Первого оленя Люси чуть не сбила, но в последнее мгновение успела надавить на тормоз. За ним на шоссе выскочил второй, следом – третий.
– Твою мать! – чертыхнулся Джек, от резкого толчка повисший на ремне.
– Что они делают? – воскликнула Люси.
Раздался оглушительный треск, и из кустов на дорогу вывалилось стадо в сотню голов, перелетело шоссе и исчезло на другой стороне. Олени явно от чего-то убегали.
– Что это было? – просипела Хейди севшим ото сна и страха голосом.
Стадо скрылось из виду. За ним, подсвеченное в темноте странным, почти ядерным свечением, на них надвигалось облако, подобное гигантской белой волне.
– Понятия не имею, – ответила Люси и надавила на газ. – Пристегнитесь!
Джип не был спортивной машиной, но Люси не сомневалась, что сумеет стартовать на восьмидесяти. Пыль, галька и сломанные ветки бились в стекла, царапали бока. Правое колесо наехало на ограничительные выступы, и Люси, ориентируясь по ним, выровняла автомобиль. Проблески белой разметки в тумане помогали не съехать на обочину.
Через несколько миль развиднелось, и Люси обнаружила, что бубнит молитву себе под нос, а фары освещают темный асфальт. Она сдала назад и налево.
– Тебе повезло, что шины не взорвались, – заметил Джек скорее с изумлением, чем с упреком.
– Вожу по Брайлю, – ответила Люси, коротко улыбнувшись. Сердце защемило. Так всегда говорила мама, когда ей случалось задуматься за рулем, погрузившись в вычисления.
– Мы выживем после падения метеоров? – спросила Хейди.
– Не знаю. Может быть.
– Бензина хватит?
Люси проверила манометр.
– Хватит, только я хочу писать.
– Все хотят, – сказала Хейди.
Больше никто не сомкнул глаз, хотя, по мнению Люси, у Джека хватило бы хладнокровия выспаться в такую ночь. Ему было не привыкать к экстремальным условиям. Незадолго до рассвета, неподалеку от Элко, она решилась задать вопрос:
– Это похоже на войну? Что нас ждет?
Они никогда не обсуждали его службу. Джек пошел служить в семнадцать, после того как его родители погибли в автокатастрофе. Он рассказал ей, что был вертолетчиком, а когда она спросила, убивал ли он, просто замотал головой. Люси это обрадовало. Пусть она из Монтаны, где ходить и стрелять учатся одновременно, Люси придерживалась левых взглядов, куда левее своих весьма прогрессивных родителей.
– Это не похоже на войну, – ответил Джек. Выражение его лица остановило Люси от дальнейших расспросов.
В Элко их встретила тишина и опущенные ставни. Они проехали еще час, когда замигал индикатор горючего, и они заспорили, стоит ли доставать из багажника канистру. Джек настаивал, что спешить не стоит, предлагая поискать топливо на крохотных заправках между Элко и Уэлсом.
Перед Уэлсом, где предстояло свернуть на север, они обнаружили работающую заправку и вылезли из автомобиля, чтобы размять ноги и поймать сеть.
– Ничего не ловится, – сказал продавец. Коротышка средних лет, чуть выше Люси, с выпирающим круглым животом и белоснежной бородой, которой гордился бы Санта-Клаус. Он выбрался из крохотной будки, чтобы поболтать, явно обрадовавшись, что видит на дороге живых людей.
– У меня брат в конторе шерифа. Говорит, все устойчивые частоты передали аварийно-спасательным службам.
– А как же вызвать 911? – спросила Хейди.
– Не сейчас. – Он показал на небо, которое без конца прорезали крошечные вспышки на фоне солнца, затянутого дымкой. – Ничего не выйдет.
Люси покачала головой. Пока дорога была проезжей, не считая грязи и мусора, но они продвигались в сторону лесов. Вспомнив фотографии Тунгусского метеорита, она забралась в джип, чтобы еще раз изучить карту.
Джек уже покончил с баком, когда на заправку влетел грузовик, из которого с хохотом вывалились трое молодых белых мужчин. Двое держали в руках мачете.
Люси замерла, когда один из мужчин схватил Хейди и крепко прижал к себе.
– А ты, старик, держись подальше. Мы теперь главные на этой заправке. Чертов мир рушится, слыхал? – Старший из трех, рыжебородый в синем комбинезоне, замахнулся мачете на продавца.
– Мне это не нравится, – произнес Джек ледяным тоном. Его руки спокойно висели вдоль тела, но Люси видела, что он готов ко всему. Нарывается на неприятности, чертов солдафон.
Она позволила карте соскользнуть с коленей и пригнулась. Никто на нее не смотрел, все взгляды были устремлены на Джека и продавца. Правой рукой Люси пошарила под сиденьем, пока не наткнулась на кобуру Джека. Не разгибаясь, она вытащила «глок» из кобуры, проверила магазин и взвела затвор. Сердце неслось вприпрыжку, обгоняя страх, но усилием воли Люси заставила пальцы не дрожать.
Внутри она слышала отцовский голос: «Никогда не наводи оружие на человека, если не собираешься стрелять. Никогда не целься в того, кого не хочешь убить. Если ты не уверена в себе, считай, ты сама вложила противнику в руки оружие и взвела курок».
Люси никого не хотела убивать, но то, как этот негодяй схватил ее подружку, и то, что Джек явно собирался разделаться с тремя подонками голыми руками… Все равно полицию теперь не дозовешься. Некому их остановить. Кроме Люси.
Она сползла с сиденья и, обогнув джип, подняла револьвер и наставила на мужчину в комбинезоне. Он говорил, а значит, он у них за главного.
– Отпусти ее и убирайся, – сказала Люси. Голос звучал низко и грозно и лишь немного дрожал. Просто какой-то Грязный Гарри. Недаром отец заставлял ее смотреть старые фильмы, вдруг пригодится в жизни.
– Джерри, ты глянь! – Один из трех подонков расхохотался. – Эта мексиканская шлюха хочет, чтобы мы убирались.
– Ты правда будешь стрелять, малышка? – хмыкнул тот, что в комбинезоне, но Люси показалось, что в его глазах промелькнула неуверенность.
– Да брось ты, – отозвался первый. – Эти мексиканские сучки…
Остаток его речи потонул в грохоте выстрела и отчаянном вопле. Люси перевела дымящийся ствол на главаря в комбинезоне, в то время как другой, бросив мачете, пытался зажать рукой кровоточащую рану между ног.
– Я пуэрториканка, безмозглый придурок, – промолвила Люси.
Что бы ни увидел главарь в ее лице, ему это не понравилось. Схватив мачете, он шикнул на напарника, веля отпустить девчонку, и поднял руки, отступая к грузовику.
Продавец шмыгнул в будку и выскочил оттуда с дробовиком.
– Убирайтесь и забудьте сюда дорогу, иначе я вас изрешечу! – проорал он им вслед.
Подхватив раненого товарища, мерзавцы убрались с заправки быстрее, чем прикатили.
– Господи, ты выстрелила, ты в него выстрелила!
Хейди трясло.
– Отдай его мне, – тихо сказал Джек и мягко выдернул пистолет из онемевших пальцев Люси.
– Я в порядке.
У Люси зуб на зуб на попадал. Наверное, это шок. Она выстрелила, она в него выстрелила!
– Сколько мы должны? – спросил Джек, опуская пистолет.
– Нисколько. Просто езжай своей дорогой и охраняй юных леди. – Продавец улыбнулся щербатым ртом. – От этих чертовых штук, что валятся с неба, люди звереют. А вы, леди, не сомневайтесь, вы все сделали правильно. И ничего вам за это не будет. Мерзавцы струсили, впредь будут искать тех, кто не посмеет выстрелить в ответ.
– В таком случае надо было их всех перестрелять, – промямлила Люси не слишком уверенно.
Джек вел машину. Хейди на заднем сиденье не отрывалась от окна. Пару раз Люси оглядывалась, пытаясь поймать ее взгляд или хотя бы отражение в стекле, но Хейди избегала смотреть на подругу.
Они свернули на север. Здесь метеориты падали чаще. Дорогу усыпали сучья, пришлось снизить скорость. Навстречу попадались машины, едущие на юг, но водители только махали руками в ответ, не желая делиться новостями.
– Что там за дымка? – спросила Люси, прервав молчание, сгущавшееся с самой заправочной станции.
– Лесной пожар, наверное. Далеко отсюда.
– Прости, Джек, – мягко промолвила Люси. – Я просто не знала, что делать.
– Ты просишь прощения? За что? Ты спасла нас. Я собирался идти на них с голыми руками и молитвой наперевес.
– Я стреляла в человека.
– Понимаю, тебе тяжело. Но ты отстрелила ему яйца, а не убила.
– Я целилась в грудь.
Джек покосился на нее, его губы тронула усмешка.
– Ничего подобного.
– Нет, правда. – На Люси навалилась странная смешливость, угрожая обернуться истерикой.
– Ты спрашивала, похоже ли это на войну? Там, на заправке, было похоже. – Джек со вздохом провел рукой по волосам. Люси любила этот жест. Ей многое нравилось в Джеке, но сейчас больше всего на свете Люси хотелось прижаться к нему и чтобы метеоритный дождь оказался лишь страшным сном.
– Ты уже стрелял в людей. – Это было утверждение, не вопрос.
И снова Джек ушел от ответа.
– Когда тебя прижмут, становится ясно, чего ты стоишь. Глубоко внутри. Кто-то способен сделать то, что должно. Кто-то – нет.
– Да пошел ты, – откликнулась Хейди с заднего сиденья.
