Читаем без скачивания Пятеро ребят и одна собака - Рене Реджани

Мальчуган простаивал так часами, смотрел и слушал. Тури заметил, что Джанджи, Том и Мантеллина всегда бывают вместе, молча бродят по берегу моря или по полям. Зарождалась дружба. Тури наблюдал и выжидал.

На сей раз Аугусто, наконец, осторожно толкнул калитку и вошёл, но остановился, словно вкопанный, возле изгороди.

Ребятам хотелось отложить инструменты и взглянуть на Мантеллину, но Тури не дал им остановиться.

Аугусто незаметно подошёл к Джанджи, и теперь их разделял только Том. Учёный пёс сидел на задних лапах и не пропускал ни одной ноты. Мантеллина украдкой вытащил руку из кармана старых штанов и положил её на курчавую головку собаки; пудель, казалось, оценил по достоинству этот жест: он вильнул хвостом, правда, весьма осторожно, не касаясь земли, чтобы не поднять пыли, густой и плотной, как песок.

Но вот урок кончился.

Первым убежал Антонио. Теперь он постоянно работал у горбуна Ореста. Отец мальчика не только дал своё согласие, но даже очень гордился сыном: ведь Антонио обучится ремеслу и ему не придётся целиком зависеть от удачи или неудачи рыбной ловли, или в поте лица обрабатывать землю. А если нужно было продавать рыбу, этим теперь занимался Антонио. Ехал ли он в Сиракузы или в Ното, всё равно путь его лежал через Флоридию.

- Одним ударом убивает двух зайцев, - шутил по этому поводу отец мальчика ..

Умчалась Розалия. Её старшая сестра, которая работала в Сиракузах парикмахером, выходила замуж, и не как-нибудь, а за самого хозяина парикмахерской! Вот это счастье. Сёстрам пришлось отказывать себе во многом, лишь бы собрать невесте небольшое приданое. И теперь Розалия, сидя на скамеечке, подрубала края огромной двуспальной простыни. Что и говорить, Розалия молодчина! Научиться шить или вышивать для неё не составляло никакого труда. Но вот уедет сестра, которая заменяла ей мать, и девочка останется совсем одна.

Карчофо торопился вернуться на виноградник; он надеялся, что никто не заметил его отсутствия там, где снимали урожай для муската - самого лучшего вина на свете, тягучего и сладкого, как ликёр.

Отец, однако, вовсе не рассчитывал на помощь сына; взбалмошный мальчуган прекрасно учился в школе, и Италиано Барони давно смирился с тем, что Карчофо почти ничего не делал по хозяйству. Отец гордился успехами сына в учёбе и смутно надеялся на благополучное будущее сына.

В садике Тури не осталось никого, кроме Джанджи с собакой и Мантеллины.

Тури посмотрел на них.

Джанджи учил Аугусто играть на марзану, а Том внимательно следил за ними, поднимая то одно, то другое ухо, и не знал, следует ли ему танцевать на задних лапах, как его учили, или нет.

Вдруг Тури понял: он обязательно должен попытаться принять участие в конкурсе.

Молодой человек вошёл в дом, взял удостоверение личности, шапку и кошелёк с несколькими лирами. Ему предстояло отправиться в Ното за необходимыми документами.

- Я еду в Ното, скоро вернусь. Будьте осторожны. Аугусто, ты старший, береги Джанджи. Том, надеюсь на тебя! - сказал Тури перед уходом.

Пудель прыгнул, обхватил Тури лапами и долго потом смотрел через забор, пока молодой человек не скрылся за поворотом дороги.

Мантеллина покровительственно положил руку на плечо Джанджи.

- Пойдём искать ракушки, - предложил Джанджи.

- Зачем тебе они? - спросил Аугусто.

- У меня их много. Одна красивее другой. Вот взгляни.

Джанджи показал Мантеллине своё сокровище. Аугусто смотрел на ракушки, словно зачарованный.

- Какие красивые! - воскликнул он. - Особенно вот эта, - и он осторожно прикоснулся к ракушке, напоминавшей веер из тончайшего фарфора; но больше всего мальчугана поразил её нежно-розовый цвет, который постепенно переходил в белый.

- Очень красивая, - тихим голосом повторил Мантеллине.

- Тебе нравится? - спросил Джанджи.

Аугусто молча кивнул головой.

- Возьми: я дарю тебе её.

Джанджи сунул ракушку в руку Мантеллины. Аугусто ничего не сказал, но глаза его наполнились слезами.

Он положил ракушку себе в карман и, пока они шли к морю, всё время гладил её, как живую.

- Я ищу большую ракушку, в которой слышен шум моря, - сказал Джанджи, - но мне никак не удаётся её найти.

- Ракушки слишком маленькие; они не могут шуметь, как море, - заметил Аугусто.

- А вот и нет! - возразил Джанджи. - У Дона Пьетро есть такая ракушка. Он приложил мне её к уху, и я слышал, как внутри действительно шумело море. Я тоже хочу.

- Ну, если я найду такую, то подарю её тебе, - сказал Аугусто.

Мальчики пошли полем к берегу моря и вскоре очутились на безлюдном маленьком пляже, где недавно Аугусто и Тури тщетно ожидали братьев Буррузо.

На первый взгляд можно было подумать, что ракушек здесь не найдёшь. Но Джанджи знал, где надо их искать: в песке, у самой воды, или же, наоборот, подальше от берега, на суше, возле кустарника, - самые красивые ракушки ему попадались именно там. Малыш думал: ракушки живые, и прячутся они потому, что не хотят попадать в руки к людям.

- Том, искать! - приказал Джанджи.

Пёс завизжал от радости и устремился на поиски. Первым долгом он побежал к воде и зарылся носом в мокрый песок. Мантеллина посмотрел на него с восхищением.

- Том понял! - воскликнул он.

- Ещё бы! - ответил Джанджи.

Малыш сидел на корточках, согнувшись в три погибели, и подбородком почти касался колен.

Том тихо залаял. Джанджи подбежал к нему.

- Эта ракушка, Том, для тебя.

Пёс обнаружил великолепную кость, отшлифованную временем, с немного почерневшими краями.

- Дай слово, что ты будешь искать ещё! – потребовал Джанджи он взял кость и высоко поднял её.

Том встал на задние лапы и принялся танцевать.

- Обещаешь, противный?

Том выразительно завизжал; он решил дать слово. Джанджи рассмеялся, бросил ему кость и крепко обнял собаку.

Мантеллина от удивления вытаращил глаза.

- Том разговаривает? - пробормотал он.

- Конечно, разговаривает, - ответил Джанджи и снова углубился в поиски.

- А как ты его понимаешь? - допытывался Аугусто.

Он подошёл к Джанджи и тоже сел на корточки. - Это трудно?

Джанджи поднял глаза и удивлённо взглянул на него.

- Что трудно? - спросил малыш.

- Разговаривать с Томом.

- А ты попробуй.

Пока они рассуждали, Том вырыл огромную яму и со всевозможными почестями закопал туда кость.

- Попробуй, - повторил Джанджи.

- А что мне ему сказать? - смущённо прошептал Maнтеллина, боясь, как бы пёс не услышал его.

Джанджи подозвал к себе Тома и с любовью обнял его за шею.

- Здравствуй, - нерешительно сказал Аугусто.

Том посмотрел на него с удивлением.

- Мне он не отвечает, - произнёс Мантеллина.

- С тобой он ещё не знаком, - сказал Джанджи. - Том, это Аугусто, Мантеллина, хотя плаща у него больше уже нет. Он мой друг, поздоровайся с ним.

Том неуверенно топтался на месте, глядя то на одного, то на другого мальчика.

- Говорю тебе, это мой друг, поздоровайся с ним, ну, живо!

Том долго думал над тем, какую лапу подать, и в конце концов протянул правую. Мантеллина с благоговением пожал ему лапу.

- Теперь он с тобой знаком. Можешь сказать ему всё, что хочешь, - заметил Джанджи. - Учти, он не со всеми здоровается.

- Но со мной он поздоровался, - заявил не без гордости Мантеллина.

- Да, с тобой он поздоровался, - согласился Джанджи.

- Ой, какая ракушка! - воскликнул неожиданно Аугусто.

Мальчик вынул из влажной ямки, образовавшейся в песке, прекрасную голубую ракушку и побежал обмыть её в море в лёгких, набегающих волнах. Потом он протянул ракушку Джанджи.

- Я дарю тебе её, - сказал Аугусто.

Ракушку трудно было назвать огромной, необыкновенной, она не шумела, как море, но всё же она была довольно большой и очень красивой.

Том высвободился из объятий хозяина и принялся, как сумасшедший, бегать взад и вперёд по пляжу. Джанджи взял несколько гладких камешков, бросил их в море и приказал пуделю достать их.

- Принеси камешки, Том, быстро! - скомандовал малыш. Пёс побежал, но у самой воды вдруг передумал, остановился и залаял.

- Противный, не хочет лезть в воду! - кричал Джанджи и смеялся.

Малыш устремился навстречу Тому, притворяясь, будто собирается насильно втолкнуть его в море. Том выскальзывал у него из-под рук, лаял, сопротивлялся. Мантеллина тоже хохотал до упаду. А потом они нашли морского конька.

Джанджи хотел поднять ещё один камешек и бросить его в море, чтобы Том снова окунулся в воду. Но, увидев морского конька, малыш так и замер на месте. Том выжидательно завилял хвостом, не сводя глаз со своего хозяина. Подошёл Мантеллина, и вместе они принялись разглядывать находку. Конёк оказался целым: у него была заострённая мордочка, скрученный плавник, тонкие прожилки, но ни чешуи, ни костей. Маленький обитатель таинственных морских глубин, чудовище крохотных размеров напоминало изящную безделушку.