Все было однообразно — и дикий лес, с гребнями гор, которые выглядели словно морщины на скатерти, и заселенные территории, отмеченные широкими плоскими полосами зимних полей, подготовленных к весне, и дороги, как будто прочерченные по линейке между стедгольдами и городами.
Она знала лишь то, что в этот самый момент могла смотреть на собственный дом. У нее не было ориентира, по которому она могла бы определить его с такой высоты.
— …который дал бы эффект к уменьшению распространения болезней в лагере беженцев, — говорил спокойный голос молодой женщины.
Исана моргнула и взглянула на свою спутницу, стройную, выглядящую серьезно молодую женщину с тонкими белоснежными волосами, которые ниспадали шелковым водопадом до ее локтей.
Исана чувствовала терпение девушки и спокойную радость, приправленную такой же спокойной печалью, излучаемые ею, как тепло, исходящее от кухонной печи.
Исана знала, что Верадис, несомненно, почувствовала ее недоумение, так как мысли Первой Леди блуждали.
Верадис подняла глаза от кипы записей и выгнула тонкую, светлую бровь. Едва заметный намек на улыбку мелькнул на ее губах, но она воздержалась от домыслов.
— Миледи?
— Прошу прощения, — сказал Исана, качая головой. — Я думала о доме. Это отвлекает.
— Это правда, — сказала Верадис, склоняя голову. — Поэтому я стараюсь не думать о своем.
Пронизывающее ощущение глубокого горя донеслось от молодой женщины, сотканное из чувства вины с яростью на острие. Это чувство исчезло так же быстро, как и появилось.
Верадис применила свою магию, чтобы скрыть эмоции от обостренного восприятия такого заклинателя воды как Исана. И Исана была благодарна ей за этот жест.
Без таланта к заклинательству металла, что мог бы сбалансировать восприимчивость, свойственную любому заклинателю воды уровня Исаны, сильные эмоции могли быть такими же парализующими и болезненными, как внезапный удар в лицо.
Исана не могла винить девушку за эти чувства. Отец Верадис был Верховным Лордом Цереса. Она видела то, что произошло с ее домом, когда ворд пришел туда.
Теперь его населяли не люди.
— Прости, — тихо сказала Исана. — Я не подумала.
— Честно говоря, миледи, — ответила Верадис, ее голос был спокойным и слегка отстраненным, верный признак использования заклинания металла, чтобы держать себя в руках и скрывать эмоции. — Вы должны преодолеть это. Если вы будете пытаться избегать тем, могущих напомнить мне о Цер… моем бывшем доме, вы не сможете произнести ни слова. Это естественно, что я чувствую боль прямо сейчас. Не вы ее вызвали.
Исана потянулась, чтобы на мгновение коснуться руки Верадис, и кивнула.
— Но все равно, прости, дитя.
Верадис одарила ее еще одной слабой улыбкой. Она опустила взгляд на свои бумаги, потом снова посмотрела на Исану.
Первая Леди выпрямилась, расправила плечи и кивнула.
— Прошу прощения. Что ты говорила? Что-то о крысах?
— Мы понятия не имели, что они могут быть переносчиками заболеваний, — сказала молодая женщина. — Но после того, как были приняты меры безопасности, чтобы оградить три лагеря от ворда, популяции крыс в них были сильно сокращены. Месяц спустя эти лагеря почти полностью освободились от болезней.
Исана кивнула.
— Затем, используя оставшиеся у Лиги Дианы ассигнования на безопасность, мы приступим к реализации тех же мер в других лагерях. Приоритет будет отдаваться тем, в которых больше всего страдают от болезней.
Верадис кивнула и вытащила из кипы второй документ. Она протянула его Исане вместе с пером.
Исана пробежала глазами документ и улыбнулась.
— Если вы все равно знаете, как я отреагирую в том или ином случае, почему бы не продолжить без меня?
— Потому что я не Первая Леди, — ответила Верадис. — И у меня нет полномочий распоряжаться фондами Лиги.
На что-то в тоне молодой женщины или, возможно, ее позе, в голове Исаны сработал сигнал тревоги. Ей доводилось чувствовать похожее инстинктивное подозрение, когда Тави в детстве скрывал от нее правду.
В очень раннем детстве. По мере взросления, он все лучше справлялся с сокрытием таких вещей. Способности Верадис в увертках не шли с ним ни в какое сравнение.
Исана откашлялась и, изогнув бровь, взглянула на нее.
Глаза Верадис сверкнули и, хотя ее щеки ничуть не порозовели, Исана подозревала, что причиной этого было использование молодой женщиной своих способностей заклинателя.
— Хотя, миледи, учитывая, сколько жизней на кону, я должна была быть уверена в тех, кто пойдет вперед и примется за работу, начиная с самых худших лагерей.
Исана расписалась в нижней части документа и улыбнулась.
— Разве это было бы не то же самое, как если бы делалось без меня?
Верадис забрала документ обратно, несильно подула на чернила, чтобы те высохли, и произнесла довольным тоном:
— Теперь нет.
Уши Исаны вдруг заложило и она, нахмурившись, посмотрела в окно.
Они снижались. Через минуту в окно Исаны вежливо постучали, и снаружи ей помахал рукой молодой мужчина в сверкающих, недавно сделанных доспехах.
Она открыла окно, впуская поток холодного воздуха и рев ветра, удерживавшего карету.
— Ваше Высочество, — позвал молодой офицер, вежливо дотронувшись кулаком до груди около сердца. — Через минуту мы будем на месте.
— Благодарю вас, Териус, — ответила Исана. — Проследите, пожалуйста, чтобы гонец был послан к моему брату, как только приземлимся.
Териус снова отсалютовал.
— Конечно, миледи. Не забудьте пристегнуть ремни безопасности.
Исана улыбнулась ему и закрыла окно кареты, молодой офицер поднялся ввысь и улетел, чтобы занять свое место во главе строя.
От внезапного исчезновения ревущего звука тишина внутри паланкина показалась просто звенящей.
После небольшой паузы, во время которой она поправляла растрёпанные ветром волосы, Верадис продолжила:
— Знаете, скорее всего он в курсе.
Исана выгнула бровь.
— Хм?
— Аквитейн, — пояснила Верадис. — Он может знать об укреплениях, которые ваш брат построил. И быть в курсе, зачем вы прибыли сюда сегодня.
— Что заставляет тебя так думать?
— Сегодня утром я видела одного из людей Териуса у входа в палатку сенатора Валериуса.
«Валериус», — подумала Исана. — «Отвратительный тип. Я очень рада, что Бернард счёл необходимым сломать ему нос и выбить пару зубов».
— Неужели? — спросила Исана вслух. Она задумалась на секунду, затем пожала плечами. — Не имеет значения, если он на самом деле в курсе. Он может говорить что хочет и носить на голове что угодно — но он не Первый Лорд и никогда им не будет.
