— Мне очень жаль, — услышала я собственный голос, писклявый и неуверенный. — Мне очень жаль, — повторила я более решительно, — но я не могу удовлетворить ваше любопытство. Детектив Смит запретил мне рассказывать о случившемся до тех пор, пока он не сообщит вам об этом сам.
Сопроводив свои слова извиняющейся улыбкой, я юркнула к кофейному столику и, стараясь не обращать внимания на осуждающие взгляды и неодобрительный ропот, налила себе остывшего кофе. Хотя по сторонам я старалась не смотреть, но все же заметила, что Гиффорд Доукс расхаживает по комнате туда-сюда, словно зверь в клетке. Присутствие в здании полицейских явно заставляло его нервничать. Корифей детективного жанра Робин Крузо, судя по всему, не испытывал никаких чувств, кроме любопытства. Лизанна откровенно скучала, несомненно, проклиная про себя тот злополучный ветер, который занес ее в это тоскливое место. Лимастер Кейн, Мелани, Бэнкстон и Джейн Ингл что-то вполголоса обсуждали.
Только сейчас до меня дошло, что сегодня отсутствует еще один постоянный член клуба — Бенджамин Грир. Правда, Бенджамин принадлежал к разряду людей, чье существование в этом мире не подчиняется каким-либо законам. В клубе он появлялся от случая к случаю, и потому в его отсутствии не было ничего удивительного. Салли восседала рядом со своим драгоценным отпрыском Перри, изогнувшим тонкие губы в отдаленное подобие улыбки. Похоже, Перри оказался единственным, кто не испытывал ни малейшей тревоги. Этот недоумок был неколебимо уверен: все события, происходящие в этом мире, не имеют к его персоне ни малейшего отношения.
Сделав над собой усилие, я отхлебнула кофе. Бурбон в подобной ситуации был бы намного предпочтительнее. Я представила, как Мэми входит в пустую комнату, расставляет стулья, а потом направляется в кухню, чтобы сварить кофе… Поручать эту обязанность Салли было никак нельзя, иначе всем нам пришлось бы глотать безвкусную бурду. К глазам моим подступили слезы, рука, державшая чашку, задрожала. Неожиданно для самой себя я разрыдалась, не обращая внимания на желтый свитер, покрытый кофейными пятнами.
Эти туфли кошмарного бирюзового цвета. Узконосые лодочки на головокружительно высоких каблуках. Одна из них с угнетающей отчетливостью стояла у меня перед глазами. Точнее, валялась на залитом кровью полу…
Кто-то успокоительно забормотал у меня над ухом. Подняв глаза, я увидела, что в роли ангела-утешителя выступает Лизанна Бакли. Она склонилась надо мной, изящно изогнув свое точеное тело и лишив меня возможности наблюдать за тем, что происходит в комнате. Я могла лишь расслышать звук подвигаемого стула да разглядеть две длинные ноги в брюках. Новый воздыхатель Лизанны, рыжеволосый романист, решил тактично удалиться, предоставив ей возможность успокоить подругу-истеричку. Лизанна села на стул и придвинулась ко мне поближе. Холеные пальчики с безупречным маникюром всунули в мою трясущуюся руку душистый носовой платок.
— Ро, дорогая, постарайся подумать о чем-нибудь приятном, — пропела Лизанна своим глубоким мелодичным голосом.
Хотела бы я знать, о чем именно, по ее мнению, мне сейчас следует думать.
— У меня к тебе предложение, — очаровательно улыбаясь, продолжала Лизанна. — Ты же знаешь, какая я дурочка. С таким выдающимся человеком, как Робин Крузо, мне совершенно не о чем говорить. Все эти убийства, по которым он с ума сходит, нагоняют на меня тоску. Так что будет здорово, если ты им займешься. Разумеется, если он тебе нравится. По-моему, вы отлично подходите друг другу. Он очень славный, хотя и не в моем вкусе, — поспешно добавила Лизанна, отметая всякие подозрения в том, что она пытается сплавить с рук негодный товар. — Уверена, вдвоем вы отлично проведете время. Ну что, уговорила я тебя?
В глазах у Лизанны вспыхнули озорные огоньки. Она твердо знала: общество мужчины служит лучшим лекарством для впавшей в уныние девицы.
— Лизанна, я не устаю тобой восхищаться, — произнесла я, несколько раз всхлипнув и высморкавшись. — Твоя щедрость поистине безгранична. Согласись, в Лоренсетоне не так много мужчин, которые еще не прошли возрастной выбраковки.
Лизанна взглянула на меня с легким недоумением. Наверное, ей и в голову не приходило, что в нашем городе наблюдается дефицит молодых мужчин. Она-то никогда не испытывала недостатка в поклонниках.
Тут дверь распахнулась, пропуская Джека Бернса. Стоя на пороге, сержант обозрел комнату орлиным взором. Можно было не сомневаться, лица всех присутствующих намертво запечатлелись у него в памяти. Судя по тому, что при виде Салли Эллисон на лбу у него возникла хмурая складка, он знал, кто она по профессии. Выражение лица сержанта стало еще более угрюмым, когда он заметил Гиффорда Доукса. Гиффорд прекратил свою нескончаемую прогулку по комнате и с вызовом уставился на сержанта.
— Минутку внимания, — произнес сержант.
Судя по пренебрежению, которым был полон его взгляд, можно было подумать, что он застал здесь компанию голых извращенцев, демонстрирующих друг другу свои прелести.
— В одной из комнат этого здания произошло убийство.
Сказать, что это сообщение произвело эффект разорвавшейся бомбы, было бы некоторым преувеличением. В конце концов, люди, собравшиеся в этой комнате, привыкли к слову «убийство». Тем не менее в ответ раздался возбужденный гул голосов. Реакция некоторых членов клуба была особенно примечательна.
По лицу Перри Эллисона бродила такая странная ухмылка, что мне невольно пришло на память: в недавнем прошлом Перри столкнулся с какими-то проблемами, которые принято деликатно называть «небольшим нервным расстройством». Правда, это загадочное расстройство не мешало ему ходить в библиотеку и вполне сносно выполнять свои обязанности. Салли наблюдала за своим отпрыском с откровенной тревогой.
Лицо знаменитого писателя, обрамленное рыжими кудрями, вспыхнуло от волнения, которое он тщетно пытался скрыть. Хотя лично его произошедшее касалось меньше, чем любого из нас. Он только что приехал в наш город, никого здесь толком не знал и впервые посетил наш клуб. Честно говоря, я ему завидовала. Поймав на себе мой взгляд, Робин Крузо понял, что его волнение не осталось незамеченным, и залился еще более ярким румянцем.
— Сейчас вы по очереди будете выходить из этой комнаты в другую, где офицер полиции запишет ваши свидетельские показания, — громко и отчетливо произнес сержант Бернс. — После этого вы можете расходиться по домам. Однако будьте готовы к тому, что в дальнейшем полиции может понадобиться поговорить с любым из вас. Начнем с мисс Тигарден. Она пережила шок, и, думаю, нам стоит отпустить ее как можно скорее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
