– Что за манера – в полной амуниции обнимать леди?
Он поспешно разделся и подбежал к ней. Она прильнула к нему и почувствовала его желание. Он прижал свои губы с ее губам, его язык исследовал ее рот. Это была первая предварительная ласка перед интимным вторжением. Они упали на диван. Дональд хотел лечь на нее, она осторожно опередила его.
– Где ты этому научилась? – хрипло спросил Дональд. Сандра молчала. После своего первого сексуального опыта с Рексом она многому научилась. Теперь Дональд был ее учеником. Вместе они наслаждались уроком.
Когда он благодаря ее нежным движениям достиг высшей точки, она устроила так, что и сама получила полное наслаждение.
– В Африке будет не жарче, чем здесь, – сказал он, когда пришел в себя.
3. Воздушные пираты
Был полдень, когда «боинг» «Африкавиа» подлетал к Каиру. Полет проходил без происшествий. Облака мешали Сандре увидеть сказочную страну пирамид и сфинксов. Внезапно самолет скользнул над пальмами и сел на летное поле.
На время стоянки пассажиры должны были пройти в транзитный зал, где никакие кондиционеры не смогли смягчить духоту. Леве пил кофе и пытался выглядеть зубным врачом. Немцы неутомимо ходили взад и вперед, будто несли какую-то вахту. Халефи нашел спокойный уголок и углубился в чтение очередного детектива. Сандре все вокруг казалось удивительным. Она очутилась далеко от Инверклайда, от холода, тумана, от своей матери и от воспоминаний о Рексе.
Прижимаясь к Дональду, Сандра чувствовала, что он почему-то нервничает. Это был все-таки его первый полет в далекие страны, в которых ему предстояло показать свой талант футболиста. Готов ли он к восхождению по лестнице успеха?
Все с нетерпением ждали продолжения полета. Молодая мать утешала плачущего ребенка. Халефи из-за него не мог сосредоточиться и спрятал книгу. Курт Леве вдруг обнаружил, что у него больше нет сигарет.
Репродукторы извещали о прибытии и вылете других самолетов. Казалось, только о них забыли. Наконец им разрешили вернуться на борт «боинга». Автобус привез их к трапу. Все опять сели на свои места, и Леве заметил, что нет ни одного нового пассажира. Но когда все расселись, подошел второй автобус, и на борт поднялись новички. Леве встревожился. Надел очки, которые, по его мнению, придавали ему интеллектуальный вид. Две девушки прошли мимо него и заняли свои места. По тому, как они смотрели друг на друга и предупредительно друг к другу прикасались, можно было предположить, что это лесбиянки.
Два молодых человека заняли места неподалеку. Загорелые. Спортивного вида. Леве навострил уши и слышал обрывки их разговора. Говорили по-английски. Похоже, разговор шел о работе в строительной фирме в Африке. Об этих можно было не беспокоиться. Потом он прислушался внимательнее. Какое-то шестое чувство подсказывало ему: за ними стоило последить. Полноватый мужчина сел с ним в одном ряду. Если бы он никогда прежде не видел известного анархиста, все равно догадался бы, что новый пассажир – анархист. Характерные черты лица выдавали в нем жителя Балкан. Человек улыбнулся ему, когда садился, и Курт Леве вроде обрадовался.
– Вы, наверное, господин Ласт? – произнес он. – Господин Ласт из Бремена…
Мужчина отрицательно покачал головой.
– Сожалею, но вы ошиблись, – бегло ответил он по-немецки. – Меня зовут Антонеску, я из Бухареста.
– Тогда извините, – продолжил Леве. – Вы очень на Ласта похожи. Удивительное сходство! К тому же ваш немецкий… Вы, вероятно, профессор университета? Германист?
– Ни в коем случае. – Мужчина рассмеялся. – Я работаю с румынской торговой делегацией. Мы должны бегло владеть иностранными языками: что поделать, ни один торговый партнер не желает учить румынский…
Леве участливо улыбнулся, стараясь разглядеть каждого нового пассажира. Даже если рядом с ним Милос, у него должны быть сообщники.
В проходе появились трое высоких молодых людей. По виду студенты. Бледные. Белокурые. С холодными голубыми глазами. Возможно, шведы.
Стюардессы объяснили вновь прибывшим назначение кислородных масок и спасательных жилетов.
Полет в Ибари был продолжен.
– Что это у тебя в этом удивительном чемодане, красавица? – спросил Родди Мак-Эвен, шотландский средний нападающий, Сандру.
– Саксофон, – ответила она.
Леве вздрогнул: футляр для музыкальных инструментов может служить для транспортировки оружия. Возможно ли, чтобы эта хрупкая девушка имела отношение к террористам? Когда Сандра доставала ящик из сетки, Леве ухватился за спинку кресла.
– Сыграй нам что-нибудь! – воскликнул Мак-Эвен.
– Не здесь, – ответила Сандра, – Когда я получу в Ибари ангажемент…
– Извините…
Сандра посмотрела на коренастого мужчину, глаза которого скрывали затемненные очки. Правую руку он прятал в пиджаке, а настороженный взгляд плохо сочетался с вежливой улыбкой.
– Я слышал, вы играете на саксофоне? – спросил Леве. – Можно мне посмотреть ваш инструмент?..
– Это совершенно обычный инструмент, – заметила Сандра.
– Пожалуйста, прошу вас, – его тон был теперь жестче.
– Что вы себе позволяете? – вмешался Дональд.
– Не волнуйся, милый, – успокоила его Сандра. – Теперь вы довольны? – спросила она, открыв ящик и поднеся его под нос Леве.
Он с видом знатока вгляделся и одобрительно кивнул.
– Где ты раздобыла этот инструмент? – спросил Мак-Эвен.
– Это долгая история, – ответила Сандра.
Она не хотела рассказывать о том дне, когда пошла к Рексу домой и удостоверилась, что он скрылся из города. Ведь ей тогда показалось, что мир рушится.
Она познакомилась с Рексом в супермаркете. Спросил, не скажет ли она ему, где кофе. Сандра подвела его к полке, помогла выбрать, и вскоре они уже беседовали как старые друзья. Прощаясь, он не пытался договориться с ней. Но через два дня она опять увидела его. Он вышел из старого автомобиля, который припарковал у двери дома миссис Макдональд. Рекс был рослым, в его облике было что-то от супермена. Когда она проходила мимо, он посмотрел на нее и поздоровался. Сандра так смутилась, что едва смогла ответить на его приветствие. Он рассказал ей, что живет у миссис Макдональд, что часто разъезжает по разным городам, и вдруг пригласил ее – как в кино! – на чашку кофе. Когда он ей рассказывал об удивительном блеске Лондона, о пестроте и величии Нью-Йорка, она не могла отвести от него взгляда.
По дороге в школу она иногда навещала его, и он, казалось, каждый раз был этому рад. Ей это льстило: такой значительный человек! Потом она заходила к нему и по вечерам, за что получала выговоры от матери. Словно бы в отместку, как-то после тяжелой ссоры Сандра осталась у него на ночь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
