– Послушай, мне пора, – взволнованно проговорила Кейт. – Этот нахал настаивает, чтобы я распаковала чемодан, а мой самолет должен вот-вот взлететь. Напиши мне по электронной почте, как идут дела. И поскорее...
– Но...
Анины возражения повисли в воздухе.
Разозлившись, она быстро ополоснулась под душем, просушила феном волосы. Затем выпила еще вина и заела салатом из тунца. Выпустив Джорджа во двор подыскивать себе приют на ночь, она уставилась в телевизор. И это вместо того, чтобы слушать Баха и читать умные книги.
Спать Аня отправилась в крайне подавленном настроении.
Всю ночь шел дождь, но к утру небо вновь прояснилось. Аня собиралась отоспаться, но проснулась вскоре после рассвета. Надо вставать, подумала она. Переделав все накопившиеся домашние дела, она позавтракала яйцом и чашкой чая. Аня собиралась поработать немного в саду и засесть за статью, но вместо этого неожиданно для себя она оказалась в окрестностях «Сосен». У ее машины сел аккумулятор, и пришлось идти пешком.
Она пошла напрямик мимо огороженных участков, так было быстрее. К тому же на дороге она опасалась встретить Марка.
Слава богу, что его секретарша предупредила Аню по телефону. Лиз Кроуфорд была ее верным другом, часто помогала ей советом, к кому в школе обращаться за помощью, а кого избегать. Они часто завтракали вместе по дороге в школу, и Лиз оказалась первой, кто узнал, что Аня и Марк начали встречаться.
– Аня? Я решила, что нужно тебя предупредить, – раздался в трубке голос Лиз. – Марку вчера домой звонил... Скотт Таилер.
– Только не это! – Аня утомленно прикрыла глаза. Ей не верилось, что он мог так поступить с ней. Не было ли здесь личных мотивов? Уж не преследовал ли он ее за то, что она была кузиной Кейт? Почему у нее такое ощущение, что ее предали?
– Ты знаешь, по какому поводу он звонил? – деликатно поинтересовалась Лиз.
– Догадываюсь, – простонала Аня.
– Марк не стал вдаваться в подробности, но это как-то связано с тобой и Шоном Монро.
– Дай-ка подумать... я «способствовала росту малолетней преступности», – с сарказмом процитировала Аня.
– Что? Нет, об этом и речи не было, к тому же Шону уже семнадцать, не так ли? – озадаченным тоном проговорила Лиз. – Скорее разговор был о твоем поведении в целом. К сожалению, Марк говорит, что не может не отреагировать официально на такую информацию. Ты же знаешь, как он щепетилен в отношении правил и норм поведения...
– Это все вздор, Лиз... – сказала Аня и поведала подруге о действительном развитии событий.
– Уверена, ты с этим разберешься, – подавилась от смеха Лиз.
И почему Скотт Тайлер не усмотрел в этом ничего забавного, вместо того чтобы действовать сгоряча? Может, у него нет чувства юмора?
– Собственно говоря, я звоню тебе потому, что Марка это очень взволновало. Он сказал, что хочет поговорить с тобой, прежде чем принять какое-либо решение. Он хотел позвонить, но решил, что будет лучше выяснить все в неформальной обстановке, поэтому отменил все свои встречи и едет к тебе... вижу, как он отъезжает со стоянки, – произнесла она немного громче, и Аня живо представила, как Лиз поднялась на цыпочки в своем кабинете, чтобы получше видеть школьные ворота.
О господи... Что может быть ужаснее этого разговора... разве что пассивное бездействие в ожидании увольнения.
– Но я тебе ничего не говорила. Изобрази удивление, когда он появится на пороге, – предупредила секретарша.
– Спасибо, Лиз, но меня может и не быть дома. – Аня схватила ключи от машины.
– Почему? Что ты собираешься предпринять?
– Заставить Скотта Тайлера взять свои слова обратно!
Положив трубку, она пролистала телефонный справочник и нашла нужный номер. Из короткого разговора с экономкой выяснилось, что мистер Тайлер работает дома. Это ее обрадовало. Она не горела желанием ехать в его офис, расположенный в деловой части Манукау Южного Окленда, а потом пройти сквозь строй любопытствующего персонала, чтобы добраться до самого важного лица, причем без предварительной договоренности о встрече.
Севший аккумулятор на какое-то время охладил пыл Ани, но не надолго. Она уже переоделась из джинсов и майки в деловой костюм, но тут же сменила его на вязаную кофту, брюки для верховой езды и длинные сапоги.
Несомненно, прогулка пойдет ей на пользу, думала она, упрямо пробираясь по узкой тропинке, а заодно можно будет порепетировать вступительную речь.
Дорога привела Аню к задней стороне «Сосен». Она, не колеблясь, перелезла через проволочное заграждение в огромный сад, сплошь усаженный цитрусовыми и фруктовыми деревьями.
Раздавшийся сухой треск ломающейся ветки заставил Аню взглянуть вверх, но она не сразу заметила фигуру в черном, прижавшуюся к ветвистому ползучему растению прямо под слуховым окном дома. Кто это? Вор-домушник средь бела дня? Потом она заметила, что человек удаляется от открытого окна, а не приближается к нему, пытаясь пробраться к узкой водосточной трубе, спускающейся сбоку. По всей видимости это был подросток.
Аня хотела крикнуть, но сообразила, что может только навредить. Тот, кого она сначала приняла за вора, уже понял, что тонкие ветки не выдержат его веса, и теперь отчаянно пытался дотянуться до дренажной трубы.
Аня подошла поближе и с удивлением узнала девчонку с серьгой в ноздре, с которой столкнулась субботней ночью. От ее грубости не осталось и следа. С высоты шести футов она с ужасом смотрела вниз.
Аня помчалась изо всех сил и успела как раз в тот момент, когда раздался шипящий рвущийся звук – непрочная ветка не выдержала. Девчонка, отчаянно пытаясь ухватиться за дренажную трубу, беспомощно царапнула по ней и начала падать, судорожно размахивая руками и стараясь замедлить падение.
– Не бойся, я поймаю тебя! – широко раскинув руки, крикнула Аня охрипшим от страха голосом.
Аня надеялась сдержать обещание, но не рассчитала свои силы. Падающее тело стремительно обрушилось ей на голову, а острая коленка ударила в грудь, свалив на землю; в глазах у девушки потемнело, и ей показалось, что она потеряла сознание.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
– О, черт, с вами все в порядке?
Аня встрепенулась, сообразив, что причиной окутавшей ее удушливой темноты была не потеря сознания, а одетая в черное девочка, приземлившаяся прямо ей на голову.
– Господи, я очень сожалею... Вы сильно пострадали? – спросила она писклявым от страха голосом.
Аня попыталась ответить, но смогла лишь беззвучно пошевелить губами. Она лежала на траве, в нескольких сантиметрах от вымощенной острыми камнями дорожки. Боже мой! Еще немного, и она ударилась бы о них головой.
