— Итак, мы здесь вчетвером, — подытожил Харпер, как только капитан отошел.
— Ты имеешь в виду — впятером? — уточнил Алессандро.
— Ди-Джей всего-навсего привез меня сюда, — объяснил Виктор.
— Ага, — кивнул Алессандро.
Тут подал голос Эдвард:
— Все равно конкуренция здесь выше, чем я предполагал.
— Ни о какой конкуренции не может быть речи, — заявил Ди-Джей. — Она не подойдет всем вам одновременно.
— Такое может быть, — поправил его Харпер и, когда все бессмертные удивленно повернулись к нему, пояснил: — У меня в Германии был друг, давно, еще во времена королевы Виктории. Он и его кузен познакомились с женщиной, которую ни он, ни кузен не смогли прочесть.
Брови у Ди-Джея сошлись на переносице.
— И что дальше?
— Они оба принялись обхаживать ее. Но она выбрала кузена. — Он на мгновение отвел глаза в сторону, потом продолжил: — Мой друг был уверен, что никогда больше не встретит такую, настолько подходящую ему. Не в силах вынести мысль, что придется быть свидетелем счастья кузена, которое должно было бы принадлежать ему, он уничтожил сам себя.
Повисла тишина. Мужчины обдумывали услышанное. И тут вернулся Брансуик.
— Я договорился поменяться столами с Дженни Харпер и ее друзьями. Пойдемте, мальчики. — Не дожидаясь ответа, Брансуик просто развернулся и двинулся вперед.
— Как-то мне непривычно слышать, что человек, который, правда, выглядит старше меня, но на самом деле намного моложе, называет меня мальчиком, — заметил Харпер.
Виктор только улыбнулся и направился вслед за капитаном.
— Усаживайтесь, — распорядился Брансуик, когда все подошли к столу.
— Вообще-то мне кажется, — вполголоса заговорил Харпер, пока мужчины рассаживались, — надо поблагодарить мисс Харпер и ее друзей за то, что они уступили нам стол. Надеюсь, вы не против.
Не глянув на Брансуика, Харпер повернулся и, лавируя между столами, пошел назад к кабинке, которую они только что освободили.
Брансуик, насупившись, глянул ему вслед, потом повернулся к сидевшим мужчинам.
— Мне нужно заскочить на кухню, посмотреть, не приехали ли Мейбл и Элви. Я ненадолго.
Он сделал пару шагов и остановился. Его заинтересовало движение на входе. Виктор тоже повернулся в ту сторону. Его брови взметнулись вверх при виде взволнованного седовласого мужчины в одежде пастора, который накинулся на полицейского:
— Тедди Брансуик! — Мужчина был явно вне себя от возмущения. — Луиза Эскот только что сообщила мне, будто ты привез в Порт-Генри чуть ли не дюжину вампиров, этих бездушных созданий! О чем ты думаешь?!
— Послушайте, святой отец. — Брансуик взял пастора за плечи и повел его туда, откуда тот появился. — Ничего ужасного здесь не происходит. Все просто прекрасно.
— Прекрасно? — взвизгнул священник, останавливаясь и недоверчиво вглядываясь в его лицо. — Что в этом прекрасного, Теодор Брансуик? Одно дело Элви. Это добрая, богобоязненная женщина, пусть даже у нее больше нет души. Но привезти сюда шесть — или больше? — этих тварей!..
— Святой отец, сейчас не время и не место! — отрезал Брансуик, пытаясь подтолкнуть его к выходу. — Если хотите поговорить со мной на эту тему, заскочите ко мне утром в офис. Тут отмечают день рождения Оуэна, и я не хочу портить ему праздник.
— Оуэна? — поразился патер. — О, пожалуйста, успокой меня! Он же не позволит Элви укусить себя? Что, если он тоже обратится в одного из них? Я не хочу потерять еще одну душу в моем приходе. С Элви уже ничего не поделаешь, но Оуэн... Он же еще мальчик. Он...
Ледяным взглядом Виктор проводил Брансуика, все-таки сумевшего вывести человека из ресторана. Никого на свете он не ненавидел больше, чем церковников. Это при их попустительстве сожгли его жену. В тот момент он был готов растерзать их всех. Его брат Люциан не позволил. И сейчас, три столетия спустя, жажда мщения начинала жечь его изнутри от одного вида духовного лица. Не важно, к какой церкви он принадлежал. Он ненавидел их всех скопом.
— Извините за сцену, — пробурчал Брансуик, останавливаясь у их столика. — Отец О'Флаэрти человек эмоциональный, но безобидный. — Кивнув им, полицейский отошел. — Я сейчас вернусь.
Он заторопился в заднюю часть ресторана, где скрылся за аркой, украшенной занавеской из бус. Судя по всему, это был ход на кухню. Харпер вернулся и занял свое место.
— Ну что ж! — Ди-Джей сделал веселое лицо. — Может, мы наконец сподобимся увидеть Элви.
— Слава Богу! — скучным тоном заявил Эдвард. — Тогда я попытаюсь прочитать ее сознание и удалюсь. Ненавижу захолустные городишки.
— Если ты так уверен, что она тебе не подойдет, почему бы сразу взять и не уехать? — предложил Виктор и получил в ответ враждебный взгляд.
— Не считай меня за дурака, Аржено. Я дождусь ее, чтобы просто увериться, что не напрасно потратил время на эту дальнюю идиотскую поездку.
Виктор равнодушно пожал плечами. Мужчина страшно раздражал его, но оставалась надежда, что это не продлится долго, если он не сумеет просчитать Элви.
— Кстати, о дураках, — не останавливался Эдвард, пронзив Виктора взглядом. — Ты всерьез полагаешь, что мы поверим, будто ты приехал сюда, чтобы присмотреть себе спутницу жизни?
Виктор почувствовал, как резко выпрямился Ди-Джей, а другие уставились на него с новым интересом. Брови у Алессандро вопросительно приподнялись. У Харпера лицо оставалось беззаботным. Он, да и остальные тоже прекрасно знали, что Виктор является исполнителем — одним из тех, кто приводит в исполнение приговоры Совета. Поэтому вряд ли они сомневались в том, что его привело сюда не желание подыскать себе подругу, а дела, каким-то образом связанные с Советом.
— Ну так как, Аржено? — напомнил Эдвард.
Возмутившись, Виктор повернулся, чтобы поставить на место бессмертного, осмелившегося задать подобный вопрос, но ему помешал неожиданно появившийся Брансуик.
— Как вы тут? — поинтересовался капитан, усаживаясь за стол, и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Девушки уже прибыли, и Мейбл появится здесь с минуты на минуту.
— Мейбл? А это кто? — удивился Алессандро. — Я приехал познакомиться с Элви, а не с Мейбл.
— Да-да, понимаю, — подхватил Брансуик. — Но Мейбл организовала это мероприятие.
— А я думал — Элви, — нахмурился Харпер. — Она договаривалась обо всем, дала свой электронный адрес, пригласила, описала, как доехать...
— Да, со мной тоже, — подтвердил Алессандро.
— И со мной. — Прищурившись, Эдвард разглядывал капитана. Как показалось Виктору, он уже прочитал мысли полицейского и, судя по всему, был огорошен тем, что узнал. Но Виктор не успел сделать то же самое, занавеска из бус, отделявшая зал от кухни, шевельнулась, и в помещении повисла напряженная тишина.
