Но я уже бросаюсь к шкафу, судорожно копаюсь в вещах, пока не нахожу склянку, о которой идёт речь. Она совсем маленькая, крышка плотная. Я сжимаю зелье в руке, как единственное спасение.
— Это сильное успокоительное. К тому же его основа — травы. Никакой чёрной магии. Запах перебит мятой, кроме неё ничего не учуют.
— Оно поможет скрыть волнение?
— Да. Распознать врёшь ты или говоришь правду будет сложно. А дальше всё зависит от тебя. Не запутайся в своей легенде. Говори меньше фактов., обходи вопросы. Не ври напрямую… Иначе раскусят.
— Хорошо. Постараюсь! Спасибо. Спасибо… правда!
— Будь осторожней, девочка моя, — грустно говорит Кристиния, исчезая из осколка.
Я убираю его на прежнее место.
А потом думаю… Думаю, что делать. Я уверена, Алан не станет откладывать разговор. Уверена, не пройдёт и получаса, как он будет тут. Уж лучше первой к нему прийти!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Выпить сейчас? Или позже? … Но вдруг я слышу шаги в коридоре. И тут же переворачиваю в себя содержимое флакона, глотаю горькую жидкость. Пустую склянку закидываю под подушку и выскакиваю из комнаты. И тут же едва не врезаюсь в Алана.
