– Требовать у него объяснений – слишком много чести, – сказал Робин отчиму. – Он решит, что вы всерьез рассматриваете его как будущего жениха.
– Черт побери! – воскликнул мистер Хэвлок. – Ты прав, мой мальчик! Сделаем так, как задумали. Завтра к этому часу уже все решится, и девочка будет счастлива, как птичка. Уверен: она обрадуется, что мы выбрали именно тебя, Робин. Чем дольше я думаю об этом, тем больше в этом убеждаюсь.
– Кассандра непременно обрадуется, – подхватила миссис Хэвлок, с улыбкой глядя на сына. – Робина она с детства обожает. Господи, и как мы раньше не додумались до такого простого и счастливого разрешения всех проблем?
– До сегодняшнего дня мы не могли ничего предпринять, Алтея, – возразила леди Беатрис. – Мы же были в трауре. Так что не все потеряно. Подойди и поцелуй свою тетушку, Робин. Дай-ка я обопрусь о твою руку. Нам пора спускаться в гостиную. Надеюсь, Кассандра и Пейшенс уже одеты и не опоздают к началу праздника. Девушки всегда опаздывают, когда у них на уме одни балы и поклонники. Я-то прекрасно помню, как это бывает.
С этими словами она подставила щеку смеющемуся Робину.
Это самый счастливый день в ее жизни. Кассандра в этом не сомневалась, хотя и чувствовала себя немного виноватой: ведь именно в этот день год назад умер ее отец. Но при его жизни она всегда была послушной и любящей дочерью, а после смерти отца носила по нему траур целый год. Она всегда будет чтить его память. Но ведь жизнь продолжается. И сейчас девушка была счастлива.
Сегодняшний вечер – самая торжественная часть этого счастливейшего дня. После того как горничная приколола кружевной чепец к ее тщательно напудренным и завитым локонам и расправила складки длинного шлейфа, Кассандра встала, оглядела себя в огромное зеркало, вделанное в стену, и осталась вполне довольна своим нарядом.
Нет, более чем довольна. Все складывалось чудесно, и хотя она не посмела бы признаться в этом ни одной живой душе, Кассандра была уверена, что выглядит тоже чудесно. Тетя Беатрис оказалась права насчет цвета бального платья. Девушке хотелось надеть на бал что-нибудь яркое, чтобы не выглядеть совсем уж юной девочкой и поскорее избавиться от надоевшего траурного черного. Но тетушка Би убедила Кассандру в том, что изысканная нежность оттенков подходит ей больше, чем буйство красок.
Бальное шелковое бледно-золотистое платье Кассандры, украшенное вышивкой, расходилось от талии и открывало нижнее платье, темно-золотистое, с богато расшитым лифом и натянутой на каркас пышной юбкой. Кружевные воланы окаймляли рукава длиной до локтя. Башмачки из золотистого шелка и веер из слоновой кости довершали изысканный наряд.
Кассандра знала, что выглядит очаровательно, хотя в платье она казалась еще меньше ростом и моложе, что всегда удручало ее. Кассандра производила впечатление хрупкой, беспомощной девочки, да все и обращались с ней как с ребенком. О, конечно, как с обожаемым и всеми любимым ребенком, что правда, то правда! Но уж слишком снисходительно.
– О Касс, ты выглядишь прелестно! – восторженно, но с легкой завистью выдохнула Пейшенс.
Кассандра почти забыла о присутствии кузины. Пейшенс и тетю Матильду пригласили в Кедлстон, чтобы они переоделись там в легкие вечерние наряды. Ведь по пути из коттеджа они могли бы подхватить простуду, поскольку тетя Матильда всегда отказывалась воспользоваться кедлстонским экипажем.
– Правда? – переспросила Кассандра, кокетливо склонив голову набок и продолжая рассматривать себя в зеркале. – Но это можно сказать про нас обеих. – Светло-голубое платье было очень к лицу Пейшенс, хотя ее угловатая фигурка девочки-подростка до сих пор не приобрела соблазнительные, округлые формы, да и вряд ли когда-нибудь приобретет. Тем не менее Кассандра обыкновенно не без тайной зависти отмечала, что Пейшенс высока ростом, почти на четыре дюйма выше своей старшей кузины.
– Все кавалеры мечтают танцевать с тобой, – сказала Пейшенс. – На всех желающих и танцев не хватит.
– Сегодня день моего рождения, – отозвалась Кассандра, – поэтому каждый из приглашенных чувствует себя обязанным пригласить меня на танец. Но уверена, у тебя тоже отбоя не будет от кавалеров. Неужели ты думаешь, что проторчишь у стенки весь вечер? Фи! – Пейшенс явно недооценивала себя. А ведь кроме хорошенького личика она обладает и солидным приданым, которое перейдет к ней по наследству от отца, как только Пейшенс выйдет замуж.
– Виконт Роксли непременно захочет потанцевать с тобой, – продолжала Пейшенс. – Он такой красивый и элегантный джентльмен, Касс. Вполне возможно, что, протанцевав с ним танец, ты изменишь свои взгляды и наконец влюбишься. Признаюсь, все это слишком похоже на сказку. Виконт появился так внезапно и как раз в день твоего рождения. Он друг покойного дядюшки и специально приехал из Лондона, чтобы увидеться с тобой.
Кассандра обернулась к ней и рассмеялась.
– Но у меня нет хрустальной туфельки, которую я могла бы потерять. И кроме того, Пейшенс, я не собираюсь убегать с бала в полночь. Да, виконт потрясающе красив и просил меня оставить за ним второй танец. Мне будет приятно с ним потанцевать, вот и все. Завтра виконт вернется в Лондон. Надеюсь расспросить его о папе, пока он не уехал.
– А может случиться и так, что он влюбится в тебя, – продолжала Пейшенс, словно не слыша слов кузины. – Наверное, дядя рассказывал ему, какая ты красавица, и он с нетерпением ждал, когда кончится твой траур, чтобы нанести тебе визит. Даже лучше, что виконт приехал год спустя. Без траурных одежд ты еще красивее. Он непременно влюбится в тебя и увезет в Лондон, а там ты будешь блистать на балах и приемах.
– Пощади, Пейшенс! – смеясь, воскликнула Кассандра и закружилась перед зеркалом. – И они жили долго и счастливо. Как это скучно! Пойдем-ка лучше вниз. Нехорошо, если я появлюсь в гостиной в последний момент, как какая-нибудь гостья, а не хозяйка бала. Сущее неприличие – о таком и подумать стыдно! Но я кое-что забыла.
С этими словами Кассандра подлетела к трельяжу, сняла крышку-с маленькой коробочки, которую вытащила из верхнего ящика, и сунула туда пальчик.
– Возьми себе одну, – предложила она.
– Мушки? – удивилась Пейшенс, заглянув ей через плечо. – Касс, ты собираешься наклеить мушку на лицо? Но куда?
– Сейчас посмотрим. – Кассандра вынула из коробочки крохотный черный кружочек. – У краешка глаза? Нет, пожалуй. На щеке? Нет, там у меня ямочка. В уголке рта? – Приклеив туда мушку, она обернулась к кузине:
– Как тебе нравится?
– А разве ты не знаешь, что мушка в уголке рта означает доступность? – усмехнулась Пейшенс.
