вооружены мы или нет… Нас здесь размажут при попытке к бегству, сечете? – Он окинул взглядом ребят: – Бежим к выходу, по дороге берем «языка», узнаем об Ульяне.
– Ты ее тут бросить хочешь? – Артем потемнел.
Василий выдержал его взгляд, отозвался подчеркнуто спокойно. Кажется, он впервые в жизни точно знал, что нужно делать и понимал, что если не он, то больше некому:
– Мертвыми мы ей точно не поможем, Паук. Как старший помощник капитана считаю важным обеспечить живучесть экипажа и его возврат на борт «Фокуса»… Но ты можешь остаться здесь и героически сдохнуть в неравной схватке с безопасниками «Берга». Думай, Паук, сам. Но времени нет.
Не дожидаясь его ответа, скомандовал экипажу:
– За мной. В стыковочный отсек.
Кир схватил Наташку за руку, потянул за собой по коридору. Ираль и Тим направились за ними. Крыж шагнул следом, обернулся:
– Паук, не дури. Мы не можем обыскать клириканский линкор. Это тысячи помещений. И… Ты же понимаешь, что она может быть не здесь. Мы просто положим команду. И все.
Артем опустил глаза:
– Если она в руках Сабо… Ты же понимаешь, что он с ней сделает… Что, возможно, он прямо сейчас с ней делает. – Он посмотрел на Василия с тоской. – Он же зверь.
– Он отстыковался раньше нас, но его шлюпки не было в стыковочном отсеке, – Крыж говорил жестко, как никогда. Посмотрел вслед ребятам, вздохнул. Положив руку на плечо друга, тихо проговорил: – Надо идти, Паук. Пока мы вместе, мы побарахтаемся, помнишь? Так Улька говорила. Надо идти. Ради нее.
Он с усилием потянул генетика за собой. Настойчиво подтолкнул в спину.
* * *
Штурмовой крейсер «Трол» вышел на боевую позицию еще перед входом в транзакцию. Бригада штурмовиков «Ягеля» уже заняла позиции, готовая после прохождения точки сборки покинуть стыковочные шлюзы «Трола», чтобы выйти на перехват «Берга».
– Штурмовой группе – готовность номер один, – Яль Нирих замер у монитора связи с рубкой, рассеянно посмотрел на график загрузки транзакционного перехода.
Гадкое чувство развязывающегося конфликта липло к нёбу, лишало мысли ясности.
Пять минут назад, перед выходом к точке транзакции он успел связаться с Теоном, чтобы подтвердить координаты обнаруженного «Берга». Сообщил коротко:
– Разведгруппа подтвердила трассировку «Фокуса»: фрегат замер на рейде у Ола́риса в двухстах восьмидесяти милипарсеках до запланированной точки перехвата, подсектор ND115 квадрат бета-2-9-15, – коротко сообщил. – Рубка «Фокуса» на вызов по-прежнему не отвечает. Проблесковые маячки выключены, пеленг-система открыта. – Оба оперативника понимали, что это означает. Но годы службы в спецназе доказывали – выигрывает тот, кто барахтается до последнего. Яль Нирих добавил: – На координаты «Фокуса» дополнительно направляю катер охраны с четырьмя бойцами, пусть проверят, что с судном… Подтверди мандат.
Нирих спокойно выслушал, как начальник криминальной полиции и давний товарищ выругался, мрачно отметил про себя: «Сам виноват, подключил бы раньше, сработали бы на опережение, и не пришлось бы глотать пыль трассировки». Когда Теон замолчал, сообщил отрывисто:
– К перехвату «Берга» готов.
На экране загрузки мелькнули иконки активации вооружения, запустился обратный отсчет: крейсер с бойцами «Ягеля» на борту вывел на максимум гравитационные пушки и плавно нырнул в распахнувшееся транзакционное окно.
Короткий и стремительный гамма-переход.
Нирих оглянулся на замерших в рукавах стыковочных шлюзов бойцов, нахмурился – всегда особенно неприятно работать против своих. Он знал капитана «Берга», знал половину его ребят, в том числе команду сопровождения. И понимал, что вероятнее всего, они действовали по Протоколу. Понимал, что сейчас будут длительные препирательства и разборки, проверка адмиций. И все это время он, Яль Нирих, будет чувствовать себя паршиво.
Шкала окрасилась красным, под сводчатым потолком стыковочного шлюза коротко брякнул звуковой сигнал оповещения о готовности к погрузке.
– По позициям! – коротко скомандовал Нирих и направился к ближайшему шлюзу.
Бегло взглянув на опустевший стыковочный отсек, окрашенные оранжевым шлюзы, Нирих нырнул в штурмовой катер.
– Три. Два. Один, – штурман завершал обратный отсчет, сообщил на пульт дежурного. – К вылету готовы.
Его руки замерли над пультом управления в ожидании приказа, маневровые гудели, набирая обороты.
Нирих занял свое место в центре рубки: главный монитор, разделенный на восемь активных секторов по количеству групп, участвующих в штурме, транслировал готовность группы.
– Иали́с, – отдал приказ на клириканском.
Давление на барабанные перепонки, легкая тошнота и головокружение – ровно одну минуту, пока катер набирает скорость, вырываясь из гравитационной тени крейсера.
Удар по грудной клетке, давление под ребрами, на центральном мониторе распахнулся выход из транзакции. Почти одновременно, с разницей в сотые доли секунды, все восемь квадратом на мониторе полыхнули огненно-белым – катера покинули гамма-переход, под прикрытием «Трола» и направились к линкору.
Нирих слышал, как капитан «Трола» включил внешнюю связь.
– Линкор «Берг»-128-17, с вами говорит крейсер Управления сопровождения следственных действий «Трол»-12-140-Граах. В отношении вас проводится проверка в соответствии с Протоколом 100. Прошу выключить двигатели движения и заблокировать маневровые.
Короткий шумовой сигнал переключения внешней связи, дежурный с «Берга» отрывисто отозвался:
– Прошу предоставить адмицию уполномоченного органа, «Трол»-12-140-Граах.
На загрузочной панели высветился приказ криминальной полиции о блокировке сектора и проверке «Берга» в связи с его контактом с «Фокусом».
Клириканский линкор уже замер на рейде, явно не намереваясь скрываться и оказывать сопротивление. Мелькнули зеленые проблесковые маячки, подсказывающие о блокировке маневровых.
Нирих дал команду увеличить скорость горизонтального перемещения, выровнять траекторию полета штурмовиков.
– Первое звено, контроль левого борта. Второе звено – на правый.
Восьмерка штурмовиков разделилась надвое, плавно заняла позиции по левому и правому борту «Берга», повисла на границе искусственного гравитационного поля, окружив линкор.
Нирих сосредоточенно наблюдал за данными внешнего сканирования судна – «Берг» шел с полной боевой загрузкой, с группой захвата на борту. Все стыковочные шлюзы заняты бортовыми катерами сопровождения. Спецназовец перебросил первичные данные в Управление.
Связался с рубкой «Берга»:
– Говорит начальник спецподразделения «Ягель» Яль Нирих. Код стыковки четыреста. Как понял, «Берг»?
– Понял вас, «Трол». Шлюзовые камеры два, пять, семь и четырнадцать. Движение по ходовым знакам, скорость продольного перемещения семь, дифферент один. Скорость три… Готов к захвату… Захват.
Головной катер дернулся вперед и замер.
Зашумела система стыковки, проверяя герметичность воротника и выравнивая давление.
Нирих подошел вплотную к стыковочному шлюзу, дождался сигнала завершения стыковки. За спиной шефа замерли офицеры охраны, первая штурмовая бригада «Ягеля». Яль Нирих кивнул им, не оглядываясь.
– Работаем.
* * *
Несколькими минутами ранее,
капитанский мостик борта линкора «Берг»
бортовой номер 128-17
Капитан линкора «Берг» Гро́до Гала́н только что завершил инструктаж дежурной смены, только что согласовал окно транзакции с диспетчерами сектора, когда был экстренно вызвал по коммуникатору. Он посмотрел на монитор: спецкодировка сигма-два, правительственная, переадресована дежурным связистом линкора. Гродо Галан принял вызов:
– Слушаю.
Из динамика прошелестело:
