– Черт побери, – воскликнул Робин, – танцуя, толком не поговоришь! Давай побеседуем после бала, Касс? За ужином. Поедим, потом пораньше выйдем из столовой и подыщем укромный уголок.
– Зачем?
– Нам надо серьезно поговорить.
– Поговорить? – Кассандру уже тяготило его внимание. Она ведь только что освободилась от опеки дяди Сайруса. Вдруг Робин решил, что ей необходимо его покровительство? Да, Кассандра любит Робина как брата и всегда охотно выслушает его советы, тем более что к его словам стоит прислушаться: он вот уже несколько лет успешно ведет дела в своем имении. Но «присматривать за собой» не позволит ни ему, ни кому-либо другому. Ох уж эти мужчины, все они одинаковы! Должно быть, все считают, что сейчас, достигнув совершеннолетия, девушка только о том и мечтает, чтобы поскорее выскочить замуж. Можно подумать, ей не справиться с жизненными неурядицами, если супруг не будет следить за каждым ее шагом и контролировать каждый ее вздох.
– Встретимся за ужином. – Робин поклонился. Менуэт закончился, и Кассандра присела перед ним в реверансе.
– Хорошо, если это так важно для тебя.
– Да, важно, – кивнул он.
«О Господи, неужели Пейшенс права насчет Робина?» Кассандра надеялась, что нет.
– Клянусь Богом, я безумно счастлив, – промолвил Найджел, танцуя с ней котильон, – что у меня оказалось достаточно здравого смысла (и, возможно, смелости), чтобы пригласить вас на танец заранее, еще днем. Кавалеры кружатся вокруг вас, как пчелы.
Кассандра лукаво улыбнулась, и на щеке ее обозначилась ямочка. Он вообразил, как коснулся бы этой ямочки кончиком языка. Ямочка выглядела гораздо соблазнительнее, чем черная мушка, которую девушка дерзнула налепить у краешка рта.
– Или же, – продолжал виконт, – они больше, чем просто обожатели? Это ваши поклонники, и каждый из них горит желанием быть первым в списке возможных претендентов на вашу руку и сердце?
– А может быть, милорд, – подхватила смеясь Кассандра, – они просто оказывают любезность хозяйке, как это и подобает джентльменам, спешат пригласить ее на танец?..
– Клянусь жизнью, оказать любезность такой прелестной хозяйке, как вы, графиня, – истинное удовольствие.
Эта девушка похожа на очаровательного ребенка, который светится от восторга в предвкушении праздника. Однако она уже не дитя. Кассандра по-женски привлекательна, хотя в каждом ее движении сквозит трогательная наивность. Она еще не научилась отвечать на льстивые комплименты остроумными выпадами или наигранным безразличием. Графиня лишь улыбается, показывая тем самым, как ей приятны его комплименты.
Мужчина вылепит из нее все, что захочет.
– Но я готов поспорить на состояние, графиня, – продолжал Найджел, – что большинство джентльменов собрались здесь не только для того, чтобы поздравить вас. Попробуем угадать, кто ваши самые преданные поклонники и обожатели. Ну, во-первых, мистер Барр-Хэмптон – в этом нет никакого сомнения, ибо он имел честь танцевать с вами первый танец.
– Робин? – изумилась Кассандра. – Он мой кузен, милорд, а не поклонник! Он мне как брат. В детстве мы вместе лазили по деревьям, играли в разбойников в парке и катались верхом.
Вероятно, виконт чего-то не понял, хотя едва ли. Барр-Хэмптон еще не заявил о себе, но сделает это с минуты на минуту. Тем не менее ее слова успокоили Найджела. Да, она обожает кузена, но ничуть не влюблена в него. Влюблен ли в нее сам Барр-Хэмптон, Найджела не особенно заботило.
– Ну хорошо, – промолвил он, – а вон тот джентльмен, в голубом бархатном камзоле? Таким количеством кружев можно загрузить целый контрабандистский бриг. Он, уж поверьте, без ума от вас, графиня, и питает надежду стать для вас не только обожателем, или я глубоко ошибаюсь?
– Мистер Рафтан? – Кассандра проследила за его взглядом. – Он ужасно застенчив и, к несчастью, когда волнуется, начинает заикаться… А волнуется почти всегда. На балах я часто с ним беседую, милорд, поскольку другие дамы избегают его общества.
Так вот что дало Рафтану основания надеяться! Но девушка не любит его, а жалеет.
– Вот как! Тогда, клянусь честью, это джентльмен, чей слуга, вероятно, потратил не один час, завивая его парик. Кавалер, танцующий с дамой в розовом платье.
– Сэр Айзек Бингамэн, – догадалась она. – Два месяца провел в Лондоне у своих родственников и теперь считает нас невежественными провинциалами. Он совсем поглупел.
– Но не в том, что касается его отношения к вам, миледи, – галантно возразил Найджел. – Если вас и можно назвать провинциалкой, то только в том смысле, что в вашем облике отражена вся прелесть английской деревни, по которой скучают и тоскуют путники, оказавшиеся у чужеземных берегов.
– О! – Кассандра вспыхнула. – Вы умеете делать комплименты, милорд. Полагаю, у вас большой опыт. Вам случалось бывать в других странах? Вы когда-нибудь покидали надолго берега Англии?
«На целых семь лет». На мгновение Найджелу показалось, что он задыхается, хотя в бальном зале были открыты все окна и через них лился свежий воздух из сада.
– Как и большинство других джентльменов. – Он склонил голову.
– Ах да, большое путешествие! Везет же мужчинам! Как бы мне хотелось повидать другие страны! Расскажите, где вы побывали и какие заморские диковинки повидали?
Найджел был в аду и видел ад.
– О, ничего особенного, – проговорил он. – Ничего, что шло бы в сравнение с.., как это я сказал? С прелестью английской деревни, по которой скучают и тоскуют путешественники. – Виконт посмотрел ей в глаза долгим, проникновенным взглядом. На сей раз он сделал это нарочно, прекрасно зная, что Кассандра понимает: это намек на ее прелести.
Она уставилась на него, чуть приоткрыв губы. Так наивна, что и не пытается скрыть, как ей приятны его комплименты. Но ему без труда удавалось обольстить и более искушенных женщин. Все они в конце концов попадали под его чары. Всего несколько недель назад одна из возлюбленных Найджела, замужняя леди, весьма преуспевшая в искусстве флирта, сердито призналась ему, что он способен обольстить даже невинных пташек.
Именно этим он сейчас и занимается.
– Полагаю, миледи, – сказал Найджел, – все ваши танцы на этот вечер уже обещаны. Остается надеяться, что кто-то из счастливчиков не дождется своей очереди и испустит дух. Это единственная возможность втиснуться в шеренгу ваших кавалеров.
Кассандра весело рассмеялась:
– Вы в провинции, милорд. Мы не очень-то придерживаемся этикета в отличие от лондонцев. Здесь джентльмены редко приглашают дам заранее.
– В таком случае ваши джентльмены и в самом деле простофили и заслуживают того, чтобы даму увели у них из-под носа. Надеюсь танцевать с вами первый танец после ужина, если вы окажете мне эту честь, миледи.
