было! Я стройная! Беременность было бы не скрыть.
— Ну, стройной, допустим, ты никогда не была. Не то, что я в твои годы. Жди. Через час буду. С подарками! Научу, как правильно кипятить пеленки! Ты ведь их кипятишь, я надеюсь?!
— Какие пеленки?
— Я так и знала! Лентяйка! Ты посмела напялить на мою внучку…
Я отключила звонок. Может, дверь запереть покрепче? Нет, эта вынесет. Она может. Вместе с петлями и замком. А я-то надеялась, что навсегда избавлюсь от этой горгоны! Наивная дура. Придется Сашке звонить. Вот уж кого мне не хватает, так это бывшего мужа!
— Несчастье, вот скажи, зачем ты украл мой телефон и чавкал в трубку? Надеялся произвести впечатление? Хотел, чтоб тебе позавидовали?
— Низаю, — нырнул в пакет с покупками зверь и зашебуршал там.
Сашка взял трубку практически сразу. С десятого гудка, для него это абсолютный рекорд скорости.
— Твоя мать рехнулась! — начала я без обиняков.
— Ты только сейчас это заметила, дорогая?
— На этот раз окончательно. Она решила, что я родила!
— А ты не рожала?
— Нет, конечно, ты издеваешься?
— Просто мама умеет быть убедительной. Я уж испугался, что, и вправду, мог не заметить. Последние месяцы были напряжёнными, заказ для Иранского шейха.
— Саша, сделай что-нибудь!
— Ты же знаешь, что спорить с моей матерью нельзя, потому что это бесполезно. Приносит только моральные и материальные потери. Пусти ее в квартиру, чтобы она убедилась, в том, что никакого ребенка не существует. И тогда эта ситуация перестанет быть нашей проблемой. Она направит свою энергию на переустройство жизни соседок. Или кто ей там наплел про ребенка. Мне лично их не жаль, а себя жаль. Да и тебя, в общем, тоже.
— Саша!
— Главное, помни, если стихию остановить невозможно, ее стоит направить в нужное русло. Ты же не хочешь, чтобы она стала следить за тобой и шпионить по кустам? Или того хуже, договорилась с хозяйкой квартиры, выпросила у той ключи под благовидным предлогом и явилась без спроса?
— Не хочу.
— Ну вот и прекрасно. Прости, у меня дошло до нужной консистенции белое золото. Нужно успеть перелить его в форму. Удачи! Нам всем…
Свекровь — это стихия. Разрушительная, как горный сель. Такую, действительно, мало чем остановишь! Нет, смена замка ничего не решит. Нужно снять квартиру на другом конце города! Ещё лучше в тундре. Чтоб только на собачьей упряжке добираться. Тогда, может, и не достанет.
Вот только оплаченных двух недель аренды жаль, да и залог мне никто не вернёт, если съеду без предупреждения или по причине нарушения договора.
С чего свекровь вообще решила, что я родила? Вот как нормальный человек мог в такой бред поверить? Мы виделись с ней часа два назад! Мексиканский сериал какой-то. И ладно бы я была девушкой в теле или носила мешковатые свитера размера оверсайз на бегемота!
Посмотрела на себя в зеркало, чтобы провести ревизию неучтенных жиринок.
Как была стройной, так и осталась. Ничего лишнего вроде не намечается. Да и откуда бы мог взяться жирок, если я с утра до вечера бегаю так, что все белки давно повесились от завести в своих колесах!
То на фабрику, то в лабораторию, то на практику от предприятия. Тут не то что потолстеть не успеешь, тут бы успеть перекусить что-то кроме свежего воздуха и пыли лечебных трав.
Так! Сейчас главное — скрыть следы преступления, чтоб не попасться. Добежала до кухни, спрятала конверт и золотые монеты поглубже в ящик с ножами. Сюда она наверняка не полезет младенца искать. По крайней мере я все ещё надеюсь на некоторую ее адекватность.
Клетка! Мне же ее даже не сдвинуть! Ужас какой! Впихнула внутрь клетки любимый цветок. Азалия, прости, но так надо. Потом верну тебя на подоконник. Скажу, что ты генетический мутант особо ценного вида, а это не клетка, а сейф.
Что ещё? Здесь вроде бы все. Жаль, панно ничем не прикрыть. Может, скатать его? Но зачем? Сама не понимаю, почему не хочу, чтоб свекровь увидела эту картину. Долетела до спальни, снося собой косяки.
Странно, в моей спальне пахнет садом и морем. Может, я что-нибудь пролила из экстрактов? Но йода точно среди них не было. Потом разберусь.
Картина со стены отклеиваться не захотела. Я честно попыталась подцепить ногтем с краю. Бесполезно, будто она и вовсе вросла в эту стену. Ну и ладно. Картина — не ребенок, от нее проблем быть не должно.
Чупокабр! Как сделать так, чтобы его не нашла эта ненормальная?
У Галины Николаевны чуткий нюх в самом прямом смысле слова, а любой зверь обязательно пахнет. Даже если я ничего не чувствую, это не значит, что запаха от шерсти нет. Повезло, что ванную ему набрала. Так, чтобы такое туда налить, чтоб не навредить, и запах отшибло?
Ромашка — чудесное средство, мяты можно добавить. Эхинацеи? Ссыпала в теплую вводу все безопасные травы, полезные для восстановления шерсти и кожи.
— Несчастье, иди сюда!
Когти процокали по ламинату. Зверь засунул морду в дверной проем, ещё шире округлил глаза, хотя, казалось бы, куда больше? Уставился на измельченные травы, проплывающие по поверхности.
— Чииай! — мявкнул чупокабр. Я думала его заманивать придется. Как же. Прыгнул с разбега, обрызгав вокруг все. Проплыл немного под водой, извиваясь хвостом. Вынырнул, отхлебнул прямо из ванной.
— Миод! — не то икнул, не то мурлыкнул, — Орько!
— Погоди, я шампунь забыла. Мы же тебе купили противоблошиный.
Сбегала в прихожую. Точно! Вот он шампунь! Прямо под опустевшими банками от консервов спрятался.
На этикетке — перечеркнутая вечеринка паразитов на собачьей шкуре. Такая вселяет надежду на лучшее. Вернулась в ванную. Чупокабр так и сидит под водой, ловит лапками хвост. Кстати, воды стало значительно меньше, а бока у зверя надулись. Выпил он ее, что ли?
Это я виновата, не поставила миску с водой, а консервы дала. Точнее он сам их добыл из пакета.
И как его мылить? Надо, наверное, мочалку достать, чтоб и промыть как следует и не рассадить себе пальцы об шипы, хотя они вроде гладкие на ощупь.
— Вылезай!
Первой вынырнула круглая тарелка морды. Сквозь сжатые губы зверь выпустил фонтанчик воды, улыбнулся во все три ряда острых зубов.
— Миод? — довольно мурлыкнул.
— Шампунь принесла, мылить тебя буду.
Подхватила ладонью под круглое пузо, плюнула из флакона на спину средство. Сладким пахнет, довольно приятно. Чупокабр извернулся и умудрился достать кончиком языка до своей же спины. Плюнул, чихнул, затрясся.
— Манулла! Ни миод! — начал он вырываться, но стоило начать растирать заскорузлую шкуру
