* * *
Г. НУЛИН
ГИБЕЛЬ ФРЕГАТА "ДИАНА"
Рис. mf075-m.jpg
В КОНЦЕ СЕНТЯБРЯ 1853 ГОДА фрегат "Диана" вышел с Кронштадтского рейда в долгий и трудный рейс на Дальний Восток. Это был новый корабль, построенный соломбальскими мастерами из сосны и лиственницы и обшит медными листами. Его основные размерения: длина 52,8 м, ширина 13,5, глубина трюмов около 4 м.
Командовал им опытный тридцатишестилетний капитан Степан Степанович Лесовский.
После того как успешно миновали мыс Горн, сделали короткую стоянку в порту Вальпараисо. Здесь уже был английский военный корабль, но о том, что Франция и Англия объявили войну России, наши моряки узнали лишь в порту Гонолулу на Саидвичевых островах. В задачу Досовского входило как можно скорее достичь Татарского пролива и поступить в распоряжение вице-адмирала Е. В. Путятина, находившегося там на фрегате "Паллада". Дипломатическая миссия адмирала затянулась. Япон ское правительство не торопилось подписать русско-японский договор о дипломатических отношениях с Россией.
Но адмирал зря времени не терял.
Под его руководством офицеры "Паллады" исследовали и произвели опись восточного побережья Корейского полуострова и открыли залив Посьет.
Со дня на день надо было ожидать корабли англо-французской эскадры на Дальнем Востоке, поэтому Путятин решил заранее подготовиться к встрече с неприятелем. В Императорской гавани (ныне Советская) укрепили подходы - на берегу поставили батареи. Сюда перешли фрегат "Паллада" ч другие корабли отряда.
Путятин и его свита отбыли на "Диане" в Японию для возобновления переговоров. 22 ноября 1854 года фрегат встал на якорь на рейде Симоды, в ожидании полномочных японских представителей. Путятин узнал от местных властей, что английские корабли несколько недель простояли в Нагасаки, а затем вышли в море. Русские моряки поставили свой фрегат в такую позицию, чтобы неприятель имел как можно меньше выгод от превосходства сил. На дальнем мысу бухты установили пост для наблюдения за морем.
Казалось, ничто не предвещало беды. Удачно выбрана стоянка. Нормально шли переговоры с прибывшими полномочными представителями японского правительства. К вечеру 8 декабря разразился шторм. Отдали второй якорь, спустили реи и стеньги.
К утру ветер стих, и тогда решили снова поменять стоянку и пошли в северо-восточную часть бухты, чтобы там исправить поврежденный такелаж.
Утром 11 декабря моряки почувствовали содрогание корпуса корабля без видимой на то причины. Через несколько минут вода близ города как будто закипела. Течение реки, впадающей в бухту, значительно усилилось, а волны с моря устремились к берегу, образуя водовороты вокруг острова и мысов. Джонки, стоявшие у города, какая-то неведомая сила понесла вверх по реке. Уровень воды резко понизился. На фрегате отдали второй якорь. Вслед за этим вода стала снова прибывать. Фрегат ворочало то в одну, то в другую сторону. Приливы и отливы быстро сменялись, образуя жуткие водовороты. Никто не понимал, что происходит вокруг. Что-либо предпринять в этой сумасшедшей круговерти было невозможно. Все, затаив дыхание, ждали неминуемой гибели.
Фрегат то несся к городу, то с такой же силой устремлялся назад к выходу из бухты. Якоря уже не держали. Несколько джонок разбилось о его борт.
На глазах у моряков огромный водяной вал полностью накрыл город.
Затем бухта наполнилась частями разрушенных домов, бревнами, крышами, перевернутыми джонками, трупами людей и животных. Все это неслось из города в мутном потоке со страшной скоростью. За этим валом последовало еще несколько... От города ничего не осталось. Все затянуло дымом, распространился серный запах. Фрегат вращался, как волчок, запутавшись в своих же якорных цепях. Раздалась команда: "Все наверх, крепить орудия. Люки закрыть".
С креном на левый борт "Диану" несло на отмель. Наступила зловещая тишина. Фрегат лежал на борту и скрипел всеми частями. Казалось, еще мгновение и он развалится. И только слышны были слова: "Да будет воля божья. Ребята, не робейте!"
С новым приливом фрегат стал подниматься. Один матрос погиб, двое получили тяжелые ранения.
Когда пришли в себя, проверили трюмы. Оказалось, что вода в них сильно прибывает. Заработали всеми помпами. После полудня фрегат остановился вблизи подводного камня, и вдруг моряки увидели недалеко от борта всплывшую часть собственного киля. Корабль чудом еще удерживался на воде. Хвала его строителям, ломбальским мастерам! Вскоре обнаружили, что оторвало руль. Срочно требовался капитальный ремонт. Но где? Город представлял собой жуткую картину разрушений. Решено было начать переход в бухту Хеда, расположенную в 35 милях от Симоды. Чтобы облегчить фрегат, свезли на берег все орудия, подвели под кормовую часть пластырь из паруса. Течь после этого заметно уменьшилась. На берегу сделали временный руль. Поставили паруса, но встречный ветер развил волну. От сильной качки течь снова увеличилась. Наступила ночь. Одна за другой выходили из строя помпы.
Настал момент, когда надо было принять меры к спасению экипажа.
Спустили на воду плавсредства, и моряки стали покидать корабль. Путятин принял предложение японцев отбуксировать фрегат в закрытую бухту Хеда и поставить там его на мель.
Утром 7 января 1855 года японцы собрали около 100 лодок, и только утих ветер, начали буксировать фрегат, заметно осевший в воду. За три часа удалось пройти миль пять. Как вдруг и, казалось, без всякого повода, к удивлению русских моряков, все японские лодки спешно покинули фрегат и устремились к берегу. Вскоре все прояснилось. Налетевший минут через 10 шквал развил сильное волнение, и Путятину с последней группой моряков едва удалось спастись на шлюпке.
Брошенный фрегат развернуло и понесло обратно, а вскоре он перевернулся. С рассветом его уже не было видно. Измученные моряки с трудом добрались до бухты Хеда. Японцы, несмотря на то, что сами пострадали от землетрясения, оказали русским морякам помощь и поддержку. Чтобы попасть на родину, требовался корабль. И русские моряки решили его строить своими силами. О том, как была построена шхуна "Хеда" и как сложилась дальнейшая судьба моряков, мы расскажем в следующем номере.
* * *
Л. СКРЯГИН
ДРАМА "ДУНКАНА ДУНБАРА"
Рис. mf076-m.jpg
У английских моряков есть такая традиция: если после кораблекрушения в живых остается один человек, то такого счастливчика, вне зависимости от его настоящего имени, называют "Хью Уильямсом".
Это имя стало нарицательным не случайно: на протяжении трехсот лет оно по странному стечению обстоятельств десяток раз фигурировало в официальных отчетах Британского Адмиралтейства как имя единственного уцелевшего очевидца катастрофы на море.
Наш рассказ о гибели английского клипера "Дункан Дунбар" и человеке, который при этом третий раз оказался "Хью Уильямсом".
Клипер был построен в конце 1863 г. в Сандерленде корабельным мастером Джеймсом Лэйнгом. По типу парусного вооружения "Дункан Дунбар"
считался трехмачтовым кораблем, его регистровая вместимость составляла 1321 т, длина - 202 фута.
На ходовых испытаниях при штормовом ветре судно показало максимальный ход 18 уз. Хотя "Дункан Дунбар" предназначался для срочных почтовых рейсов между Англией и Австралией, Британское Адмиралтейство переоборудовало его в военный транспорт. Англия, вступив в войну с Россией, начала перевозку своих солдат в Крым.
В 1854 г. "Дункан Дунбар", доставя на внешний рейд осажденного Севастополя военный груз и около тысячи солдат, чудом избежал гибели во зремя знаменитого ноябрьского урагана, погубившего англо-французскую эскадру. После окончания Крымской войны в 1856 г. "Дункан Дунбар" под командованием капитана Джеймса Грина совершил из Ливерпуля в Сидней весьма быстрый по времени рейс. Клипер отдал якорь в гавани Порт-Джексон на 70-й день. Всего лишь недели не хватило Грину повторить рекорд клиперов "Лайтнинг" и "Джеймс Вэйнс" (63 дня), установленный на том же переходе в 1853 и 1854 гг.
31 мая 1857 г. "Дункан Дунбар", имея на борту 68 пассажира, 59 членов экипажа и генеральный груз, под командованием того же Грина снялся на Сидней в свой роковой рейс.
Некоторые морские историки Великобритании, описывая гибель этого корабля, утверждают, что якобы перед выходом в море в воскресенье капитан "Дункана Дунбара" заявил судовладельцам: "Я лучше брошу якорь в аду, ежеле не в гавани Порт-Джексон на 63-й день!" Однако расчет капитана Грина отдать якорь в гавани Сиднея на 63-й день плавания не оправдался. Встречные западные ветры Атлантики задержали судно в Английском канале. К заливу БотаниБей подошли лишь на 81-й день. Вечером 20 августа 1857 г. клипер был у мыса Норт-Хед, что с севера ограждает вход в гавань Порт-Джексон.
Несмотря на плохую видимость, впередсмотрящие заметили огонь маяка упомянутого мыса. Сумерки быстро сгущались, начавшийся шторм от зюйд-оста усиливался... Вход в гавань уже не был различим за пеленой брызг. Оставшийся в живых очевидец этих печальных событий сообщил:
