Кстати, основной источник пополнения Шобаровых карманов также был связан с драками: покидая Подземный Город и пребывая в городе обычном — том, что сверху, он обыкновенно забредал в кабаки. Там Шобару всякий раз удавалось устроить дебош и потасовку, тем отвлекая внимание посетителей. Давая возможность напарнику, прозванному Червяком за маленький рост и незаметность, обчищать кошели любителей подобных зрелищ.
Однако на сей раз, похоже, махать кулаками Шобару не хотелось вовсе. Как не желал он ничего иного, кроме как опустошать уже третью кружку пива. Лет на десять старше Нарры, с роскошными черными усами и уже изрядными залысинами, смотрелся этот человек почти благообразно… если бы не взгляд. Человеку знающему он легко выдавал в Шобаре хищника, даром что мелкого. Мелкого хищного зверька, денно и нощно высматривающего добычу.
На подошедшую к его столику Нарру он посмотрел так, будто его взору не то явилось приведение, не то оживший мертвец. И незадачливой воровке не составило труда понять — почему.
— То есть, ты уже знаешь, — вместо приветствия молвила она, садясь за тот же стол.
Шобар кивнул.
— Если ты о том, что вляпалась по горло — то да, — сказал он с грустной усмешкой, — одно не пойму: на кой ляд ты вообще в это полезла. Ну, к Наместнику во дворец?..
Вместо ответа Нарра развела руками: какая мол теперь-то разница.
— А мне гораздо важнее, что делать дальше, — тихо проговорила она.
— Так я один что ли знаю? — буквально взвился Шобар, — что делать… да много чего! Можно утопиться… да хотя бы вон в том озере, только там мелко — придется… хе-хе, постараться. Можно повеситься; можно поручить этот неблагодарный труд людям Наместника. Явившись к нему с повинной. Тогда, глядишь, никто больше и не пострадает от твоей глупости. Клан пощадят… да и всех остальных здесь.
— Хороши же твои советы! — сказала Нарра с изрядным сарказмом в голосе, — я-то думала, мы друзья… А клан мой, похоже они и так… того.
И она провела пальцем у горла.
— Друзья! — это слово вылетело изо рта Шобара как плевок, — деточка, Наррочка, аль ты первый день в катакомбах? Нет ведь… Так пора бы уже усвоить, что друзей у таких как мы не бывает. Есть клан… а в твоем случае — был. Но ты его крупно подставила. Всех, включая и того придурка, что наверняка тебя сдал. Стукачи, знаешь ли, погибают первыми… надеюсь, хоть это тебя утешит.
На миг прервавшись и одним глотком осушив кружку, Шобар продолжил:
— Да и без надобности мне друг, из-за которого я и сам влипнуть могу. И много кто еще. Наместник-то — он ведь тебе не купчишка какой-нибудь! С рук ничего так просто не спускает.
— И что же? — все еще не понимала воровка, — по-твоему люди Наместника могут как нечего делать разгуливать по Подземному Городу? И убивать кого ни попадя?
— Почему нет? — с совершенно неподобающим спокойствием отвечал Шобар, — что им помешает? Или кто? Чего бояться-то?
— Ну например… войны, — осторожно предположила Нарра.
Шобар рассмеялся.
— С кем же? О, ты наверное думаешь, весь Подземный Город в едином порыве выступит на защиту тебя… супротив Ак-Давэра? До победного, хе-хе, конца. А не забыла ли ты, что от Ак-Давэра мы все здесь — кормимся? А значит зависим. Так что война, о которой ты по дурости своей девичьей заикнулась, для нас даже не убийство курицы, несущей золотые яйца. Это самоубийство… независимо от исхода. Победить, чтобы умереть с голоду — на кой ляд это кому надо? Ни Крысам; ни нам, Кротам, и ни-ко-му.
— То есть, ты мне не поможешь, — заключила Нарра, вставая из-за стола.
— А как? — усмехнувшись, проговорил Шобар своим уже заплетающимся языком, — советом разве что… нет, двумя. Дружескими, коль ты настаиваешь. Совет первый я уже тебя дал: сдавайся. Не обязательно же тебя на плаху потащат… вдруг Наместник смилостивиться и… ну, в рабство, например, продаст. Или у себя поселит во дворце. Так, по крайней мере, в живых останешься… а в рабстве-то, поди, не так все и плохо.
— Только не надо этого, — сердито молвила Нарра, — мы оба понимаем, что в рабстве все гораздо хуже. Хуже чем на воле — и даже чем мы можем себе представить. Особенно, если продадут в какую-нибудь задницу мира.
— Тогда второй совет… вольнолюбивая ты моя! Сбеги из города. Да-да, сбеги! Побыстрее и подальше. Наместник-то он только в Ак-Давэре — наместник. А дальше ручонки у него коротки. Эх ты, а ведь могла бы и сама догадаться!
— Спа… сибо, — осторожно пролепетала Нарра, осознавая правоту его слов; особенно последней фразы. И запоздало удивляясь собственной несообразительности.
— Да не за что, — лишь отмахнулся Шобар.
* * *
Капризная судьба вновь свела их на пропитанных пылью и суетой улицах Ак-Давэра — на сей раз под вечер. Как раз когда Фангор разделался с тачкой фруктов, которую ему велели отвезти к дому какого-то богатея. У последнего намечался какой-то праздник и пир горой, а раз так, то и на оплату он не поскупился. Даром что большая часть заработка причиталась продавцу фруктов.
Присев на ступеньки крыльца ближайшей лавки Фангор пересчитывал полученные от заказчика деньги, пытаясь прикинуть свою долю. За этим-то занятием его и застигла Нарра, цепким взглядом выхватившая недавнего знакомца из уличной толчеи.
— Эй! П-привет, — с робкой неловкостью в голосе окликнула она парня, направляясь в его сторону и махая рукой.
Оглянувшись на зов, Фангор тоже узнал свою незваную ночную гостью, однако радости от встречи не разделил.
— Виделись уже, — мрачно бросил он, встречая Нарру не менее мрачным взглядом, — странно, ночью-то ты небось… посмелее была.
Один из прохожих усмехнулся, краем уха поймав Фангорову колкость. И истолковав ее по своему… а точнее, ровно так, как и подобает нормальному человеку. Вполне добропорядочному и ни разу не прятавшему у себя дома беглых преступников.
— Слушай, — все так же осторожно и с деланным смущением начала Нарра, подойдя к своему собеседнику почти вплотную, — а ведь мы даже не познакомились…
— Фангор, — коротко и по-прежнему без тени дружелюбия бросил парень, — теперь-то, надеюсь, твоя совесть чиста?
От него не укрылся взгляд, ненароком брошенный Наррой на монеты в его руках. На монеты, ради которых пришлось тащиться с фруктами через полгорода, обливаясь потом…
Руки Фангора самопроизвольно сжались в кулаки, скрывая блестящие кругляши от посторонних глаз. Однако нужды в подобной предосторожности не было — Нарру они все равно не интересовали. По крайней мере, на сей раз.
— А меня Наррой зовут, — проговорила воровка, улыбнувшись.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
